Эль Бланк – Сирена иной реальности (страница 51)
— А на пальцах можно?
— А на пальцах я вам и так уже сказал: технической ошибки не было, а предсказать, в какое тело вы попадете, невозможно. Да, есть определенная… мм… — Он задумался, подбирая слова. — Тяга. Или… Предпочтение души. Скажем так. Что касается «сцепились», то тут все элементарно: тесное речевое общение соединяет два сознания в одно целое.
— Навсегда?
Я почувствовала, как похолодела кисть травмированной руки.
— По-разному, — уклонился от прямого ответа Илья Васильевич.
— И много было у вас таких «по-разному»?
— Не ваше дело, — отрезал главный дух.
— Нет, мое! — разозлился Арктур. — Мне нужно понимать перспективы. Может, вы способны лишь вредить и не в состоянии ничего исправить? Хватит с меня пустых обещаний.
— Наш «вред» имеет объективные причины и щедро оплачивается, — проворчал Илья Васильевич. Вздохнул и продолжил уже более миролюбиво: — Ладно. Давайте думать, что можно сделать…
— Отправить меня обратно. То есть нас обоих обратно, — тут же внес полезное предложение мой дух.
— Как у вас все просто, — косо посмотрев на Арктура, укорил собеседник. — Думаете, мы выбираем мир по своему желанию? Куда хотим, туда и отправляем? Это лотерея, Арктур Иванович. Причем дважды ее еще никому не удавалось выигрывать. Раз за разом забрасывать вас в «никуда» в надежде, что вы наткнетесь наконец на правильную точку пространства?.. Это бессмысленная трата времени и сил ради вашей прихоти.
Он помолчал, упорно игнорируя, несомненно, злой взгляд Арктура, и продолжил:
— Ну, допустим, вы все же попадете в исходный мир. И в нужное тело, а не в какое-нибудь иное. Но дальше что? Ваши сознания останутся сплетенными. Значит, едва наша техника потянет вас обратно, вы снова вернетесь оба.
— Ошибаетесь. Когда вы «потянули» меня, то я потерял сознание. А потом на краткий миг очнулся в том же мире. Девушки уже не было.
— Правильно, потому и очнулись, что присосались к ее телу, как пиявка. А сознание девушки наша техника из-за слияния приняла за ваше и утащила. А вы, дорогой мой, потянулись за ней следом, как на привязи.
— Если я пусть на миг, но задержался в том мире, значит, разделение все же теоретически возможно. Если бы ваша техника не действовала непредсказуемо. Более аккуратно. Если вы попробуете сбавить обороты своей аппаратуры…
— Если, если, если… — Илья Васильевич закатил глаза к потолку. — Вам не кажется, что слишком много этих допущений?
— А вам успешный результат абсолютно неинтересен. И «путешествиями» от безделья занялись. И подопытных собираете по доброте душевной…
Скепсис в интонациях был настолько явным, что главный дух на миг вспыхнул, готовый сорваться. Но это оказалось лишь временной слабостью. Он быстро взял себя в руки.
— А вы сообразительны, Арктур Иванович, — даже засмеялся он.
— У вас учусь, — не остался в долгу мой дух. — Так вы поможете?
— А что нам остается? — хмыкнул Илья Васильевич. — Нет, можно, конечно, испортить репутацию нашего «санатория» — упрятать вас в психушку и объявить сумасшедшим. Можно отправить вас в неведомый мир и там «потерять». Можно избавиться от вас, подстроив несчастный случай. Но мы должны решать проблемы цивилизованно, а не прибегать к мерам дикарей. Поэтому поступим по возможности гуманно.
Вот гад… Сначала угрозы, потом обещания добра. Этот тип ничем не лучше Нара. А может, он и есть Нар?
— То есть я могу рассчитывать на благополучный исход для Лио?
— Лио… — В голубых глазах вспыхнула заинтересованность. — Необычное имя. И девушка красивая, верно?
— Верно, — не стал скрывать Арктур. — Красивая и достойная. Я готов спасти ее даже ценой собственной жизни.
— О! Да вы влюбились, Арктур Иванович…
— Нет. То есть… нет. Это… не имеет значения, — сбился мой дух, а я разочарованно вздохнула.
Хоть и понимала бессмысленность своих стремлений, но ничего не могла с собой поделать.
— Гм… — Илья Васильевич, сделав вид, что не заметил заминки, пояснил: — Я же не из праздного любопытства интересуюсь. Искренние чувства к объекту наблюдения определенно усилят вашу связь. Разорвать такую будет сложно.
— Предлагаете мне ее ненавидеть?
— Нет, зачем же… Просто держите «дистанцию». Поменьше разговаривайте, будьте готовы отпустить.
— Я не уйду одна! — в панике напомнила я Арктуру, но он словно меня не замечал, продолжая молча слушать собеседника.
— Я обсужу проблему с Ринатом Аркадьевичем, тогда станет понятнее, что именно можно сделать и в какие сроки. Разумеется, отправлять вас в запланированный «тур» теперь бессмысленно и опасно. Остается лишь надеяться, что решение найдется быстро. Но все же приготовьтесь и к тому, что поиск может затянуться.
Едва сдержав разочарованный всхлип, я перестала вслушиваться в благостную речь главного духа. Какой смысл? Меня ведь даже не спросят, чего я хочу. И Арктур слушать не станет. Оторвут, отправят домой, а там…
— Ты же обещал, что не бросишь! — все же не удержалась от упрека, когда мы покинули кабинет Ильи Васильевича. И готовилась к любому ответу, даже к тому, что, следуя совету, мой дух промолчит и перестанет со мной разговаривать.
— Я не оставлю тебя, не волнуйся. Просто я не хотел раскрывать наши планы чужаку. Он не должен узнать лишнего, и спорить с ним нельзя. Если разозлится, то помогать точно не станет.
— Спасибо, — прошептала в ответ. Какой все же Дайяр замечательный! — Ты прав, ему не стоит доверять. Этот злой дух не вправе судить тебя. Уверена, ты поступил так, как было должно. А он не был на твоем месте.
— Я уже ни в чем не уверен… Казалось, я принял разумное и единственно верное решение. А потом меня настойчиво стали убеждать в обратном.
— Расскажешь, что именно произошло?
— Рассказать?.. — Арктур замешкался, но, когда продолжил, я поняла: он не пытается от меня это скрыть, просто подбирает уместные слова. — Лио, это сложно объяснить. В твоем мире нет таких… понятий. Постараюсь, чтобы тебе было легче… Я работал стражем и следил за безопасностью одного секретного места.
— Напали твари? Я права, создания Нара в этом мире тоже водятся?
— Можно сказать и так. Твари, но не такие, как ты думаешь. Их облик не отличается от моего и твоего. А вот стремления… Они таятся и нападают внезапно. Осмеливаются бороться только с невиновными. Жестоко уничтожают многих или приносят большой вред. Нельзя предугадать их атаку заранее, они наносят удар исподтишка.
— Разве в твоем мире не нашлось оружия против них? Понятно, что наши мечи бесполезны. Но я видела здесь столько удивительных вещиц!
— Наши твари умнее ваших, — пожал плечами Арктур. — Но весь их ум направлен на разрушение. Они тоже делают оружие, и одна такая «вещица» способна отнять сразу много жизней.
— Я понимаю, — ободрила я его. Мне действительно пока было ясно. — А ты защищал… что?
— Место, где строили… большую повозку. Особенную, которая летает между звездами и может достигать других миров.
— Эмм… — Я потеряла мысль, не в силах осознать одно из слов, которые он использовал. Вроде и знакомое, но… — «Летает»? Разве можно лететь вверх? Обычно предметы летят, то есть падают, вниз.
— Да, вверх. В твоем мире нет такого.
— Ладно… О мирах я тоже поняла. Но… звезды? Разве твои небесные помощники дозволят повозке путешествовать?
— Они разрешат. Потому что каждая звезда — это и есть светило одного из миров. Такое же, как на твоем небе.
— Но наше светило большое, а звезды такие крошечные!
— А каким видится работающий маяк? Вблизи он огромный, а чем дальше, тем становится меньше.
Арктур привел такое простое сравнение, что мне даже стыдно стало. Как я сразу не догадалась! Наверное, он считает меня глупой.
— Значит, небесные помощники далеки от нас. И повозка нужна, чтобы их достичь. Они ждут духов в гости?
— Да, так, — отчего-то заулыбался Арктур. А потом снова стал серьезным: — Только, понимаешь, не всем это нравится. Твари не хотели, чтобы полет состоялся.
— Они, как подлый Нар, позавидовали и решили испортить чудесную повозку?
— Хотели уничтожить и повозку, и тех, кто ее строил. Я выследил тварей и раскрыл их замысел. Я испортил их вещицу, чтобы в запланированный срок ничего не получилось. Сам отойти не успел. И устройство… вещь взорвалась, как… «горючий песок». Случись это на пару часов позже, погибли бы многие. А так пострадал только я. И часть повозки.
— Почему же тебя обвиняют? — возмутилась я несправедливости. — Ты же всех спас!
— Я не должен был действовать самостоятельно, Лио. Мне следовало вызвать… других стражей. Но у меня не оставалось выбора. Еще одна вещь подняла тревогу, подав сигнал. Не сделай я хоть что-то, сбежалась бы толпа народа. И тогда жертв было бы не избежать. Однако правила я действительно нарушил.
— Все равно ты не виноват, — возразила я. — Сам пострадал, а они теперь смотрят на тебя с презрением. Будто они чем-то лучше тебя! В моем мире подобного героя славили бы и сложили легенды.
— Ты замечательная, Лио, — отчего-то с болью выдохнул Арктур. — Замечательная…
Он вздрогнул от холодного потока воздуха и с удивлением осмотрелся. Мы же за разговором совсем не следили за происходящим вокруг нас. То есть я не следила, а Арктур, видимо, шел по привычке, лишь бы куда-то двигаться. Теперь же стало понятно, что незаметно вышел на улицу через открывшийся проем самодвижущихся дверей. Мне и в плаще было прохладно, а сейчас хотелось вернуться в теплую комнату. Однако Арктур продолжал стоять, глядя на верхушки высоких остролистных деревьев и прислушиваясь к какому-то непонятному гулу.