Елена Афонина – Пункт назначения — неизвестно (страница 7)

– Бл… – начал Игорь, но слово застряло у него в горле, перекрытое спазмом неверия.

Пакет с пельменями выскользнул из ослабевших пальцев, громко шлёпнулся об линолеум и разорвался. Десятки белых, аккуратно слепленных полумесяцев с характерной опушкой покатились в разные стороны, удирая от эпицентра странности. Один особенно бойкий пельмень допрыгал до ноги Игоря и замер, будто ожидая объяснений.

Игорь не смотрел на пельмени. Он смотрел на существо. Существо смотрело на Игоря. В тишине, нарушаемой только журчанием воды из не выключенного крана и тиканьем часов в комнате, стояла абсолютная, сюрреалистическая тишина.

Мозг Игоря, отлично тренированный на обработке багов в коде, попытался выдать логические цепочки в виде файлов.

Цепочка 1: Устал. Галлюцинация. Надо лечь спать. Но… галлюцинация не должна пахнуть сыростью (от мокрой раковины) и выглядеть настолько… тактильно-реальной.

Цепочка 2: Чей-то побег. У соседа-химика сбежал генно-модифицированный хорёк. Объявление «Пропал лысый хорёк-хамелеон, нашедшему – вознаграждение» звучало ещё менее правдоподобно.

Цепочка 3: Инопланетянин. Серьёзно? В его панельной девятиэтажке? Он что, приземлился прямо на подоконник моей квартиры?

Пока процессор Игоря завис, перебирая мусорные файлы, существо на раковине пошевелилось. Оно медленно, очень медленно, подняло одну лапу, похожую на руку и… помахало. Небольшое, робкое движение. Его кожа в этот момент выдала неловкую смесь приветственного персикового и виновато-голубого.

Игорь непроизвольно моргнул. Галлюцинации не машут. Им всё равно.

– Ты… – хрипло начал Игорь, очищая горло. – Ты… откуда?

Бакс, услышав звук (голос- настоящий, грубоватый, живой голос!), насторожился ещё больше. Его уши сложились назад, а кожа покрылась мелкой рябью защитного песочного цвета, имитируя… текстуру старой краски на подоконнике? Он понял слова и уловил интонацию – растерянность, шок, но не агрессию. Это было уже что-то.

Игорь, движимый внезапным импульсом, резко шагнул вперёд, чтобы перекрыть кран. Вода перестала шуметь. Резкое движение оказалось ошибкой.

Бакс вскинулся, как пружина. Он не прыгнул в атаку, он… юркнул. С мойки – на стол, задев по пути кружку с кисточками от Игоревой неудачной попытки заняться живописью. Кисти с грохотом рассыпались. Со стола – на спинку стула, легко, как перышко. Его движения были неестественно грациозными для такого странного тела. Он замер на высокой точке, съёжившись, готовый к бегству, его глаза-фары были прикованы к Игорю.

– Эй, эй, спокойно! – Игорь автоматически поднял руки, показывая пустые ладони, как перед диким зверем. Он почувствовал себя идиотом. – Я не сделаю… Я просто… пельмени рассыпал.

Он неуклюже махнул рукой в сторону кухонного пола, усеянного мучными полумесяцами. Бакс проследил за жестом. Его взгляд скользнул с Игоря на пельмени, потом обратно. Любопытство явно боролось со страхом. Один из его локаторов-ушей дрогнул и развернулся в сторону лежащей у ноги Игоря «Сибирской с любовью». Кожа на его боку замигала любопытным жёлто-зелёным.

И тут Игоря осенило. Это… это же паника животного. Незнакомая территория, большой шумный примат. Нужно успокоить. Но как? Угостить пельменем? Страшно представить, что будет с его пищеварением.

Вместо этого Игорь, очень медленно, опустился на корточки. Он стал меньше, менее угрожающим.

– Вот видишь, – сказал он тихо, как можно мягче. – Я тоже тут живу. В шкафу носки с ананасами. Это моё. А ты кто?

Бакс, увидев, что гигант уменьшился и затих, немного расслабился. Острый страх в его окраске сменился на плотный, изучающий зелёный цвет. Он сделал шаг по спинке стула, потом ещё один. Потом, с лёгкостью акробата, спрыгнул обратно на стол, но уже дальше от Игоря. Его взгляд упал на валявшуюся там же чайную ложку. Он осторожно тронул её лапой, точнее рукой, потом поднял и… протянул в сторону Игоря. Не как оружие, а как… как будто показывал. Или предлагал. На его мордочке (если это можно было так назвать) было сосредоточенное, серьёзное выражение.

Игорь не мог не рассмеяться. Это был короткий, нервный смешок, от которого Бакс дёрнулся, но не убежал.

– Что, предлагаешь помириться? На ложках? – он медленно протянул руку и взял ложку за ручку. – Спасибо. У меня таких много.

Бакс наблюдал, как огромная, тёплая ладонь забрала блестящий предмет. Контакт состоялся. Через посредника. Он издал тихий, короткий звук – нечто среднее между писком и мурлыканьем. Его кожа на секунду вспыхнула довольным, тёплым оранжевым.

– Ого, – прошептал Игорь. – Ты и правда, как настроение… светишься.

Он всё ещё сидел на корточках среди рассыпанных пельменей. А напротив него сидело самое невероятное существо, которое он когда-либо видел. Страх отступал, уступая место ошеломлённому, дикому, щекочущему интересу. Его скучный вечер, его серая жизнь только что взорвалась фейерверком необъяснимого чуда. И каким-то невероятным образом, глядя в эти огромные, умные янтарные глаза, он понимал: это чудо сейчас до смерти напугано и совершенно беззащитно. И оно в его квартире.

– Ладно, – тяжело вздохнул Игорь, глядя на пельмени, на ложку в руке и на лысого инопланетянина на своём кухонном столе. – Похоже, ужин придётся отложить. Давай начнём с имён. Я – Игорь. А ты… кто?

Игорь сидел на корточках, держа в руке ложку как нелепый символ перемирия. Он кашлянул, пробуя новый, спокойный тон:

– Ну что, малыш… как тебя? Может, Тошка? Или… Голум? – он сам поморщился от второго варианта.

И тут существо на столе выпрямилось. Его огромные уши плавно развернулись, словно антенны, настраиваясь на его голос. Оно открыло рот.

– Меня зовут Бакс, – прозвучало четко, с идеальной дикцией диктора центрального телевидения. Голос был неожиданно мелодичным, чуть высоковатым, но без тени шепота или шипения. – А Голум – это кто? Злой?

Игорь замер. Его мозг, только-только начавший смиряться с визуальным образом инопланетянина, получил новый, сокрушительный удар. Звуковая волна, несущая осмысленные слова на чистейшем русском языке, достигла его ушей, но блокировалась на уровне обработки. Он буквально почувствовал, как в голове что-то щёлкнуло и повалил дым от сгоревших предохранителей.

– Что… – выдавил он.

– Я сказал, меня зовут Бакс, – повторило существо, вежливо, но уже с лёгкой ноткой нетерпения, как ребёнок, которого не слушают. – А ты – Игорь. Я запомнил.

Игорь, не в силах больше удерживать равновесие на корточках, отшатнулся назад и грузно приземлился на пятую точку прямо на холодный линолеум, в двух сантиметрах от раздавленного пельменя.

– Ты… говоришь? – это был единственный вопрос, который его мозг смог сформулировать.

– Ну да, – Бакс наклонил голову набок, его большие глаза выражали искреннее недоумение. – А разве здесь не принято? Там, в лесу светящихся лент, не говорили, но мы понимали друг друга образами. А здесь… я услышал твой звук и просто… ответил тем же. Разве это неправильно?

Он говорил свободно, без запинки, лишь иногда вставляя странные словосочетания вроде «лес светящихся лент», как будто это было так же обыденно, как «магазин у дома».

Игорь сидел на полу, опершись спиной о дверцу посудомоечной машины, и медленно мотал головой.

– Нет, то есть да… То есть здесь принято, это правильно… Но как? Откуда ты знаешь русский? Ты же… – он махнул рукой в его сторону, не находя слов.

– Я знаю много звуков, – простодушно объяснил Бакс, как будто речь шла о умении ходить или чихать. – Звуки камней, звуки ветра, звуки… других существ из других мест. Твои звуки – такие же. Они складываются в картинки в голове. Я просто повторяю картинки твоими звуками. Это же логично?

«Это же логично». Эта фраза, произнесённая с детской непосредственностью голым троллем с другой планеты, окончательно добила Игоря. Он тихо, но истерически захихикал.

– Логично. Конечно логично. Абсолютно. Просто я, видимо, отстал от жизни. Сижу тут, кнопки анимирую, а вселенная уже вовсю практикует мгновенный перевод всеязыкий через… через кого? Через троллей? Троллей, которые падают с подоконника?

– Я не падал, – немного обиделся Бакс. – Я прибыл. Сначала был лес, а потом… расщелина и овраг. А потом здесь. На твоём… плоском теплом камне у прозрачной стены. И тут летало маленькое, жужжащее, назойливое существо.

Игорь перестал смеяться. Перед ним сидело не галлюцинация, не животное. Перед ним сидел кто-то. С именем, с историей, с обидчивостью и с опытом борьбы с мухами.

– Прости, – сказал Игорь, всё ещё сидя на полу. – Я просто… Я в своей жизни много багов видел, но такого… – он снова махнул рукой, на этот раз включая в жест и Бакса, и пельмени, и открытый холодильник. – Это даже не баг. Это какая-то полная перезагрузка операционной системы реальности. Меня зовут Игорь, да. А ты… Бакс. И ты тролль?

– Да, – кивнул Бакс, явно довольный, что наконец-то установлен конструктивный диалог. – Из туманных гор. Но я там был… неправильный. Поэтому ушёл. Искал… ну, я не знал, чего. А сейчас, кажется, нашёл очень шумное, но интересное место.

Он спрыгнул со стола, мягко приземлившись на пол, и осторожно, обходя пельмени, приблизился к Игорю. Теперь они были почти на одном уровне: Игорь сидел на полу, Бакс стоял перед ним.

– А это что? – Бакс ткнул лапой в ближайший пельмень.