Екатерина Кожина – Два принца (страница 6)
Он казался ей... самой нежной, баюкающей и надежной колыбельной на свете. Колыбельной, обещающей, что отныне никто и никогда не посмеет причинить ей вред.
Глава 5
Тяжелые ворота замка Оботорней, высеченные безжалостной волей природы в неприступной скале, захлопнулись за их отрядом с оглушительным, роковым грохотом. Лилиан судорожно сдержала вздох, крепче вцепившись в луку седла. Родовое гнездо волчьих королей выглядело величественно, сурово и насквозь пахло диким камнем, вековой хвоей и горьковатым дымом огромных каминов. Здесь не было позолоченных канделябров или кокетливых шелков — все вокруг дышало первобытной, пугающей и одновременно осязаемой мужской силой.
В главном зале, на массивном троне, варварски укрытом шкурой огромного полярного медведя, восседал сам король-отец — грозный Бран Волк Оботорнский. Огромный, с благородной проседью в густой гриве диких волос, со зловещим шрамом через весь левый глаз, он казался ожившим мифом. От одного его мимолетного взгляда воздух в зале, казалось, тяжелел на несколько тонн, мешая дышать.
Когда девушка, шурша своим великолепным голубым платьем, с истинно девичьим мужеством подошла к самому подножию трона, Бран величественно поднялся. Его голос прогремел под высокими каменными сводами, точно весенний раскат грома:
— Итак, трусливый Оллерн все-таки прислал мне младшую плоть вместо обещанной старшей. Принцесса Лилиан... Ты кажешься мне хрупкой, как первый весенний лед на реке. Послушай меня внимательно, человечка: Оботорния — земля суровых и непреклонных законов. Женщина здесь — не просто красивое украшение для пиршественного стола или блеклая тень мужа. Священная обязанность жены принцев — хранить домашний очаг стаи, быть мудрой, рожать крепких, сильных щенков и никогда, слышишь меня, никогда не сметь перечить воле своих мужчин, когда они принимают важные военные решения. Ты готова согнуть свою спину перед законами волков, или твоему Оллерну стоит готовить новые гробы для своих солдат?
От этого властного, первобытного напора у Лилиан перехватило дыхание. Внутри все сжалось от дикого, парализующего страха, а в голове испуганной птицей промелькнула паническая мысль — немедленно активировать свой гипнотический голос и подчинить себе этого грозного монарха.
Но она вовремя прикусила губу, заставив себя опомниться. Она была не просто разменной монетой в чужой игре, она была истинной дочерью короля Оллерна! В ее жилах текла древняя, гордая кровь великих правителей, пусть даже эгоистичные родители никогда не ценили ее по достоинству.
Принцесса сделала глубокий, успокаивающий вдох. Ее робкие плечи расправились, спина стала прямой, как стрела, а прелестный подбородок гордо и вызывающе взметнулся вверх. Она смело, без тени подобострастия посмотрела прямо в опаляющие желтые глаза старого короля.
— Я готова уважать законы вашей суровой земли, Ваше Величество, — четко и звонко ответила она. — Но оллернские принцессы сгибают спину только перед священным алтарем. Все мои обязанности перед стаей будут выполнены с честью, но мой дух навсегда останется свободным. На меньшее ваши сыновья, думаю, и сами никогда не согласились бы.
Бран опасно прищурился. В его могучей груди зародился низкий, вибрирующий рык, от которого по залу пронесся тревожный шепот. Король сделал тяжелый шаг вперед, словно собираясь одним своим авторитетом раздавить эту дерзкую девчонку.
Но закончить это психологическое наступление ему не дали.
В ту же секунду перед Лилиан, надежно заслоняя ее хрупкую фигуру от королевского гнева, как стена выросли две широкие, могучие спины. Киран стремительно шагнул влево, его сильная рука инстинктивно и угрожающе легла на рукоять охотничьего ножа, а янтарные глаза хищно сузились. Гаррет встал чуть правее, хладнокровно расправив плечи и невозмутимым жестом поправляя серебряные очки. Братья полностью перекрыли разгневанному отцу обзор на принцессу, давая понять: она под их защитой.
— Довольно, отец, — ледяным, безупречно вежливым, но оттого еще более пугающим тоном произнес Гаррет. — Ты сейчас грубо нарушаешь наш уговор. Мы с братом дали принцессе ровно месяц на адаптацию к нашему быту. Твои грозные проповеди о «щенках, очаге и покорности» здесь и сейчас неуместны.
— Остынь, старик, — дерзко огрызнулся Киран, делая шаг вперед, и в его глубоком голосе отчетливо прорезалось настоящее, вибрирующее волчье рычание. — Устраивать атаку на беззащитную девчонку в собственном тронном зале? Серьезно? Ищи себе другого соперника по зубам, отец. Эта женщина — наша.
В огромном зале замка повисла звенящая, почти осязаемая тишина. Могучие стражники у каменных стен замерли на месте, боясь сделать лишний вдох и привлечь к себе внимание. Девушка стояла позади братьев, чувствуя, как от их широких спин исходит волна такого надежного, горячего тепла, что ее душа затрепетала. Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее, но — о боги! — уже не от прежнего страха, а от какого-то нового, волнующего и незнакомого ей чувства. За нее заступились. Ее искренне и бесстрашно защищали от самого короля!
Вдруг старый Бран остановился. Угрожающее рычание в его могучей груди резко стихло, зловещий шрам на суровом лице дернулся, и в следующую минуту древний замок буквально содрогнулся от... громоподобного, раскатистого хохота короля.
— Ха-ха-ха! Вы только полюбуйтесь на них! — Бран хлопнул себя огромными ладонями по бедрам, довольно оскалив свои белоснежные клыки. — Два моих лучших, самых свирепых волка Оботорнии одновременно зарычали на родного отца и вожака из-за одной человеческой девченки!
Он неторопливо спустился с каменного помоста и подошел к принцам, которые, впрочем, свои мощные спины так и не расслабили, продолжая держать круговую оборону. Король с любопытством заглянул через плечо Кирана, с невольным мужским уважением посмотрев на гордую, хоть и бледную Лилиан.
— Хороша, чертовка, — одобрительно кивнул Бран, оценивающе оглядев принцессу. — Спина прямая, взгляд перед вожаком стаи не опустила. А главное — волки тебя приняли. Запомни раз и навсегда: если волчица с первой минуты вызывает у мужчины защитный инстинкт, значит, это правильная волчица. Наше чутье не обманешь. Добро пожаловать в мой замок! А теперь, сыновья, живо покажите нашей гостье ее комнаты, пока я не поколотил вас двоих прямо здесь исключительно ради профилактики!
Принцы Оботорней взялись за деликатное «приручение» своей милой пленницы с поистине удвоенной мужской силой и стратегическим азартом. Величественный замок был просто огромным, полным таинственных запутанных переходов, гулких каменных галерей и открытых террас, с которых открывался безумный, захватывающий дух вид на вечно заснеженные, гордые вершины гор.
Гаррет с удовольствием взял на себя интеллектуальную часть этой ознакомительной экскурсии.
— Вот здесь, Лили, находится наша святая святых — королевская библиотека, — мягко и невероятно вкрадчиво произнес он, плавно открывая перед ней тяжелые, окованные медью дубовые двери. — Признаться, редких книг здесь меньше, чем в вашем Оллерне, но зато у нас хранятся уникальные хроники Первой Эпохи.
Лилиан, позабыв обо всем на свете, завороженно шагнула вглубь прохладного зала, вдыхая волнующий аромат старинного пергамента и дорогой кожи. Пытаясь рассмотреть старинный фолиант на самом верхнем ряду стеллажа, она грациозно потянулась вверх, чуть приподнявшись на цыпочках. Из-за этого порывистого движения ее любимый изумрудный веер из страусиных перьев выскользнул из тонких пальцев и с тихим шорохом упал на ковер.
Внимательный Гаррет тут же, словно того и ждал, оказался прямо позади нее. Он плавно, с чисто волчьей бесшумной грацией наклонился, поднял веер и, возвращая дорогую вещицу владелице, как бы совершенно случайно накрыл своей горячей, широкой ладонью тонкие пальчики. Он явно не спешил убирать руку, заставляя принцессу чувствовать спиной тепло его крепкой груди, и глядел на нее сверху вниз.
Девушка почувствовала, как к ее щекам приливает густой, обжигающий жар, и смущенно опустила глаза, не в силах выдержать этот взгляд.
— Если вам когда-нибудь понадобится какая-то книга, моя дорогая принцесса, просто тихонько скажите об этом мне, — почти невесомо, заговорщически шепнул Гаррет, наклоняясь так близко, что его горячее дыхание обожгло ее чувствительное ушко. — Я лично достану для вас любую звезду с этого неба. Вам больше не нужно никуда тянуться.
— С-спасибо вам, принц Гаррет... — едва слышно пробормотала она, приятно и сладостно улетая от этой внезапной, будоражащей близости и чувствуя, как ее сердце готово выпрыгнуть из корсета.
Вечером наступила очередь Кирана перехватить инициативу в этой утонченной придворной осаде. Не признавая долгих разговоров, он решительно повел ее на самую высокую смотровую башню замка, чтобы вместе смотреть на догорающий закат. Горный воздух на такой высоте был пронзительно прохладным, и Лилиан, невольно поежившись.
— Замерзла, моя пушинка? — Киран обольстительно ухмыльнулся.
Совершенно не спрашивая официального разрешения, он по-хозяйски шагнул к ней со спины и обнял ее за хрупкие плечи своими огромными, теплыми руками, властно прижимая девушку к своей широкой, мускулистой груди.