Екатерина Шашкова – Зверь (страница 3)
– Маркиза, – начал священник. – Мы не должны его отпускать. Он одержим бесом. Это он вызвал зверя прямиком из преисподней. Он должен…
– Отец Анри, – перебила его Жанна. Слушать средневековый религиозный бред она не могла. – Я не собираюсь сейчас разбираться в бабушкиных сказках. Я сказала отпустить. Валентин никогда не желал никому зла. Я знаю его всю мою жизнь, мой отец доверял ему.
– Но, дочь моя… – попытался вставить слово священник.
– Или вы сомневаетесь в моем отце, Анри? – в голосе Жанны появился нажим и даже угроза.
– Нет, маркиза. – священник предпочел согласиться. Ссориться с маркизой он не хотел.
Явно расстроенные испорченным представлением, сельские начали расходиться. Священник молча развязал веревки на леснике и скрылся за дверями церкви. Он даже не оглянулся на Жанну, что не очень огорчило девушку. Отца Анри – расчетливого дельца и фанатика – она недолюбливала.
Пусть идет, куда вздумается. Ее больше волновало состояние Валентина. Бегло осмотрев его, Жанна не нашла серьезных повреждений или ран, за исключением внушительных размеров шишки на затылке. Девушка сняла с седла флягу и спрыснула водой лицо лесника. Его усы дернулись, он за стонал и начал с трудом приходить в себя. Несколько минут ему потребовалось для осознания, где он и что с ним произошло. Жанна терпеливо сидела на краю повозки, размышляя о звере. Темнело. Он мог появиться в любой момент. В деревню бы он не сунулся, но мог легко застать их врасплох в дороге. Она могла заночевать в деревне у многих хороших знакомых селян или на постоялом дворе, но Валентина никто не приютит. Тем более теперь, когда и без того странный и нелюдимый лесник был объявлен колдуном.
– Маркиза? – Прервал ее размышления хриплый низкий голос Валентина. – Вы-то тут как? Кто успел Вам рассказать?
– Никто мне не рассказал. Я случайно узнала, что тебя забрали.
– Счастливый случай, – усмехнулся лесник, – для меня, конечно. Только как бы о Вас шептаться не стали.
Но деревенские слухи волновали ее сейчас меньше всего. На деревню и лес спустилась ночь, а путь до ночлега был не близкий и опасный. Своими размышлениями Жанна поделилась с Валентином. Несколько минут серьезных обсуждений и лесник смог уговорить маркизу добраться до него и переждать до рассвета. Он предложил зажечь по факелу и "надеяться на лошадку", которая обязательно заволновалась бы в присутствии любых диких зверей.
У таверны они подожгли от уличных ламп по толстой длинной палке, Жанна взяла лошадь под уздцы, и они двинулись через лес. Шли молча и стараясь издавать как можно меньше шума. Благодаря осторожности или удаче они благополучно добрались до хижины лесничего. Он настоял на том, чтобы Жанна завела лошадь внутрь. Вместе Жанна и Валентин разобрали хаос, оставленный сельчанами, когда они скручивали лесничего, и уселись за поздний ужин. Простая пища, которую предложил Жанне Валентин, показалась ей очень вкусной, особенно из-за пропущенного ужина. В завязавшемся дружеском разговоре девушка с жаром поносила Дюамеля, его отряд и трусливых дворян в общем и делилась своими мыслями по поводу зверя.
– Я говорила с той женщиной и видела трупы. Не может это быть волк! Я еще не уверена, кто это? Но, Валентин, говорю тебе, это точно не волк! – Говорила она, стуча по столу пальцем.
– Я тоже так считаю, мадам. Никогда не видал я такого большого волка, а волков я повидал немало, уж поверьте мне! И вообще, не видал и не слыхал о таких зверюгах. Тут таких не водится. Не от сюда он.
– А откуда он тут может быть? Не из ада же, Валентин. Или и ты туда же?
– Я вот что думаю. Притащил его кто-то к нам. Может и себе притащил, а он взбесился.
– Значит, его кто-то привез, а он и сбежал… – задумчиво сказала Жанна, покачивая в воздухе куском хлеба, зажатым в руке. – Бред какой-то. Такие звери, должно быть, редкость. И стоят огромных денег. А всех, кто в округе мог бы его купить, я знаю. Они почти все предпочли бы золотого зверя живому. Зверинцы сейчас не в моде, а охотники на то и охотники – они убивают.
– Тут Вы правы. Придется ждать. Ничего не поделаешь. Надо бы за ним еще понаблюдать. Может и поймём. Если не кто это, так хоть как он себя ведет. Может и логово найдем. Говорите, пещеры? Только если высокие. В низинных у нас сыро. Какой зверь в сырость полезет? А вот те, что в горах, могут сойти. Только обещайте не идти туда одной! – После смерти Гвенаэля Валентин, как мог, поучал Жанну. С ее своенравным характером ему это приходилось трудно, да и она уже давно не была малышкой, но ей было приятно такое почти отеческое беспокойство за нее. Она мягко улыбнулась большому, похожему на медведя, леснику и заверила его, что ни за что не пойдет одна в пещеры.
Всего несколько часов разговоров и раздумий и уже рассвело. Летние ночи очень короткие. Попрощавшись с Валентином, Жанна отправилась домой. Скакала быстро, чтобы холодный утренний воздух в лицо не позволил ей уснуть. Едва добравшись до замка, она переоделась и отправилась в постель, велев слугам никого не принимать. Выспаться ей не удалось. Через пару часов ее разбудил настойчивый стук в дверь, за которым послышалось кудахтанье старой служанки и мужской голос, который звучал слегка насмешливо. Сквозь сон слов было не разобрать. Снова послышался требовательный стук. Недовольная возней за дверью, Жанна встала с постели, накинула бархатный халат и открыла дверь. На пороге стоял маркиз д'Апше.
– Ты где была? – спросил он. Не слишком вежливо для обращения к девушке, но Жанна для него была другом, а легкая грубость и фамильярность – их обычной манерой разговора. – Я к тебе заехал после ужина, тебя не было. И до завтрака ты тоже отсутствовала. И не говори, что была у кавалера – я бы знал. Давай выкладывай всё.
– Я, между прочим, не одета, Антуан. Иди подожди в библиотеке. И вообще, кто тебя пустил?
– А кто меня должен пускать-не пускать? Я сам захожу. Одевайся скорее. Я в библиотеке. – Он развернулся на каблуках и зашагал прочь, а Жанна сердито захлопнула дверь. В пустом коридоре осталась только пожилая служанка. Постояв в нерешительности несколько мгновений, она отправилась по своим делам.
Когда Жанна зашла в библиотеку, она застала там д'Апше за изучением названий книг на полках. Сколько раз ни бывал
– Я была в деревне и у Валентина. А возвращаться ночью через лес не хотелось. Я еще не поняла, почему нападает зверь, поэтому осторожность не помешает.
– И правильно. Волк нападал довольно давно. Возможно уже успел проголодаться. А ты всё же девушка.
– Помнил бы ты об этом, когда вламываешься ко мне в спальню.
– Ты мой друг. А значит, спальня ничем не отличается для меня от других комнат.
– И с чего ты взял, что это волк? – Возмутилась девушка. Вчерашний спор с Дюамелем грозил вернуться новой волной возмущения, потому маркиз поспешил успокоить ее, сказав:
– Все зовут этого зверя волком. Вот я и привык его так называть.
Жанна недобро сверкнула глазами в его сторону, но ничего не ответила. Она рассказала, что узнала от лесника. Д'Апше слушал внимательно и тоже очень удивился, кто мог упустить такого своего питомца. Он также недоумевал, почему жертвами становились только люди, а скотом брезговал.
– Тот тигр же и коров резал, и коз. – сказал маркиз, неопределенно взмахнул в сторону Жанны. Она провела пальцем по шраму на щеке и задумалась. Что-то во всей этой истории со зверем не давало ей покоя. Что-то было с ним не так. И дело было не в его гигантских размерах: в хорошие, плодородные года волки и медведи вырастали огромными. И не в его описании. Из здешних хищников и правда больше всего подходит волк. Но волк не нападает один на стадо и чаще всего обходит людей стороной. А этот в добавок и очень хитрый. Деревенские охотники расставили десятки капканов и отравленных приманок, но зверь будто знает о них и еще ни разу не попался. Казалось, он обладает разумом, как человек. Зверь с умом человека? Что же, колдун или оборотень? Жанна гнала от себя подобные суеверия. Но это становилось всё сложнее.
* * *
Два дня спустя Жанна, сопровождаемая д'Апше и другими друзьями, собирались присоединиться к отряду Дюамеля у границы леса. Наступать было решено с севера и гнать волков на юг, где заранее были расставлены капканы и силки. Людовик не уточнил, хочет ли он получить зверя живым или в виде чучела, потому Дюамель решил не убивать, а только поймать зверя. Жанна была в бешенстве. Она знала, что облава превратится в бессмысленную кровавую бойню, но надеялась, что общий переполох в лесу напугает зверя и тот выйдет из убежища, ища местечка потише. Антуан д'Апше следовал за девушкой по пятам. Он не мог отделаться от чувства, что эта взбалмошная девчонка обязательно выкинет какую-нибудь глупость, если за ней не приглядывать.
На охоту вышли все: и присланные солдаты короля, и местные дворяне, и даже жители деревень в округе – все мужчины, способные держать оружие. Такой облавы волки Жеводана не знали ни до, ни после. Дюамель и его соратники шли сплошным фронтом через лес, стреляя во всех волков, которые попадались им на пути. Выстрелы то с одной стороны леса, то с другой раздавались каждые четверть часа. В тот день было убито больше полусотни волков. Их тела свалили в кучу на том месте, откуда и начинали охоту. Священник, хоть и оставивший в покое старого лесничего, но все еще уверявший, что зверь – порождение ада и только огонь может убить его, настаивал на сжигании трупов.