Екатерина Насута – Кицхен отправляется служить (страница 22)
— В вёдрах?
— Хоть в бочках. Прогулки под луной. И вообще, кстати, а кто он по рангу?
— Гранд-мастер.
— Вот… помощь гранд-мастера химерологии в наших обстоятельствах точно не будет лишней.
Потому как неспокойно мне. Категорически неспокойно.
Глава 11
Глава 11 О старых обидах и хорошей памяти
— То есть, — дэр Туар развернул веер из тонких костяных пластин. — Вы предлагаете…
— Не заострять внимание на некоторых нюансах, — произнесла матушка с мягкой улыбкой. — В конце концов, вы ведь не обязаны…
— Вмешиваться в чужие дела сердечные, — герцог бывал весьма понятлив, когда ему это хотелось. — Несомненно. Да и, помнится, нет у нас законов, запрещающих молодым людям примерять женское платье. Тем паче, что ваш сын, помнится, эльф, а у них хватает странностей, не говоря уже об обычаях. Национальный колорит там…
Ну да, кстати, если что, будем ссылаться на простые эльфийские странности с национальным колоритом вкупе.
— То есть вы не против? — уточнила я, потому что с их светской беседой нельзя быть до конца уверенным, как тебя поняли.
— Отнюдь, — улыбка дэра Туара была безмятежна, как болота в полдень. — Помнится, в свое время гвардейцы изрядно отточили на мне свое чувство юмора.
А память у соседа долгая.
На наше счастье.
— А поскольку мне запрещено было участвовать в дуэлях, то отдельные личности позволили себе даже больше, чем следовало бы. Безнаказанность, увы, порождает ощущение вседозволенности.
— Вы поэтому не вернулись в столицу?
— Отчасти. Впрочем, ничуть о том не жалею.
И я ему поверила.
— Однако в свою очередь, милая тэра Каэр, у меня будет к вам встречная просьба, — он поднялся и с поклоном подал матушке руку. — Не затруднит ли вам взглянуть на один куст. Увы, болеет. И мои садовники не в состоянии понять, чем ему помочь. А сорт редкий. И раз уж вы здесь, то с моей стороны было бы грешно не воспользоваться этакой оказией.
— С огромной радостью, — матушка поднялась, одарив герцога лукавым взглядом. — Вы пока, полагаю, обсудите некоторые нюансы…
— Прикладной химерологии, — сказала я.
— Именно, — герцог ухватился за идею. — Мне как раз нужна небольшая помощь в лаборатории. Разрабатываю одно средство на основе темной силы, а накопители разрядились
— Полагаю, Кицхен с удовольствием поможет.
Куда я денусь.
В лабораторию меня не провели, но накопители герцог принес, целых три и вполне приличные. Ну, сил мне не жалко.
— Когда отбываете? — поинтересовался герцог, откладывая веер
— Пока не знаю, — я покрутила камень. Гладкий, плотный и огранка правильная. Натуральный или искусственный? Если и второе, то поделка высшего качества. Сила ложилась ровно, следовательно, внутренняя структура была, может, и не идеальна, но всяко близка к таковой. — Приказ, собственно, мы ещё не получили. Но думаю, что не задержимся. В связи с этим я хочу попросить вас ещё кое о чём.
Он вытянулся. И помрачнел.
Развернул костяное крыло веера и тотчас захлопнул, резко, даже нервно. С чего вдруг? Хотя, может, слишком много просьб за один раз? Дэр Туар поднялся и совершил немыслимое — повернулся ко мне спиной.
— Если вы хотите поговорить о том внимании, которое я уделяю вашей матушке, то уверяю, что помыслы мои чисты.
— Не сомневаюсь.
И вправду не сомневаюсь, поскольку будь на его месте кто-то другой, эта история не затянулась бы на годы.
Да и вообще хотя бы началась. А то только поглядывают да вежливыми письмами обмениваются. Хоть ты матушке пиши, чтоб явилась и зафеячила тут великую любовь. Я бы и написала. Была такая мыслишка. Но, во-первых, это не совсем честно по отношению к ним. Во-вторых, краёв матушка не видит. И в результате может получиться так, что эпидемия любви захлестнёт всю округу.
Дэр Туар вздёрнул подбородок, крутанул тонкий ус и продолжил:
— Я прекрасно осознаю все сложности, связанные с некоторыми нюансами нашего положения, но уверен, что они вполне преодолимы. Если, конечно, мои чувства, которые, как понимаю, не остались вами не замеченными, не внушают благородной тэре отвращения.
Эк загнул. Вот с Карлушей они похожи не только страстью к тряпью, но этой вот манерой выплетать словеса.
Ну и страстью тоже.
Мелькала даже нехорошая мыслишка, но я её придавила. Папенька, может, и имел недостатки, но глупость в их число не входила. Так что всех нас проверил. А кровь, как говорится, не обманешь.
— Вы ей нравитесь, дэр Туар, — раз уж у нас пошла такая беседа, то почему бы и не сказать. Глядишь, и без феи обойдёмся. — Но матушка опасается, что её репутация может бросить тень на вашу.
У меня прям спина взмокла от натуги, а язык того и гляди узлом завяжется.
— Но вот честно, лично я ничего не имею против, если у вас что-то получится.
— Вы весьма прямолинейны, — заметил сосед.
— Извините. Просто как-то времени у нас немного. Если ваш розовый куст и вправду болен.
— Увы, к сожалению, болен. И я действительно не могу понять причины. Возможно, просто место неподходящее. В этой части сада ничего не растёт. Впрочем, я отвлёкся. Значит, вы не против?
— Ничуть. Она красивая свободная женщина. Вы — свободный мужчина.
Дэр Туар поднял бровь, и я поспешила добавить:
— Весьма привлекательный. Видный. С тонким чувством вкуса и отличным воспитанием. А на мой взгляд, нет ничего страшного, если два взрослых привлекательных человека найдут общие темы для бесед. К примеру, розы там.
— О да, о розах я могу говорить долго.
Дверь приотворилась и в щель просунулась узкий нос с пятачком. Нос крутанулся вправо, влево, и исчез, чтобы снова толкнуть дверь.
— Простите, они любопытны, — дэр Туар погрозил свину пальцем, а тот, сунувшейся было в щель, замер. И отступил. — Но это молодость. Мы только начали дрессировку.
— И как?
— Отлично. Свиньи, как я уже говорил, весьма умны.
— Особенно, если их создал гранд-мастер химерологии?
— Не без того, но вам ли не знать, что магия лишь расширяет возможности, однако даёт их природа.
— Вот об этом тоже с матушкой. Я вообще хотела попросить о другом. Ваши личные отношения — это ваши. Верю, что матушку вы не оскорбите и не обидите.
— Никогда.
— Я же хочу, чтобы вы приглядели за ними, — сказала я, глядя, как свин пытается протиснуться в щель, оставаясь при этом незамеченным. Он буквально втёк в неё, чтобы прижаться к шёлковым обоям. И надо сказать, что наряд его — аккуратный сюртучок тёмно-зеленого колёра и узкие штаны с бантиками — весьма с обоями гармонировал.
Я моргнула и заставила себя отвести взгляд. Наряжает человек своих свиней? На здоровье. Свин вроде не выглядел протестующим. А вид сразу обрёл солидный. Сразу видать — не просто так дикая животина, но настоящая герцогская свинья.
— Меня настораживает сама эта ситуация, — продолжила я. — Такое ощущение, что нас хотят убрать, оставить поместье беззащитным.
— Думаю, их ждёт сюрприз, — произнёс герцог.
Ну да, с папенькой они не то, чтобы дружили, но общие дела вели. И к некоторым проектам папенька дэра Туара привлекал. Ну, пока я не подросла, чтобы ассистировать.
Так что про беззащитность говорить не стоит. Но всё же… я поморщилась.