Екатерина Кариди – В его власти. Вторая жена (страница 8)

Жаров весь день ощущал ее рядом. И да, ему нравилось это ощущение. Почему? Он не желал вдаваться в подробности. Отпустив ее ненадолго, он уже ощущал некоторый дискомфорт, неуспокоенность. Слишком долго. Девушка должна быть рядом, под рукой.

Сейчас, сидя за столом в столовой, говорил с сыном, а сам едва сдерживался, чтобы не пойти и не притащить ее сюда за руку.

Нужно было отвлечься.

Он повернулся к сыну:

— Как прошел твой день?

Антон слегка замялся и пожал плечами, потом провел пятерней по волосам.

— В целом неплохо. Если не считать того, что столкнулся с мамой.

— Ммм, — протянул Жаров, протягивая руку к стакану, в который немедленно налили минералку.

Стол был накрыт на троих. Они с сыном уже сидели за столом, не было только гостьи. И Жаров не приказывал подавать, ждал, когда она придет. Но сейчас переключился на сына.

— А что так?

— Да, — тот поморщился. — Был неприятный разговор.

— Пхах, — тихо усмехнулся Жаров, отпивая глоток.

И вдруг застыл, глядя в проем.

Идя в столовую, Ника нервничала. Хоть она и гнала от себя эти мысли, но осознание того, что на нее снова будут глазеть гости Жарова, отравляло и злило, вызывало протест. В том, что он велел ей явиться к ужину, было что-то рабское. Как будто он хозяин, а она вещь.

Однако злиться было без толку. Она действительно в полной его власти, до тех пор, пока ее жених не отдаст долг. Если отдаст… Хотелось закрыть глаза и не думать об этом. Что Жаров человек опасный, она уже имела возможность убедиться в том, какое воздействие он оказывает на людей.

Его боятся, и есть за что. Но даже если так. Гордость требовала сохранить достоинство, ведь это единственное, что у нее осталось.

А голоса все ближе. Вот он уже, проем ведущий в столовую. Она постаралась выпрямиться и поднять голову.

И как только вошла, столкнулась с ним взглядом. Жаров смотрел в проем, и сейчас в его глазах горел тот самый хищный звериный интерес, что и тогда на стройке. А она вдруг снова ощутила себя в его руках, когда он стоял на узкой полке перекрытия и прижимал ее спиной к своей груди. И чуть не сбилась с шага.

Мужчина словно уловил ее состояние, ледяные глаза вспыхнули ярче, он подался вперед, жадно втянув ноздрями воздух. И облизал губы. Как настоящий зверь.

Намек! Он снова возвращал ее в эти ощущения. Ника почувствовала, что ее заливает краской. И наконец заметила, кто же еще был в столовой. Тот парень, его сын Антон, и больше никого.

— Добрый вечер, — заставила себя выдавить, преодолевая смущение.

В голове мелькнуло: странно так. Он Антон, сын Антон. Притом что они так внешне похожи, скорее, братья, а не отец и сын, как же различать. По номерам, что ли? Младший, старший? Это была глупая мысль, но помогла справиться с замешательством.

— Добрый вечер, — с готовностью кивнул ей младший Антон и даже привстал с места.

Она уже вполне владела собой и кивнула парню. Но на отца его старалась не смотреть. Однако он быстро напомнил, кто здесь главный.

— Садись за стол, — проговорил довольно резко.

И двинулся на месте, переменив позу.

Как будто его можно было не заметить! Этот монстр занимал собой все пространство, она? даже глядя в другую сторону, видела его. Даже с закрытыми глазами.

— Ужин остывает, — уже спокойнее обронил Жаров и потянулся к вилке.

Но только сев за стол, Ника поняла причину.

Оказывается, еду не подавали, ждали ее. Ника снова покраснела от досады и совершенно неуместного чувства вины (она не просила об этом), но перед ней уже поставили тарелку. Собиралась было уткнуться в нее, чтобы ни на кого не смотреть, как услышала:

— Как прошел ваш день?

Спрашивал его сын Антон.

В первый момент застыла от удивления. Потом заставила себя улыбнуться и ответила парню:

— Хорошо. Мы… — она покосилась на Жарова. — Мы с господином Жаровым были на стройке. А потом еще в офисе.

Она не видела, просто почувствовала, что Жаров в этот момент посмотрел на нее. Идиотское чувство. Она повернулась к парню:

— А как ваши дела?

— У меня, э… — парень подался вперед, опираясь на локоть, и стиснул вилку. — Спасибо, все хорошо.

Ей вдруг показалось, что в воздухе похолодело. Иррациональное ощущение, на уровне инстинктов. И инфразвук. Она невольно взглянула на Жарова. Мужчина замер, глядя на нее, потом перевел тяжелый взгляд на сына и прищурился. Ника сразу опустила глаза в тарелку и проговорила:

— Рада за вас. Приятного аппетита.

Глава 5

Тяжелая атмосфера за столом, ей невыносимо было там находиться. Казалось, Жаров сейчас сорвется и сделает что-то ужасное, и она будет в этом виновата.

Но тем удивительнее было услышать, как Жаров хрипловато усмехнулся и проговорил, поворачиваясь к сыну:

— Хорошо, говоришь? А как же твой сегодняшний прокол?

Прозвучало неожиданно беззлобно. Парень вскинул на него взгляд, смутился и буркнул:

— Отец! Это случайно вышло.

И тихий смех Жарова. Как будто большой опытный хищник учил охотиться детеныша.

Ника снова уткнулась в тарелку и стала быстро есть, понимая, что ничего не понимает в их семейных отношениях. И вдруг услышала:

— Понравилось?

Внезапно повисла тишина. Ника замерла, но не сразу сообразила, что Жаров обращался к ней. А когда сообразила, внезапно задохнулась.

Этот его тон и взгляд. Как будто она снова оказалась там, нас тройке. А он за ее спиной. Адреналин, ветер, город под ногами.

«Нравится?» — низкий голос у самого уха.

Несмотря ни на что, это было интимно, отрицать не получалось. Но и принять категорически невозможно! И именно этот диссонанс в ее душе он сейчас расшатывал.

Она почувствовала, как предательская краска начинает наползать на лицо. А в светло-серых глазах мужчины буквально полыхнуло что-то звериное. Он шумно выдохнул и повернулся к сыну.

— Как исправлять будешь?

Как ни в чем не бывало.

Тот пробубнил что-то с набитым ртом. Прокашлялся, запил минералкой и стал объяснять, по-мальчишески растопыривая пальцы, как будет исправлять ошибки в логистике. Жаров слушал сына, кивал и время от времени посмеивался. Троллил, но не зло.

Да уж, в их семейных отношениях ей было не разобраться, но одно Ника могла сказать точно. Между сыном и отцом есть единство. И сейчас, когда она слушала обоих, Жаров уже не казался тем холодным бездушным монстром.

Но ведь это не отменяло того, что она «залог». И пока не выплачен долг, ей придется зависеть от его воли. А в то, что Виталик заплатит, она уже не верила, просто боялась признаться в этом.

Все это было унизительно и горько, она устала, вымотали эмоциональные качели. И сейчас просто ушла в себя. Сидела и молча гоняла одинокий кусок по тарелке.

— Вам чаю или сок? — негромкий голос.

Обращались к ней?

— Что? — Ника подняла голову.

А за столом опять повисла тишина, и, кажется, все смотрели только на нее. Это всеобщее внимание смущало, ощущалось горячим давлением на коже. Ника положила вилку и убрала руки на колени.

— Нет, спасибо, — качнула головой. — Я, наверное, пойду.

И тут тишина за столом словно треснула. Младший Антон поднялся с места: