Екатерина Романова – Двести женихов и одна свадьба. Часть вторая (страница 38)
Перед нами распахнулись двери и герольд объявил о прибытии графа Айрона и его очаровательной спутницы, всеми любимой озорницы (дословно) леди Джулии Ортингтон.
Спасибо, что не ставите ставки о том, когда…
– Ставки о том, когда граф Айрон сделает леди Джулии предложение принимаются за пятым столом.
Я закатила глаза и вздохнула.
– Добро пожаловать в Ортингтон, граф Айрон.
– А местное общество довольно… колоритное, – с улыбкой заметил он, провожая меня к ближайшему столику, где аккуратной горкой возвышались тарталетки с малиновым джемом и в шахматном порядке стояли бокалы с шампанским. Кэри все выполнила безукоризненно! Она юркой куницей, ловко, несмотря на комплекцию, ныряла между гостями, успевая наполнять столики, раздавать официантам распоряжения, приводить в порядок декоративные элементы, нарушенные гостями. В общем, вела себя как полноправная хозяйка вечера, хотя на нас только напитки и закуски.
Когда в зал вошел Кристиан, мой мир пошатнулся. Музыка вдруг замолчала, а яркие краски потускнели, расцветив мир черно-белыми оттенками, сузив его только до ладони, сжимающей пальцы леди Арабеллы, затянутые в кружевные перчатки.
Обворожительная, прекрасная, в бордовом платье, подчеркивающем белизну ее кожи, она цвела и рассыпалась заливистым смехом, то прижимаясь щекой к груди Кристиана, то шаловливо отталкивая его, чтобы перестал ее смешить. Граф, кажется, тоже выглядел весьма довольным. Но улыбка быстро сошла с его лица, когда мы встретились взглядами.
– Кажется, мне нужно поднять градус настроения! – заявила, нащупывая ладонью тонкую ножку бокала с шампанским. Не отрывая взгляда от графа, который тоже смотрел на меня, я понесла бокал к губам и… – Что вы делаете?
– Леди, стресс не запивают выпивкой, вас этому не учили? – Адриан изогнул бровь и улыбнулся. А у меня пальцы дрожали, внутри все металось, мне хотелось стать маленькой девочкой, закатить истерику, напиться до беспамятства, опрокинуть поднос с тарталетками и разбить бокал с шампанским о стену. Нет, пожалуй, сначала вылить шампанское в лицо Кристиану, а уже потом разбить о стену. Не лицо, бокал конечно.
Тьфу ты, совсем запуталась!
– Я хочу кого-нибудь разрезать! – призналась и потянулась к другому бокалу, но граф перехватил мою ладонь и переместил на свое плечо.
– Это непродуктивно. Предлагаю потанцевать.
Обаятельная улыбка, изящный пируэт и меня закружило по танцевальному залу. Танцующие расступились, пропуская в центр зала самого графа Айрона, который изволил танцевать с самой леди Джулией Ортингтон.
– Да я в таком состоянии вам все ноги оттопчу! – возмутилась, когда пируэты закончились и меня прижали к стальной графской груди.
– Ничего страшного. У меня их всего две, – сказано с невозмутимостью и слегка приподнятой бровью.
Официально. Быть с графом Айроном и оставаться в плохом настроении невозможно. Я улыбнулась, улыбнулась шире, а потом в груди заклокотал смех.
– Разве не положено в таком случае говорить женщине комплименты? – ответила, посмеиваясь. – Например, что она великолепно танцует и что никакое состояние не способно повлиять на ее навыки. Заметьте, я еще ни одной ноги вам не оттоптала!
– В комплиментах нуждается только неуверенная в себе женщина. За вами я такого не наблюдал.
Зато за нами наблюдал весь зал, включая того, чьего имени я не хочу произносить ни вслух, ни про себя. Отныне буду звать его «тот господин». Так вот, тот господин следил за нашим танцем с ледяным, я бы даже сказала мертвенным спокойствием. Правда бокал в его руках покрылся сеточкой трещин, но с кем не бывает. Силу не рассчитал.
Когда последние звуки музыки растаяли, граф Айрон поцеловал мою ладонь и произнес:
– Теперь вы сияете, а кого-нибудь разрезать хочется ему.
На «того господина» старалась не смотреть, но гаденькая часть меня ликовала свершившемуся возмездию.
– Разве мы не должны подойти, чтобы…
– Позволите? – громыхнул за спиной недовольный голос Баринова. Он с опаской поглядывал на графа Айрона, и в целом выглядел так, словно в любой момент готовился убежать. Это он молодец. Это правильно.
– Если дама не возражает.
Конечно, дама возражает! Еще как возражает! Но…
Очередная улыбка, очередная мелодия и гости разноцветными парочками разбрелись по паркету, вливаясь в узор танца.
– Вчерашний номер газеты самовоспламенился, – издалека начал Егор, стискивая руки на моей талии так, что наверняка останутся следы. Двигался он легко и умело, запросто сочетая танец с выяснением отношений.
– Я слышала об этом, – прорычала в ответ сквозь улыбку. – Какая трагедия!
– Маша, ты, правда, думаешь, я идиот?
Ему начистоту или чтобы приятно было?
– Я, правда, думаю, что для такого обвинения у тебя недостаточно доказательств!
Пальцы Баринова впились в мою спину. Он склонился к моему уху и прошептал:
– У тебя была возможность сделать все по-своему. Правильно. Без жертв. Но ты выбор сделала. Доигралась, девочка. Если сегодня Кристиан каким-то чудом сам не откажется от своей должности, мы поможем ему принять правильное решение. Поняла?
– Я сделала все, что от меня зависело! Если у твоей матери возникли проблемы, то…
Ладонь Егора до хруста сжала мои пальцы. Я закусила губу, чтобы не застонать от боли.
– Значит так. В кабинете твоего графа лежит папка, – улыбка, промораживающая душу, и долгий колючий взгляд подействовали лучше дальнейших слов. – Та, содержимое которой тебе понравилось в прошлый раз. Ты знаешь, что случится, если сегодня вечером снова произойдет какая-то… неожиданность.
Егор коварно улыбнулся и не стал дожидаться конца танца, справедливо полагая, что с меня станется оттоптать ему ноги каблуками. Граф Айран сразу же оказался поблизости и, подхватив меня под локоть, отвел в сторону.
– К каждому из членов нашего списка приставлены люди, – отголоски гнева пропитывали голос графа рычащими нотками, но большего себе дракон не позволил. – Одно слово, Джулия… одно только слово и мы начнем операцию.
– Операцию? – переспросила, дрожащими пальцами удерживая бокал с шампанским, который забрали из моих рук и заменили стаканом яблочного сока.
– Операцию, – с отеческой улыбкой повторил он.
– Операцию, – прошептала и залпом все выпила. Поняла, что не шампанское и сморщилась. Хоть бы пустырника кто налил, что ли? – Я…
– Леди Ортингтон! – раздался за спиной веселый голос Арабеллы. Пустырника? Нет. Лучше рюмку коньяка. Или две. Пол-литровых рюмки. – Вы сегодня нарасхват! Я еле дождалась, пока вы освободитесь!
Ну, Джулия, соберись! Ты же пять лет училась этому великолепному ортингтонскому качеству.
Нацепила на лицо самую дружелюбную улыбку из всех возможных и процедила:
– Леди Арабелла! Вы сегодня обворожительны!
Возникла неловкая пауза.
– Леди Арабелла правее, – подсказал Адриан, и я нехотя перевела взгляд.
– То есть, конечно же, вы обворожительны, леди Арабелла, – почтительно кивнула, – А вы, граф Ортингтон, специалист по разводам, этим похвастаться не можете.
Ударьте меня кто-нибудь по лбу и снимите с моего лица эту глупую улыбку! Вот кто за язык тянул?
У Кристиана скрежетнули зубы, да так отчетливо, что леди Арабелла поспешила перевести тему.
– Адриан, а вы уже поставили ставку, кто быстрее поженится?
Она заливисто засмеялась, от чего у Кристиана еще и желваки заходили. Да уж. Разрядила, называется, обстановку… Следующая попытка вообще не в бровь, а в глаз:
– Крис, ну что же ты молчишь, не приветствуешь давнего друга?
– Поприветствовать? – усмехнулся граф. – Хорошо. Как ты мог, др-руг.
Адриан не стушевался. Играючи поцеловал мою ладонь и ответил:
– Ты просил меня присмотреть за ней и приударить, если понадобится! Я не стал отказывать себе в удовольствии.
– Ты его об этом просил?! – просверлила Кристиана гневным взглядом, искренне жалея, что не умею, как Супермен, пускать из глаз лазерные лучи.
– Был зол на тебя, – отмахнулся граф Ортингтон. – И не думал, что он женится на тебе!
– А какой вариант «приударить» тебя бы устроил?!
– Я был зол! – прорычал он.
– А теперь зла я. Поздравляю!
Хотела уйти в поисках чего-нибудь покрепче шампанского (точно знаю, у Кэролайн на кухне найдется бутылочка ликера, которым щедро сдабривают некоторые булочки), но Кристиан перехватил мою ладонь и притянул меня к себе.
– Потанцуем, – пояснил он, прижимая меня так плотно, что такие танцы обычно заканчиваются выдачей кричащего свертка в родильном отделении.