Эл Росьяр – Кровь без Имени (страница 10)

«Вот кто настоящийбоец. Живёт между шпал, дышит угольной гарью, пьёт дождевую воду с машинныммаслом — и прекрасно себя чувствует. Наверное, у него тоже есть какой-нибудь«внутренний договор» с духом копоти и ржавчины.»

Он собрал ровностолько, сколько требовалось для образцов. Решил, что нужно создаватьискусственный дефицит.

Заполнив второй мешочек,Артём присел на шпалу, глядя на уходящие вдаль рельсы. Город шумел за спиной.Где-то там готовились к Иггре, настраивали механических драконов и големов. Аон сидел на путях, пахнущий землёй и железом, с мешками кореньев.

«Ирония судьбы:наследник древнего кровавого договора, помазанник духов… добывает расходникидля глючащих паровых котлов. Самый эпичный квест — «сбор аптечного сырья,уровень сложности: для начинающих».»

Он встал, отряхнулся.Мешки за спиной оттягивали плечи приятной, реальной тяжестью. Не тяжестьюсудьбы или долга, а простым, понятным весом товара, который можно обменять наеду и крышу над головой.

«Знаниябабушки-травницы плюс элементарная логика поставщика. Вот и весь секретвыживания в альтернативной реальности. Никакой магии. Сплошная экономика иботаника. Даже как-то… скучно. И чертовски надёжно.»

Поправив мешки, онзашагал обратно к городу, к сверкающим на солнце шпилям и дымящим трубам,чувствуя под ногами не шаткую грань между мирами, а твёрдый, пыльный грунтжелезнодорожной насыпи.

К вечеру он вернулсяв аптеку с холщовым мешком. Провизор, не задавая лишних вопросов, взял образцыи отнёс в заднюю комнату. Через десять минут вернулся.

– Чистота 94%.Маготех-фон в пределах нормы. – Он протянул Артёму бланк договора и деревянныйстилус. – Подписывайте здесь и здесь. Поставки по понедельникам, с девяти доодиннадцати утра. Первый аванс – сейчас.

Он отсчиталпятнадцать серебряных пятаков – больше, чем Артём заработал за три дня наразгрузке барж.

– Почему так много? –спросил Артём, не касаясь денег.

– Потому что 94%чистоты – это уровень лабораторного препарата. У дикоросов обычно 70–80. Вылибо врете о методе сбора, либо у вас врождённое чутьё на растения. Мне всёравно. Аптеке выгодно.

Артём взял деньги.Монеты были тёплыми, почти живыми.

«Даже в мире магтеха,в аптеке среднего звена важна не магия, а знание. Химия, биология, физика. Иумение копать землю в нужном месте.»

3.3

Трактир «У Ермака»ютился в полуподвале старого дома на улице Сурикова. Это было не колоритноезаведение для приезжих, а суровое, утилитарное место для своих. Спускатьсяприходилось по скрипучей лестнице, и уже на полпути в нос бил характерныйкоктейль из запахов: пережаренного сала, кислой капусты да дешёвого табака.

Артём зашёл сюда не заатмосферой. Ему нужна была информация. А в таких местах её получали двумяспособами: либо покупая выпивку, либо играя в карты.

Играли здесь в«Сибирского медведя» – местную вариацию покера. Колода из 48 карт, четыремасти: черви (огонь), бубны (ветер), трефы (земля), пики (вода). Старшинствоопределялось не только достоинством, но и комбинацией стихий. Три карты одноймасти – «малый поток». Две пары разных мастей – «противостояние». Фулл-хаусназывался «договор».

Артём сел за стол,купил у крупье фишки на пять пятаков. Первые два часа он только смотрел.Запоминал паттерны.

Игроков было пятеро:

Пожилой мастер сзавода, играл осторожно, блефовал редко.

Молодой приказчик,агрессивный, но предсказуемый – повышал ставки всегда с сильными комбинациями.

Женщина лет сорока вплатье с потёртой вышивкой – играла на интуиции, часто ошибалась.

Двое солдат изместного гарнизона – играли вскладчину, сигналили друг другу взглядами.

Математика былапростой. Вероятности – те же, что и в любой карточной игре. Психология – тоже.Разница была только в терминах.

Артём начал играть натретьем часу. Небольшие ставки. Минимальная агрессия. Он не пытался выигратьвсё – только остаться в небольшом плюсе. Использовал базовые принципы: позицияза столом, расчёт банкролла, чтение «тиков» – мелких мышечных подрагиваний.

Когда у приказчикадрожал указательный палец – у него была слабая комбинация. Когда старый мастерпоправлял очки – он блефовал. Солдаты перед большими ставками обменивалисьвзглядами – если оба кивали, значит, комбинация сильная.

К полуночи Артёмувеличил свои пять пятаков до пятнадцати. Не богатство, но и не потеря. Онвстал из-за стола, когда сумма стала заметной.

– Уже уходите? –спросил старый мастер, прищурившись. – Игра только разогревается.

– Ранняя смена, –солгал Артём. – Травы ждут.

Его проводиливзглядами, но без вражды. Он не обыграл никого в ноль, не устраивал сцен.Просто играл грамотно.

На выходе крупье,мужчина с лицом боксёра-пенсионера, кивнул ему:

– Толково. Без суеты.Заходи ещё.

«Ну, посмотрим. Деньги за травы — есть. Деньгис карт — есть. Одежда, чтобы не выглядеть бомжом, — скоро будет. А ведь ещёнеделю назад я ночевал под сосной и жевал кору. Что называется — жизньналаживается. Пусть и не так, как я ожидал... Грандиозное восхождение, блин.Сначала — избранный судьбой, теперь — специалист по растительному сырью ипокеру. Мессия нового поколения, да!»

3.4

Магазин «ИмперскийШтатский Фасон» располагался на Императорском проспекте, впритык к зданиюГубернского управления. Это был не бутик, а именно магазин — с витринами,манекенами в сюртуках умеренной строгости и вывеской, гласившей, что все товары«соответствуют регламенту для лиц непривилегированных сословий и оснащеныодобренными базовыми руническими контурами».

Артём зашёл сюда, потомучто его предыдущий комплект — купленный у бабульки на окраине — началразлагаться на молекулярном уровне. Холщовые штаны после недели работы насвалке напоминали решето, куртка воняла дымом и рыбой, а исподнее… он предпочёлне думать об исподнем. Он выкинул его в первую же городскую помойку с чувствомглубокого экологического преступления.

Кроме того, он усталвыглядеть как статист из плохой постановки «Сибирь: Стимпанк-Эдженси». Горожанеполучше одетые — чиновники, техники, мелкие торговцы — носили какую-то разновидностьуниформы: тёмные куртки с высоким воротом, брюки без заплат, сапоги, в которыхможно было войти в помещение, не вызывая всеобщего молчаливого осуждения. Он женапоминал бродягу, только что выбравшегося из угольной шахты. Что, в общем-то,было недалеко от правды.

«Пришла пора снять сосвоей шеи бирку «плохо пахнущий подозрительный тип без документов».

Впрочем, категории«подозрительный» и «без документов» покинуть было сложнее.

Продавец, молодойчеловек с укладкой, будто он только что вышел из-под статического разряда, оценил его взглядом профессионала.

– Вам… обновитьгардероб? – спросил он дипломатично.

– Мне нужновыглядеть... как человек, у которого всё в порядке, но без лишнего внимания, –поправился Артём, выбирая слова. – Чтобы не нищий, но и не франт. Чтобы,скажем... смотрели, но не пялились. И чтобы, возможно, не только стражи порядкане цеплялись, но и... ну, в общем, чтобы образ был... приемлемым.

Он немного запнулся,поймав на себе понимающий взгляд продавца.

«Блин, вот идиот.Сказал же — «не выделяться». А теперь несешь какую-то чушь про «приемлемыйобраз». Щас он подумает, что ты готовишься на свидание с губернаторшей. Хотя...а что такого? Нельзя, что ли, хотеть выглядеть прилично? Вдруг и правдакакая-нибудь милая аптекарша или счётчица эфирных потоков... Стоп.Концентрация.»

Продавец озарилсяулыбкой.

– А, я понимаю! Вамнужно то, что мы называем «тихий шик для практичных господ». Не броско, но совкусом. Чтобы и начальство не упрекнуло в легкомыслии, и... так сказать, взглядпротивоположного пола задержался с одобрением.

Он ловко двинулсямежду стеллажами.

– У нас как раз естьновая поставка из Питера. Фасоны, принятые при дворе, но адаптированные дляпровинциального чиновника. Сдержанно, но с намёком на столичную выучку. И сбазовыми руническими контурами, конечно — термостатика, антисмог, защита отпыли. Незаметно, но полезно.

Он подал Артёмукуртку из плотной ткани цвета тёмного графита. Крой — не мешок, но и неутягивающий, с лёгшим подчёркиванием плеч. Брюки — прямые, без лишних деталей,но сидящие так, что не стыдно пройти мимо зеркального витрины.

– Материал сдобавлением шёлка-сырца, — пояснил продавец, понизив голос. — Не кричит обогатстве, но на ощупь... приятен. Женщины это ценят. Незаметно, но работает.

Артём примерил. Взеркале отразился не просто «незаметный тип».

Отразился кто-то,кого он давно не видел.

Кто-то с чистымлицом. Не вымытым в ледяном ручье, а нормально умытым, с мылом, купленным в тойже аптеке. Волосы, конечно, всё ещё требовали визита к цирюльнику, но теперьэто смотрелось не как «заросший дикарь», а как «лёгкая небрежность занятогочеловека». А главное — в глазах не было того животного напряжения, тойпостоянной готовности к удару в спину, которая была его основным выражениемпоследние недели.

В зеркале смотрелпарень, который мог быть мелким чиновником, начинающим инженером, ответственнымпоставщиком. Кто-то, на кого можно мельком взглянуть и подумать: «Деловой.Надёжный. Свой».

И, чёрт возьми, даже…симпатичный.

«Опа. А кто это у настут такой… презентабельный? Неужели это я? Тот самый я, который ещё неделюназад жевал сырые коренья и спал, прижимая к груди лом? Хм. А ничего так. Даже…ничего. Давно себя таким не видел. Не то чтобы красавец с обложки, конечно, нои не пугало огородное. Приятный мужчина средних лет, слегка уставший от жизни,но ещё держащий удар. Блин, да я себе даже нравлюсь. Это ж надо, обычное мыло иновая куртка — и уже почти человек. Страшно подумать, что будет, если я ещё ипосплю восемь часов.»