Екатерина Слави – Царский отбор (страница 33)

Лицо второй невесты закрывала маска богини солнца. Золотой бахромой с правой стороны лица рассыпались длинные языки солнечных лучей, а слева маску окаймлял тонкий светло-желтый серп, как символ солнечного диска.

К маскам обеих невест, как и к моей, были прикреплены накидки, покрывающие голову, спускающиеся до самого пола и тянущиеся сзади шлейфом.

Глядя на девиц, я вдруг поняла, что не могу распознать, кто из них кто? Богиня ночи это Милана, а богиня солнца – Лазария? Или наоборот?

Скорее всего, точно так же и каждая из них сейчас гадала, кто скрывается под каждой из масок.

Одно можно было сказать наверняка – сейчас у царя не было ни единого шанса увидеть в нас кикимор, жаболюдок или каракатиц.

«Он должен быть мне благодарен, – подумала я. – Я избавила его от необходимости лицезреть уродство, которое преследовало его с тех пор, как он оказался под заклятием».

– Рад вас видеть, киньи, – с улыбкой поклонился нам троим Тарлад. – Под этими масками вас не узнать. Однако они вам очень идут.

«Лжец», – подумала я.

Кто-кто, но уж Тарлад точно знал, какая невеста под какой маской скрывается – именно он выбирал для нас маски, именно он прислал маску каждой из нас.

– Государя все еще нет? – спросила одна из невест; из-за маски ее голос звучал приглушенно, и я его не узнала, но легко различила в интонации беспокойство.

Похоже, она боялась, что правитель Аквилаи и в этот раз ускользнет от встречи.

– Наш правитель еще не явился, – учтиво ответил Тарлад, – но я уверен, что в этот раз он…

Тут из арки, которая вела во внутренний дворик из залы дворца, послышались звуки. Вперед выбежал какой-то господин в кафтане – кажется, кто-то из придворных, – поклонился низко невестам и Тарладу, после чего сообщил:

– Государь пожаловал повидаться со своими невестами!

И тотчас отскочил в сторонку. А сразу после этого в арочном проеме появилась высокая фигура: по серебристо-голубому в мехах кафтану стелется полотно белоснежных волос, голову охватывает сверкающая на солнце корона, словно сделанная изо льда, глаза цвета морской лазури смотрят холодно и строго.

И все же в этот раз Царь Северного Моря пожаловал на свидание с невестами.

Глава 40. Свидание

– Полагаю, ты представишь мне моих невест заново, Тарлад, чтобы я мог узнавать их по их маскам, – бросив в нашу сторону слегка брезгливый взгляд, произнес государь Аквилаи и мрачно посмотрел на первого мага ковена.

Тарлад улыбнулся. Скрестил руки за спиной, склонил голову набок и своим любимым вкрадчивым тоном ответил:

– Нет, государь, боюсь, не представлю.

Царь сузил глаза подозрительно и впился в мага взглядом, словно жалом:

– Как это понимать, Тарлад? Объяснись.

– Извольте, государь, – уже серьезнее кивнул маг. – Предполагается, что на свидания с вами ваши невесты будут приходить в масках для того, чтобы вы могли узнать их лучше, не отвлекаясь на внешность. Отбор невест был устроен ковеном северных магов с целью найти вам супругу, государь, а для супругов совпадение характеров, пожалуй, куда важнее, чем внешность.

Маг повернулся и адресовал короткий поклон уже невестам:

– И я хочу попросить вас, киньи, не называть своих имен во время ваших встреч с государем. Если вы, конечно, не против.

Я покосилась на богиню ночи и богиню солнца, они посмотрели друг на друга, потом на меня – среди невест определенно царило смятение, никто не торопился отвечать Тарладу, ни одна из нас попросту не знала, что ответить.

– Ты ведь знаешь, Тарлад, что если я велю киньям назвать свои имена, они не смогут мне отказать? – колючим взглядом одарил мага государь.

Тарлад снова кивнул с мягчайшей улыбкой. Весь – сама учтивость и услужливость:

– Все в вашей власти, государь. Однако я надеюсь, вы проявите терпение. Вам ведь известно, ради чего все было устроено. Ковен северных магов заботится исключительно об интересах своего правителя.

Царь недовольно сжал губы, но спорить не стал.

– Я обличу невест, если решу, что в этом есть необходимость, – сказал он холодно, – но пока будь по-твоему.

Он повернулся к невестам и словно через силу заставил себя произнести:

– Уповаю на то, что наша сегодняшняя беседа, киньи, пройдет наилучшим образом.

Для свидания невест с царем, как оказалось, все было приготовлено заранее. В самом центре Розового дворика был воздвигнут трон изо льда и напротив него – три ледяных кресла поменьше.

Этикета я не знала, поэтому пришлось внимательно следить за другими невестами, чтобы не оплошать. Сначала свое место на ледяном троне занял царь, и только потом стали рассаживаться по креслам невесты. Тарлад остался стоять по правую руку от государя.

– Государь, – заговорила одна из невест; это была богиня солнца, но голос, приглушенный маской, был неузнаваем, поэтому угадать, Лазария это или Милана, не было возможности, – все мы заметили, что невест осталось только трое, а из своих покоев исчезла кинья Ангуда вместе с компаньонкой и своими горнальскими служанками. Даже вещей ее нет. А среди дворцовых слуг ходят странные слухи, неужели они правдивы? Две ночи назад на вашу жизнь покушались? Поймите правильно, нас, ваших невест, гнетет беспокойство о вас и вашем здоровье, государь.

Царь некоторое время без выражения смотрел на богиню солнца, как будто пытался заглянуть за маску, желая узнать, кто за ней скрывается. Потом ответил:

– Как видите, я жив и здоров, кинья, и у вас нет повода для беспокойств.

– Ах, государь, увидев вас сегодня, я испытала огромное облегчение, после тех слухов, которые до меня дошли! – вдруг воскликнула, прижав кисти рук к груди богиня ночи. – Я… я так тревожилась о вас, что эти ночи не могла спать.

В ее голосе было столько неподдельного волнения и одновременно облегчения, что даже царь в первый момент растерялся. Если бы я сейчас смотрела фильм, то сказала бы, что богиню ночи играет безусловно очень талантливая актриса – интонация и жесты… все выглядело так, будто говорила влюбленная девушка.

Однако если богиня ночи задалась целью растопить лед государя Аквилаи, она выбрала не ту тактику. Сердце царя было сделано из незыблемого льда – растерявшись в первый момент, он тотчас нахмурился – похоже, богиня ночи даже добилась противоположного эффекта, пробудила в государе недовольство и подозрительность своей вспыхнувшей внезапно влюбленностью, – и сказал сухо:

– Я еще не выбрал вас своей супругой, кинья, не торопитесь растрачивать без повода свою тревогу и спите спокойно, прошу вас.

Богиня ночи застыла, словно ее облили холодной водой. Тарлад осуждающе покачал головой и вздохнул – судя по всему, это означало, что неприветливость, которую царь проявил к одной из своих невест, он не одобрял. А мне показалось, я четко услышала, как богиня солнца тихонько прыснула от смеха в маску.

Я же подумала, что мои соперницы оказались довольно смелыми барышнями – не побоялись заговорить с царем и сходу обратить на себя его внимание. Я же не рисковала и слова произнести. Этот мужчина мог быть поистине колючим в предубеждении к своим невестам. Если я скажу что-нибудь не то, меня осадят точно так же, как богиню ночи. С другой стороны, если я все время буду молчать, какой смысл в этом свидании? Царь не сможет лучше узнать меня, а именно в этом и была моя цель.

Но пока я думала, как завязать разговор с царем, внезапно заговорил Тарлад:

– А правда ли, государь, что в ночь покушения в ваши покои пробралась таинственная незнакомка, чтобы предупредить вас об опасности, и в итоге она спасла вам жизнь?

У меня внутри вмиг все похолодело. Я уставилась на Тарлада большими от ужаса глазами, едва замечая, что государь Аквилаи тоже повернулся к магу с удивлением.

Что Тарлад сейчас сказал? Неужели он… говорит обо мне? Не может же быть, что он успел увидеть меня в царских покоях в ту ночь? Ведь не может? Или…

Глава 41. Хитрости Тарлада и смелый вопрос

– Кто тебе сказал, Тарлад, что в моих покоях в день покушения был еще кто-то, помимо меня и убийцы? – пристально глядя на мага, спросил государь Аквилаи.

– Кажется, я слышал это в разговоре молодых магов, которые сопровождали убийцу в темницу, – задумался Тарлад, как будто старался припомнить поточнее. – Я столкнулся с ними, когда поспешил явиться в Государеву башню, узнав, что вы отправили сигнал ночной охране ковена. Кто-то из них сказал: «Мне показалось, я видел женщину в купальне царя.

Тарлад замолчал, но царь не торопился отвечать. Подождав, он приподнял брови и спросил:

– Все?

Тарлад как будто удивился вопросу государя.

– Мне послышалось, ты сказал, что некая женщина пришла в мои покои, предупредить меня об опасности, и в итоге спасла мне жизнь, – пояснил царь. – Но из твоих слов следует, что одному из магов ночной охраны всего лишь померещилась женщина в моей купальне.

Тарлад охнул, якобы поняв, о чем говорит правитель, и вежливо улыбнулся.

– Прошу меня простить, государь, остальное я додумал сам. Это единственное, что пришло мне в голову, когда я спросил себя, почему в ваших покоях ночью могла оказаться женщина… – Тарлад сделал паузу и добавил: – С учетом нападения на вас, государь…

– Не помню, чтобы в обязанности первого мага Аквилаи входило додумывать, Тарлад, – острым, как лезвие, тоном перебил царь.

Он сузил глаза, глядя на мага так, словно желал заморозить его насмерть. Даже мне стало неловко, когда я догадалась, в чем дело.