Эль Бланк – Сирена иной реальности (страница 50)

— И Аленнар, — тихо дополнила я. И призналась в том, что старательно гнала от себя все это время: — Мне страшно, Арктур. Я боюсь даже представить, что сейчас там происходит. С ними. Жутко осознавать, что, если вернусь, могу увидеть… самое ужасное.

— А если они в безопасности? Если корабли забрали их туда, где Аленнар не имеет власти?

— Это было бы замечательно, но… — Мне стало совсем грустно. — Но ты забыл про меня. Ведь я не добралась до пристани. Мое тело… Оно, возможно, умерло? Куда я тогда попаду? А если оно живое и меня ждет, то где? Кто его нашел? Уж точно не мои друзья — они просто не успели бы. Если простые эсы, то наверняка сообщили в замок. Если сам Аленнар… Никакой разницы. Как я вернусь, Арктур?! Зачем? Чтобы горько об этом сожалеть? Рядом с тобой мне будет… спокойно.

— Я не проживу долго, Лио, — растерянно пробормотал дух. — Я болен… А ты еще так молода. Без меня погибнешь тоже. Да и, пока я жив, кроме немощи и мучений, ты не познаешь ничего… хорошего.

— Зато мы будем вместе, — приободрила я Арктура. — Это ведь тоже немало. И я увижу твой мир.

— Мой мир не так уж приятен. Поверь, в нем немало… гадкого. Ни он, ни я не стоим подобных жертв.

Ну вот как с таким упрямцем разговаривать? Не думала, что Дайяр настолько принципиален. И даже моему терпению пришел конец:

— Отправишь меня обратно к Аленнару? — Я разозлилась. — Обречешь на то, от чего так усердно пытался защитить? Ты сердишься на духов, которые тебе лгут и обманывают, делая вид, что их поступки лишь во благо, а сам…

— Ты не поняла, — заторопился, успокаивая меня, Арктур. — В том и проблема, что я не в силах тебя никуда отправить. Но допустить, чтобы ты погибла в этом мире, тоже не могу. И меньше всего хочу, чтобы ты страдала в том, своем… Парадокс какой-то!

— Из всех зол выбирают меньшее, — напомнила я. — И раз не в твоей власти меня вернуть, то ведь нет у нас иной перспективы, кроме как делить одно тело. Ты не волнуйся, я не стану тебе надоедать и мешать. Постараюсь быть совсем незаметной. И не буду много болтать.

На смену злости пришло осознание, насколько грубо я только что обошлась с духом. Тем более немощным и без того несчастным в своем мире. Никакие, даже самые разумные причины не могут быть оправданием.

Я… я испугалась.

— Прости, Дайяр, — пискнула я в отчаянии. Сейчас бы точно спряталась или убежала. Но я как раз этой возможности была лишена и потому не нашла выхода лучше, чем замолчать.

— Тебе-то уж точно не за что извиняться, — проявил снисхождение Арктур. — И я вовсе не хочу, чтобы ты была невидимкой. Я хоть и привык к одиночеству за все эти годы, но… Ты же не думаешь, что оно мне нравится?.. Лио? — позвал он, потому что я не откликнулась. — Будешь молчать — вот тогда я точно обижусь. Помнишь, мы ведь договаривались общаться на равных.

— Тебя не оскорбит мое непочтение? — осторожно уточнила я. А когда почувствовала кивок головы, попросила: — Но ты все же меня останавливай, если… что.

— Если что… — задумчиво повторил Арктур.

Он поднялся, чтобы подойти к окну. Отодвинул в сторону полоски ткани и, уперев ладони в подоконник, посмотрел вдаль. Взгляд его хоть и позволял мне видеть растущие под окном деревья, на них не задерживался. Мой дух о чем-то размышлял.

— Что ты помнишь, Лио? — неожиданно заговорил Арктур. — До того как попасть сюда. Что ты чувствовала? Что произошло? Может, что-то необычное было? Ты помнишь, как упала?

— Да нет вроде… Не падала. Ничего особенного. Верр скакал послушно и вряд ли мог меня сбросить. Просто стало темно, а потом я услышала голоса. Твой и… Рината Аркадьевича. — Я не сразу вспомнила, как называли этого духа. — Арктур, а почему в твоем мире именования такие странные? Словно два имени в одном? У тебя — тоже, но мне ты только одно сказал.

— Понятно… Об именах ты почти правильно догадалась. Первое — личное, а второе дают в честь отца. Называть себя личным именем обычно дозволяют лишь самым близким. Посторонние должны использовать оба.

Надо же! Я сначала расстроилась, что Арктур скрывает от меня важное. А по традициям мира духов он, выходит, оказал доверие. С первой нашей встречи проявил уважение. И мне стало любопытно узнать о нем побольше.

— Значит, эти духи-обманщики чужие тебе. Это хорошо. — Я почувствовала удивление и поспешила пояснить: — Было бы обидно, если бы семья так расчетливо распоряжалась твоей жизнью.

— В семьях тоже не всегда бывает взаимопонимание, — невесело отозвался Арктур. — И расчета хватает. И не все желают разделить с тобой проблемы и трудности.

— Ты о родителях? Или… жене? — все же не удержалась я от вопроса, который так и напрашивался.

— Родителей уже нет. Я не так молод, как ты, Лио. А жена, да, была. Ушла к здоровому мужчине. Не смогла терпеть мужа-калеку.

— Что это за мир такой! Где близкие предают, лекарь может помочь и не хочет, требуя немыслимую плату… У нас бы не одобрили такого отношения.

— Хочешь сказать, лекаря бы наказали? А родственников?

— Наказали. Это же его долг — верно служить сиренам и эсам. А для семьи нет большего позора, чем отвернуться от того, кто нуждается в поддержке.

— А как же твоя мать? Она тебя считала фактически чужой. Все для Райнара…

— Ведь она не всегда вела себя так. Были и хорошие воспоминания. Да, не любила. Но содержала меня, пока я не попала в дозорные.

— Ты слишком добросердечна, Лио…

Взгляд Арктура, словно желая меня увидеть, вновь обежал комнату. Остановился на сумке, брошенной на пол, и я, вспомнив о поспешных сборах, уточнила:

— Нам, наверное, пора? Лучше выехать засветло.

— Нет.

— Почему? Ты же хотел.

— Нужно остаться. Вдруг тебе сумеют помочь, Лио.

— Я тебя не оставлю. Не хочу возвращаться одна.

— Ты и не будешь одна. Я сделаю все, чтобы пойти с тобой вместе. Буду рядом, как раньше, — помогать советами, направлять, подсказывать. И лишь когда буду уверен, что все у тебя хорошо, вернусь в свой мир.

— Вернешься? И… оставишь меня?

Отчего-то именно эта перспектива резанула душу, но я нехороший порыв задавила. Какая я неблагодарная! Мой дух заботится, желает спасти. А я обижаюсь из-за глупой причины. Эгоистка! Заставляю его беспокоиться.

— Лишь когда ты обретешь то счастье, которого заслуживаешь, — мягко повторил Арктур.

Я же ничего не ответила. Это сложно объяснить, но… не хотелось мне никакого счастья, если мой дух будет несчастен и одинок.

Мое молчание он принял за согласие. Потому не стал мешкать — так и не прибрав в комнате, направился туда, откуда пришел час назад.

— Решились? — просияв радостной улыбкой, поднялся ему навстречу Илья Васильевич. — Очень хорошо! Я сейчас сообщу Ринату Арка…

— Подождите! — остановил его Арктур. — Открылись новые обстоятельства. И мне их нужно с вами обсудить.

— Вы хотите новых гарантий? Лучших условий?

— Нет. Я хочу, чтобы вы отправили меня в тот же самый мир, который я посещал последним.

— Зачем? — искренне удивился главный дух. — Там ничего нового нет.

— Забирая меня, вы «прихватили» сознание девушки-«носительницы» вместе с моим. В ее мире осталось бесчувственное тело.

— И вы только сейчас ставите нас в известность? Почему раньше не сказали?!

— Она была напугана, не шла на контакт. Сейчас разговаривает со мной, не понимает, где оказалась. Это очевидное вмешательство в жизнь местной цивилизации. Девушка — невеста их правителя. Представляете, какой хаос на острове? Нарушена многовековая традиция. Прежние король и королева — в возрасте и не могут выполнять свои обязанности.

— Так…

Илья Васильевич, принялся расхаживать по кабинету, бросая на Арктура внимательные взгляды. Если в этот момент он о чем-то и думал, то нам его мысли оставались неведомы, пока дух не сел за свой стол и наконец не поделился соображениями:

— Сцепились, значит… Эх, Арктур Иванович, мы же предупреждали, что нельзя вступать в тесный контакт! Вы что думали, это просто забота о бедных-несчастных аборигенах, которые невесть как воспримут голос в голове? Или беспокойство о том, что земные знания утекут в чужой мир?

— Думал, — не сдался Арктур. — Вы ведь именно на этом делали акцент в своих объяснениях. И не надо выставлять меня виноватым. Нужно было просто и четко сказать правду.

— Вас бы это остановило? — неожиданно зло прищурился и рявкнул Илья Васильевич. — Вы ведь только и делаете, что нарушаете правила! Даже травму получили из-за наплевательского отношения к инструкции. Чего сложного было беспрекословно ей следовать!

— Если бы я ей следовал, то пострадали бы другие!

— Насколько я понял, обезвреживать взрывное устройство было вне вашей компетенции. Вы сунули нос туда, куда у вас не было разрешения соваться! И теперь поступаете точно так же. Вы категорически не хотите делать выводы из своих собственных ошибок и строго следовать указаниям.

На этот выпад Арктур предпочел не отвечать. Лишь хмыкнул, скривив рот. И я его поддержала:

— Ты правильно поступил, когда заботился о чужом благе. А этот молодой дух труслив. Ни ран, ни шрамов. Только и умеет, что поучать других.

Видимо, тем самым напомнила о себе, потому что Арктур пошел в наступление:

— Вы сказали, мы «сцепились». Что это значит? Почему ваша техника дала сбой? Или путешествие изначально пошло не по плану, когда я оказался в теле девушки, а не мужчины?

— Вам научным языком объяснить? Вы же ничего в этом не понимаете!