Екатерина Забунова – Ключ из прошлого (страница 4)
– Бывает, – буднично кивнул он.
Я пристроила вещи на универсальный стеллаж для хранения спортивного инвентаря и одежды, затем повернулась лицом к тренеру.
– Готова.
– Тогда пойдем! – фыркнул он, умудряясь сохранять устрашающий вид.
Мы потопали в соседний огромный стрелковый павильон, проще говоря, – тир.
Собственно, это был самый крупный и популярный клуб в нашем городке для любителей пострелять и отточить своё мастерство. Сюда заглядывали не только дилетанты, представители силовых структур, спортсмены и, конечно же, бывалые стрелки, но и так называемые тусовщики. Последние в основном наведывались дружной компанией в поисках ярких впечатлений и выброса адреналина. Реже – залетные. Самые неадекватные, шумные и нагловатые, исходя из личного опыта, лица, не достигшие совершеннолетия или же попросту «отбитые». Как правило, такие долго не задерживаются и особо ничему не учатся. Тренерский состав – бывшие военные и мастера спорта, профи в своём деле. По этой причине публика собиралась довольно разношерстная, впрочем, меня это нисколько не смущало. Несколько помещений и удобный график позволяли не сталкиваться с некоторыми знакомыми личностями, о которых я предпочитала не вспоминать.
В специальной комнате мне выдали оружие под подпись, активные тактические наушники и прозрачные стрелковые очки с линзами из поликарбоната. Мой выбор остановился на винтовке ВПО-140, привычное название – «Вепрь-15». Охотничий самозарядный карабин, гражданская версия американской армейской винтовки М-16. С появлением достаточного количества свободного времени я начала воодушевленно штудировать соответствующую литературу, в том числе информационные сайты, чтобы разбираться в немаловажных нюансах. Случайное захватывающее хобби постепенно переросло в серьезное увлечение.
– Отличное решение, – заметил тренер, – данная модель оснащена коллиматорным прицелом и…
– Регулируемым по длине прикладом для комфортного удерживания, – закончила я.
Антон усмехнулся и протянул мне тонкие беспалые перчатки. Они обеспечивали максимальную ловкость, позволяя чувствовать устройство, предназначенное для поражения живой или иной цели, а также боеприпасы, защищая большую часть руки.
– За три месяца обучения ты мастерски стреляешь почти из всех видов стрелкового вооружения, – с восхищением изрек он.
– Принцип у меня с детства такой: если что-то делаешь, делай это хорошо, – пожала плечами я.
– Надеюсь, ты не собираешься никого подстрелить, – как-то невесело пробормотал мой инструктор.
– Если только по касательной, – громко засмеялась я, парень заметно расслабился, и мы направились вглубь помещения.
Мне нравился этот тир закрытого типа, сплошные непробиваемые пулями стены и потолки обеспечивали полную безопасность. Заняв позицию напротив подъемных мишеней (с ограниченным временем показа), я надела наушники и замерла в ожидании команды. Антон жестом дал добро. Крепко уперев приклад в правое плечо, приложила щеку к задней части ложа оружия, а на ладонь левой руки положила ствол винтовки. Я мгновенно вошла в состояние «боевого равнодушия», хладнокровия, граничащего с абсолютным безразличием. Выровняв слегка сбившееся дыхание, палец плавно опустился на курок: задержка, выстрел и следующий вдох в едином ритме, и снова выстрел… Выпустив все патроны, я удерживала винтовку в направлении мишени. Согласно правилам, оружие на предохранитель не ставится до команды «Осмотрено», у «Вепря» по израсходованию патронов затворная рама находится в крайнем заднем положении.
– Двенадцать из двенадцати! – ухмыльнулся Антон, – Детка, ты ведешь прицельный огонь лучше, чем я. Могу смело утверждать, – ученик превзошел своего учителя! Давай, попробуем ещё разок.
Молча кивнув в знак согласия, я отделила магазин, взяла новый у восторженного инструктора, после чего оттянула стальную деталь сложной конфигурации назад и отпустила. Прогремели выстрелы. Я быстро вошла во вкус, получая истинное удовольствие от происходящего. Ощущение глубокого удовлетворения и легкости овладело мной, страхи будто растворились, и мир показался не таким уж и жестоким.
– Одиннадцать из двенадцати! – воскликнул инструктор.
– Вот видишь, а говоришь: «Лучше, чем я»…
– Поверь мне, за семь лет работы в этом клубе я впервые встречаю таких легко обучаемых виртуозов. До твоего уровня не каждый дотянет, даже спустя годы тренировок. Это в крови.
– Благодарю за комплимент, но ты мне льстишь.
– Всегда пожалуйста. Я просто констатирую факты, – произнес он, растягивая рот в улыбке и с интересом поглядывая на моё сосредоточенное личико. – Твоему мужчине невероятно повезло.
– Наверное, – уклончиво ответила я, не желая развивать эту тему. Мы продолжили тренировку и к разговору больше не возвращались.
Спустя пару часов я покинула тир уставшая, но в приподнятом настроении. Утренняя меланхолия и тоска оставили меня в одночасье. Закинув сумку на заднее сиденье, я с удовольствием уселась за руль. Мысли о свертке, заведомо оставленном в квартире, вновь разбередили моё и без того бурное воображение. Вот почему я всё-таки решилась сделать звонок. В динамике прозвучали длинные гудки:
– Нужно повидаться сегодня. Вечером. – Отрывисто и без церемоний возвестила я.
– Ты что-то нашла? – послышался взволнованный голос.
– Давай не по телефону. Где встречаемся?
– В баре на Охотской. Замечательное местечко, где можно спокойно переговорить, и никто внимания обращать не будет.
– Договорились. Буду к семи.
– До скорого, – хрипло раздалось в ответ.
Я посмотрела по сторонам и завела мотор, времени предостаточно – я успею принять душ и, возможно, не спеша поужинать. Включив музыку погромче, я, наконец, расслабилась, покачивая головой в такт, и помчалась домой. На проспекте свернула налево и заехала на территорию жилого комплекса. Уже будучи дома, я неторопливо пережевывала салат с тунцом и смотрела на проплывающие в окне облака. Когда с приемом пищи было покончено, я лениво побрела собираться. Предстоящее рандеву не предполагало дресс-кода, поэтому я не стала заморачиваться и натянула светлые джинсы прямого кроя, свободную рубашку, ботинки на высоком каблуке и стильный укороченный бомбер. Крутанувшись у зеркала, я вовремя спохватилась, прихватила сверток и засунула в найденный на полке подарочный пакет. Конспирация, конечно, так себе, но вполне сносный вариант. По крайней мере, в глаза не бросается!
На улице дул пронизывающий и, по ощущениям, не очень-то весенний ветер. К счастью, я додумалась оставить машину у центрального входа, а не на подземной парковке. Спасаясь от непогоды, я быстренько нырнула внутрь автомобиля, поправляя растрепавшиеся волосы и сдала назад. Охотская улица находилась достаточно далеко от центра, по этой причине до пункта назначения я добиралась ни много ни мало, а целых полтора часа, периодически стоя в вечерних пробках. Питейное заведение (именно там планировалось важное деловое свидание) располагалось в конце тихой улочки. Неприглядное серое здание с плохо освещаемым входом. Автомобилей рядом – прошу заметить, дорогих – не сосчитать. Я искренне не понимала ажиотажа вокруг этой забегаловки с претензией на популярный нынче винтажный тренд. Бросив своё авто на единственном свободном участке у маленькой сувенирной лавки, я поплелась к бару. В душном помещении шумно и светло. Низкие столики из дерева стояли на приличном расстоянии друг от друга, музыку практически неслышно из-за гула голосов посетителей. Любопытный дизайн в стиле восьмидесятых с массивной ретро-мебелью. Торшеры на ножках и лампы, свисающие с потолка. Дополнительные детали в виде проигрывателей для виниловых пластинок и портреты диско-групп создавали определенный эффект реалистичности. Не скрою, не в моём вкусе, однако преимущества всё-таки есть. Здесь действительно никто никому не мешал. Гости сбивались в своеобразные группки по интересам и что-то громко обсуждали, оживленно жестикулируя. Бармен на посту не успевал разливать текилу по опустевшим рюмкам. В царящей вокруг суматохе моё появление осталось незамеченным. Администратора, вероятно, отродясь не водилось, да и официанты разбежались. Судя по всему, самообслуживание и заказ можно сделать только за барной стойкой. Оригинальное заведеньице. Свободных столов немного: один прямо у дверей и несколько в самом углу зала. Недолго думая, я решила присесть чуть поодаль от входа. Хотелось бы выпить кофе, но боюсь, я буду ждать до полуночи. Я рискнула и протиснулась между изрядно охмелевшими девицами и получила дымящийся напиток буквально в течение десяти минут. Время уже было далеко за семь вечера, и я, потягивая горький робуста, хмурилась, изучая взглядом колоритную публику. Чувствовала я себя крайне неуютно, долгое ожидание дико раздражало.
– Привет, – послышалось за спиной, и я вздрогнула от неожиданности.
– Ты опоздала! – с укором заметила я.
– Эти пробки кого угодно приведут в бешенство! Застряла в потоке на Революционном проспекте! Удалось отыскать что-то?! – без прелюдии перешла запыхавшаяся блондинка к основной теме.
– Не знаю, это то, что тебе необходимо или нет… Но, кроме сей милой вещицы, ничего стоящего я, увы, не обнаружила, – указав на пакет, задумчиво выдала я.
Виолетта, закадычная подружка Ильина, – высокая, светловолосая девушка с открытым располагающим лицом, яркими васильковыми глазами и тонко очерченным ртом. Не мигая, она протянула руку, нервно раскрыла ламинированное упаковочное изделие и принялась сосредоточенно рассматривать непонятный предмет.