Екатерина Семёнова – Попаданка ищет дом (страница 8)

Я, наверное, сияю как медный таз. До сих пор поверить не могу, что Эстро оставил мне целую усадьбу. Интересно, какая она? И как далеко? Всё это кажется фантастическим сном. Я даже к чаю не притрагиваюсь. Кусок в горло не лезет от волнения. А вот шеса Берениза волнения не беспокоят, он с удовольствием уплетает медовые слойки и конфеты и, кажется, даже не слушает, что здесь происходит.

— Дорогая матушка, — начинает Карвин, но Идаелира заставляет его замолчать взмахом руки.

— Я должен откланяться, — говорит лейр Стрен откашлявшись. — В присутствии свидетелей я обязан передать шёлк, муку и прочее и составить соответствующие документы.

— Сядьте! — командует Идаелира. — Мы ещё не закончили. Я не для того ехала из столицы столько дней, чтоб вернуться почти ни с чем.

«Ого! Ничего себе — почти ни с чем, — возмущаюсь я про себя. — Дома им остались, земли и денег половина». Не знаю, сколько именно там денег, Эстро никогда особенно не шиковал, но и бедняком точно не был.

— Я оспариваю завещание! Официально заявляю вам об этом! — выкрикивает Идаелира, и радость испаряется, будто и не было.

То есть… то есть мне ничего не дадут?

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀

Глава 12 - полтора года назад

Над столом висит большая люстра и проливает мягкий свет на разложенные вещи. Как работает свет в этом мире, я ещё не знаю. В своей спальне и общих комнатах я искала провода и розетки, но не нашла. Однако лампы, торшеры, люстры загораются, стоит только коснуться их или нажать кружочек на стене. Тем не менее свечи в доме тоже есть, и много.

Может, у них часто «электричество» отключают? Нужно всё непременно выяснить.

Эстро задумчиво разглядывает мои вещи.

— Что это? — спрашивает он, указывая на куртку.

— Одежда, чтоб не замёрзнуть, — подбираю я слова чужого языка.

— Из чего она сделана?

— Из… из…

А из чего? Как называется ткань для курток?

— Ну, из ткани, которая не промокает.

— А это что?

— Кнопки.

Эстро внимательно изучает, как застёгивается куртка. В этом мире я видела только пуговицы, крючки и завязки, поэтому хочу поразить его нашими изобретениями.

— А ещё у нас есть вжик-вжик! — гордо говорю я, бегу в библиотеку и возвращаюсь с толстым справочником. Быстро листаю страницы, нахожу нужное слово. — Вот. Молнии.

У Эстро округляются глаза.

— Вы застёгиваете одежду молниями?

— Ну это так называется, это не те, что на небе.

— А как они устроены, молнии ваши?

— Э-э…

Откуда я знаю, как устроены молнии? Я никогда не задумывалась об этом. Как жаль, что на моих джинсах нет молнии, пояс просто собран на резинку.

— У них собачка есть и язычок, — рассказываю я всё, что знаю, и глаза у Эстро становятся ещё больше.

— Собачка и язычок?! — Он подходит и трогает мой лоб. — Хм, жара вроде нет.

— Не та собачка! Ненастоящая! Просто так называется.

— Странный какой-то у вас язык, Наташа. Всё не так называется. Давай принесём твою одежду в жертву науке!

Я не уверена, стоит ли приносить одежду в жертву, но Эстро столько для меня сделал, что не хочется его расстраивать. Да и носить эту одежду я не смогу, Эстро запретил, говорит, слишком странная для их мира.

— Хорошо.

Эстро только и ждал моего разрешения. Он ловко достаёт из ящика с инструментами изогнутый нож и распарывает куртку. Из неё вылезает наполнитель. Эстро осторожно трогает его, трёт между пальцами и даже нюхает.

— Что это?

О! Тут я знаю ответ и радостно сообщаю:

— Синтепон! Искусственный материал. Люди его сами придумали и делают.

— Надо же! А как делают, ты знаешь?

— Нет, — поникаю я.

Джинсы и свитер Эстро интересуют гораздо меньше куртки, ведь хлопок и шерсть есть и в этом мире. Зато его привлекает резиновая подошва на кедах. Но и про резину я тоже ничего толкового сообщить не могу. Даже плакать хочется от своей тупости. С жаром начинаю рассказывать о наших технологиях, самолётах, пицце, интернете, асфальте, доставке еды, школах, дерматине, всё в кучу у меня смешалось, но полезных подробностей рассказать не могу. Даже как делают тесто для пиццы.

И тут я понимаю одну расчудесную вещь: я ничего не знаю и не умею. В школе я отличница, всегда прекрасно училась, потому что думала, что за пятёрки любят больше. Но вот я в новом мире и, оказывается, моё знание английского и синусы с косинусами никому не нужны. Физику и математику Эстро и без меня знает, а как устроены самые простые вещи из нашего мира я совсем не в курсе.

Эстро понимающе усмехается и гладит меня по голове.

— Всё хорошо, Наташа. Не расстраивайся. Для ребёнка ты очень умна, вон как быстро новый язык осваиваешь. Я вот что хотел тебе сказать. Наши учёные мужи полагают, что существует множество миров, иногда они пересекаются, и тогда происходит то, что случилось с тобой. Подобное указано в старых книгах. Не знаю, как в других мирах, в нашем обычно это не заканчивается хорошо для того, кто пришёл в этот мир.

Я холодею от страха.

— Неужели меня сожгут на костре, или как у вас принято? Отрубят голову? Отправят на опыты?

Я начинаю дрожать всем телом, и Эстро спешит успокоить меня.

— Ничего такого. Но в хрониках написано, что пришельца из другого мира начинали таскать повсюду, каждый власть имущий надеялся выудить из такого человека полезную информацию. В конце концов он превращался в замученного зверька, которого выставляют напоказ как диковинку для потехи богатой публики. А если власти решали, что знания такого пришельца опасны, или он говорил недозволенные речи, то его в лучшем случае ждала тюрьма.

— А я? — шепчу еле слышно и опускаюсь на стул.

— Мы сделаем так. — Эстро подходит и садится рядом. — Никому не скажем, откуда ты. В соседнем государстве, оно называется Кархим, — ты запоминай! — в глухой деревне жил мой старый друг. Он, к сожалению, умер от длительной болезни. Как раз в тот вечер, когда увидел тебя на улице, я возвращался с его похорон. Прислуге и всем любопытным сообщил, что ты его внучка и что я забрал тебя из Кархима и теперь буду заботиться в память о друге. Слышишь, Наташа?

Киваю, пытаюсь запомнить как можно больше.

— Я из Кархима. Мой дедушка умер, и вы привезли меня сюда.

— Умница! — хвалит Эстро. — Скоро я уеду на пару дней, чтобы оформить тебе документы, пока кто-нибудь не хватился. Покуда всем говорю, что ты очень больна и не выходишь из дома. А ещё что совершенно не говоришь по-билиремски и учишь язык. Ну это почти правда. Зато люди не будут удивляться твоему акценту. Ах да, ещё! — Эстро устало трёт лоб. — Имя придётся сменить. «Наташа» звучит непривычно, а нам не нужно лишнее внимание. Хочешь быть Верелерой?

Я мотаю головой. Такое и выговорить-то сложно.

— Тогда, может, Артьера?

Снова мотаю головой. Это ненамного лучше, похоже на «портьера».

— А Натальей быть нельзя? Меня так тоже называют.

— Есть имя Наталина, нечастое, но никого им не удивишь. Решено! Будешь Наталиной! А фамилия Ардилиан, тут ничего не попишешь, это фамилия моего друга. Эх, знал бы он, что у него вдруг внучка появилась, умер бы счастливым. Только, Наталина, — он выделил голосом моё новое имя, — есть одна… проблема.

Эстро вздыхает, отходит к окну, смотрит на осенний городок.

— Какая же? — тихо спрашиваю я, так и не дождавшись ответа.

— Может, попьём чаю? Из кухни открывается прекрасный вид на закат, — невпопад говорит он. — Давным-давно, кажется, в другой жизни, у меня была важная должность, высокая цель, жена и двое сыновей. Но потом… потом… Идём пить чай, Наталина, и я всё тебе расскажу.

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀

Глава 13

— Я оспариваю завещание! Официально заявляю вам об этом! — выкрикивает Идаелира. — Всё останется в этом доме. Попробуйте сначала доказать, что указанное в завещании — личная собственность Эстро. А что касается усадьбы, ещё уточню этот момент, сомневаюсь, что вы, провинциальный крючкотвор, разбираетесь в законах лучше столичных законоведов.

— Как вам будет угодно, ваше право, — сухо соглашается лейр Стрен.