Екатерина Кожина – Два принца (страница 7)

Принцесса вздрогнула от неожиданности, растерянно поджав плечи от нахлынувшего смущения. Однако это живое, обволакивающее тепло его сильного тела было настолько убаюкивающим и надежным, что она не стала вырываться из мужских объятий, позволяя себе эту маленькую слабость.

— Посмотри вон туда, — Киран вытянул вперед мускулистую руку, указывая нужное направление, и его гладко выбритая щека на какую-то сладкую секунду коснулась ее шелковых светлых волос. — Видишь ту бескрайнюю долину внизу? Там раскинулись наши вековые охотничьи угодья. Совсем скоро там начнется Великий Гон стаи. Это поистине завораживающее, красивое зрелище.

— Это... это именно там, где вы все... бегаете на четырех лапах? — спросила Лилиан, отчаянно стараясь выровнять свое дыхание, которое то и дело сбивалось под его сильными руками.

— Именно так, — хмыкнул Киран, и в его янтарных глазах отразились багровые отблески заходящего солнца. — Кстати, о четырех лапах, пушинка. Ты ведь до сих пор нас панически боишься, верно? Искренне думаешь, что мы с Гарри самые настоящие дикие чудовища из сказок?

— Ну... вы очень... крупные мужчины, — честно, без прикрас призналась девушка, вызвав у молодого вожака довольный, низкий и вибрирующий мужской смех.

Настоящий казус случился на следующий день, когда Лилиан отдыхала в своих новых, поистине роскошных покоях. Ей выделили великолепную комнату с огромной кроватью под шелковым балдахином, изящной мебелью и камином, в котором весело потрескивали поленья. Девушка уютно устроилась в глубоком кресле, лениво расчесывая свои длинные светлые локоны, когда балконная дверь, выходящая в тенистый внутренний сад, заговорщически скрипнула.

Лилиан повернулась на звук и замерла, выронив дорогой гребень, который со звоном покатился по паркету.

В ее спальню вальяжно, по-хозяйски, с невозмутимым видом шествовал... огромный волк. Нет, это был не просто волк, а чудовищно огромный, великолепный зверь с густой, переливающейся серебристо-белой шерстью, мощными лапами и невероятно умными янтарными глазами. И этот грозный лесной хищник бережно нес в своей пасти... спелое, наливное красное яблоко.

Горячий Киран, судя по всему, решил, что целый месяц томительного ожидания — это слишком долго для его бушующей мужской натуры, и пришло самое время показать принцессе свою вторую, истинную форму в домашней, так сказать, интимной обстановке. В своей наивной волчьей душе он искренне полагал, что такой жест будет выглядеть невероятно романтично, трогательно и доверительно.

Девушка окаменела на месте. Весь ее тщательно отрепетированный оллернский этикет и напускное хладнокровие испарились в ту же секунду. Чисто девичий страх перед огромным хищником, оказавшимся в паре шагов от нее, полностью парализовал ее волю.

Между тем белый волк преспокойно подошел к ее креслу, аккуратно, стараясь не вымазать ее платье, положил сочное яблоко ей прямо на колени и издал короткий, на редкость дружелюбный и довольный «вуф», преданно и умилительно зашевелив своими пушистыми ушами.

В этот момент в комнату без стука стремительно вошел Гаррет. В руках он нес серебряный поднос, на котором завлекающе дышал паром вечерний чай. Увидев своего непутевого брата в волчьей форме прямо перед испуганной, застывшей в кресле принцессой, Гаррет закатил глаза к потолку с такой силой, что его серебряные очки чуть было не съехали на самый кончик благородного носа.

— Киран, ты законченный, непроходимый идиот, — сокрушенно констатировал Гаррет, с демонстративным грохотом опустив поднос на столик. — А ну-ка обернись обратно, живо! Ты пугаешь нашу невесту. У бедной девушки из-за твоих маневров сейчас начнется тяжелейшая психологическая травма, и наш испытательный месяц затянется до второго пришествия!

Белый волк недовольно фыркнул, глухо и обиженно зарычал на зануду-брата и... послушно, с каким-то совершенно умилительным видом уставился на Лилиан, словно безмолвно просил прощения за свою дикую выходку. Его огромный пушистый хвост пару раз несмело вильнул из стороны в сторону, послушно заметая бесценный шерстяной ковер.

Лили завороженно посмотрела на это умопомрачительно пушистое создание природы. Она внезапно вспомнила всю ту панику, которую устраивала Беатрис по поводу своей придуманной аллергии, перевела взгляд на спелое красное яблоко, сиротливо лежавшее у нее на коленях, и... не выдержала. Комнату огласил ее тихий, хрустальный и невероятно заливистый смех. Весь ее страх в одно мгновение улетучился, уступив место самому искреннему, безудержному веселью.

— О, принц Киран... — сквозь смех и слезы выдохнула она, робко протягивая свою изящную ручку вперед.

Самыми кончиками пальцев она несмело коснулась мягкой, шелковистой шерсти на его мощной голове. Белый волк от такого неземного удовольствия блаженно прикрыл свои янтарные глаза, превращаясь в послушного домашнего питомца.

— Вы, конечно, очень красивый и величественный зверь... Но умоляю вас, пожалуйста, больше никогда не проделывайте подобные фокусы перед ужином. У меня от вашей романтики чуть сердце навсегда не остановилось!

Волк издал тихий, виноватый скулящий звук, трогательно ткнулся мокрым черным носом прямо в ее ладонь, заставив девушку снова смущенно вздрогнуть. После этого он грациозно развернулся и одним мощным махом выпрыгнул обратно на балкон, скрываясь в тени вечернего сада, чтобы вернуть человеческий облик.

Гаррет плавно подошел ближе, галантно протягивая Лилиан чашку с таежным чаем. На его губах играла мягкая, сочувственная мужская улыбка.

— Простите его, принцесса, — негромко произнес он. — У моего дорогого брата Кирана мыслительный процесс иногда полностью уступает место первобытным инстинктам стаи.

— Все в порядке, Гаррет, не стоит беспокоиться, — тепло улыбнулась Лилиан.

Она приняла чашку из его рук, и в этот момент их пальцы снова — как бы невзначай — соприкоснулись.

— Кажется, я и сама не заметила, как начинаю понемногу привыкать к вашей... весьма необычной экосистеме.

Глава 6

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь кроны деревьев, рассыпаясь кокетливыми золотыми искрами по мягкому ковру из густого мха. Принцы Оботорней, проявив невиданное коварство, пригласили Лилиан на исключительно неофициальную прогулку, благополучно «потеряв» суровую королевскую свиту где-то далеко позади.

— Смотри под ноги, моя пушинка, — Киран с грацией дрессированного медведя придержал колючую ветку дикого шиповника, которая явно покушалась на целостность оллернского гардероба.

Пропуская девушку вперед, его огромная ладонь как бы случайно, исключительно ради поддержания физического баланса, скользнула по ее тонкой талии. Лилиан тихонько, по-девичьи охнула и в сотый раз за эту неделю густо покраснела, судорожно поправляя подол своего многострадального дорожного платья.

Когда они наконец вышли на залитую светом поляну, принцесса замерла от восторга. Земля вокруг была усыпана цветами невиданных форм и расцветок. Экзотические неоново-синие чашечки сменялись пышными бутонами цвета заходящего солнца, от которых исходил тонкий, кружащий голову сладковатый аромат. А чуть дальше, в низине, настоящим пожаром пламенел ковер из гигантской лесной земляники, размерами больше напоминавшей приличные оллернские яблоки.

— Вот оно, наше тайное место, — мягко улыбнулся Гаррет.

С видом заправского заговорщика он снял свои серебряные очки и спрятал их в бархатный футляр, чтобы они не мешали обзору. Совершенно не заботясь о чистоте своего кафтана, принц опустился на колени прямо на влажную траву и бережно сорвал самую крупную, невероятно сочную ягоду.

— Попробуй, Лили.

Гаррет с обольстительной улыбкой протянул ей угощение. Лилиан, затаив дыхание и окончательно позабыв про главу кодекса о поведении благородных девиц в лесу, осторожно приняла сочную ягоду губами прямо из его пальцев. Подушечки его горячих пальцев на какую-то непозволительно долгую секунду задержались на ее пухлых губах. Девушка смущенно опустила шелковые ресницы, согреваясь от накатившего к щекам тепла.

Киран, которому вся эта утонченная ботаника явно казалась пустой тратой драгоценного времени, с размаху уселся рядом на мох. Он принялся бесцеремонно сгребать гигантские ягоды горстями, пачкая соком свои татуированные руки, и весело подбрасывать их в воздух:

— Меньше нудной науки, Гарри, и больше первобытного вкуса! Лови еще, пушинка, пока мой ученый брат не высчитал калорийность этой поляны!

Они весело смеялись, не по-королевски пачкая пальцы и аристократические носы алым земляничным соком, а затем дружно спустились к прозрачному, хрустальному горному ручью, чтобы смыть следы своего кулинарного преступления.

Киран, решив временно поработать живым кубком, зачерпнул ледяную воду своими огромными ладонями и галантно предложил Лилиан напиться. Когда принцесса, придерживая подол платья, робко наклонилась к его сильным рукам, их взгляды встретились. В янтарных глазах молодого вожака полыхнуло такое откровенное, хищное, но при этом умопомрачительно ласковое пламя, что у бедной девушки разом перехватило дыхание, а вода едва не пролилась на ее шелковый корсаж.

— Тсс... — Гаррет внезапно прижал палец к своим чувственным губам, прерывая этот опасный оптический контакт.