Екатерина Гичко – Защитник (страница 95)

Поражённо хлопнув глазами, оборотница хрипло рассмеялась.

– Да как ты смеешь, блудливая тварь?

– Всем известно, госпожа, что представители высшего общества благородны, отличаются изяществом манер и уж точно не позволяют себе поведения, подобного вашему. Да и с чего вы решили, что я хочу прибрать к рукам господина Ранхаша?

Нет, действительно, почему она сталкивается с этим обвинением уже не первый раз? Разве можно заподозрить такого оборотня, как харен, в неверности невесте? Да это даже звучит неправдоподобно.

– Закрой рот, приживалка, – холодно бросила женщина. – Об этом весь город судачит.

В другое время Майяри, может быть, постаралась вести себя помягче, всё же мать харена, но она и так была расстроена неопределёнными мыслями о брате и воспоминаниями о своей прежней жизни, кроме этого чувствовала себя ужасно уставшей, и ей очень хотелось немного выпустить скопившееся напряжение.

Сложив руки на груди, Майяри холодно улыбнулась и издевательски протянула:

– О-о-о, так вы примчались сюда из-за слухов? Госпожа, после подобного заявления утверждать, что вы мать господина Ранхаша, даже наивно. Вы никак не можете быть благородной госпожой. И, – она плавно шагнула вперёд и проникновенно спросила, – знаете почему? Потому что благородная госпожа дорожит своей репутацией. Она бы никогда не опозорила себя разборками только из-за каких-то слухов. Слухи придумывают простолюдины. И верят в них тоже только простолюдины. А благородная госпожа никогда не доверит свою честь слухам. Она всё проверит, и только после того, как мерзкие домыслы станут фактами, позволит себе снизойти до праведного гнева. Вы же, – Майяри окинула застывшую оборотницу снисходительным взглядом, – ничего не проверили, иначе знали бы, что у меня есть жених и это не господин Ранхаш.

– Я слышала, что ты нахалка, но не думала, что твоя наглость настолько безмерна, – в голосе гостьи даже мелькнуло восхищение. – И глупость. Ты даже представить не можешь, что я могу сделать с тобой. Ещё раз посмеешь меня поучать, и от тебя даже имени не останется, тварь. А теперь выметайся из этого дома, пока я тебя сама не вышвырнула!

Майяри всё-таки овладела злость, и она вспомнила о своём происхождении. Эта высокомерная крикливая барышня наверняка даже помыслить не может о том, чтобы дотянуться до той высоты, на которой находится проклятый род Майяри. Вероятно, происходит она не напрямую из семьи хайнеса, а из рода, в который когда-то вышла замуж одна из хайрени[1], и белую сову она унаследовала только по воле судьбы. Если бы кто-то из Вотых женился именно на хайрени, Майяри бы это знала.

– Следи за языком, невоспитанная дрянь! – в бешенстве прошипела она.

Рот оборотницы изумлённо распахнулся.

– Ведёшь себя как дочь конюха, выросшая в дешёвом притоне! Услышав тебя, я даже решила, что у кого-то из рисов есть внебрачный ребёнок от дворцовой служанки, настолько грязно ты себя ведёшь. Позоришь и сына, и всю семью своими плебейскими манерами. Как смеешь ты быть такой высокомерной, если ведёшь себя как обычная девка?

Лицо женщины исказилось от ярости, и она, подскочив ближе, замахнулась для пощёчины. Майяри перехватила её руку и безжалостно вывернула до отчаянного болезненного вскрика, заставив оборотницу согнуться. Рывком подтащив её ближе, девушка хладнокровно прошептала прямо в лицо женщине:

– Ещё раз посмеешь поднять на меня руку, и я вырву обе твои руки и засуну их в твою хорошенькую задницу. И мне за этого ничего не будет. Поняла?

В глазах оборотницы впервые за весь разговор появился страх. Майяри ещё немного крутанула её руку, чисто в воспитательных целях, и отшвырнула от себя.

– И оденься, – женщина слегка вздрогнула от холодного взгляда, скользнувшего по её телу. – Не в бордель прилетела.

От двери донёсся какой-то странный звук – то ли кашель, то ли поперхнулся кто-то, – и Майяри с оборотницей обернулись. У самого порога стояли мрачные как тучи господин Шидай и господин Ранхаш. Майяри нахмурилась. И как много они успели услышать? Хотя, может, и к лучшему. Вдруг харен, разозлившись, сам вышвырнет её за порог.

Гостья отчего-то не поспешила жаловаться мужчинам на Майяри. Вместо этого она почему-то напряглась, а затем вскинула подбородок и, ничуть не стесняясь своей наготы, полностью развернулась. Майяри даже показалось, что она намеренно демонстрировала своё тело, но ни Ранхаш, ни Шидай не опустили взглядов ниже её лица.

– Майяри, – лекарь посмотрел на девушку и улыбнулся ей. Как-то натянуто улыбнулся. – Давай-ка мы с тобой прогуляемся. Ты же ещё не видела теплицу Ывашия? Она достойна внимания.

Майяри подозрительно взглянула сперва на него, а потом на харена и едва не вздрогнула. Тот смотрел на мать с такой непробиваемой холодностью, что девушка невольно вспомнила их беседу в тюремной башне. И поняла, что на неё почему-то злиться не собираются, и даже малость расстроилась.

– Да, конечно.

Она шагнула к лекарю и позволила ему вывести себя из гостиной. Жадного взгляда женщины, направленного на спину Шидая, она уже не заметила.

Едва дверь закрылась, как невозмутимость оборотницы пошатнулась, и она без лишней спешки, но всё же скрылась за спинкой кресла, закрывая тело от взора сына.

– Госпожа Менвиа, я, кажется, говорил, что не желаю видеть вас ни в одном из моих домов, – холодно напомнил харен. – Я пошёл вам на уступки, а вы обещали больше не лезть в мою жизнь.

– Ну неужели ты выгонишь свою мать? – усмехнулась оборотница. Несмотря на кажущуюся уверенность, в её глазах мелькнула нервозность. Она опасалась такого сына.

– Выгоню, – спокойно отозвался Ранхаш. – Тем более мне нечего предложить вам из одежды.

[1] Хайрѐн (хайрѐни) – титул детей хайнеса. Даётся только детям хайнеса. Остальные родственники до пятого колена почтительно величаются рисами – «потомками сильнейшего».

Глава 51. Прошлое господина Шидая и господина Ранхаша

– Господин Шидай, – Майяри окликнула лекаря, который продолжал целеустремлённо тащить её куда-то.

Они уже пересекли холл, где оборотень подхватил с вешалок их верхнюю одежду, и свернули куда-то вглубь дома. Выглядел при этом мужчина неважно: брови нахмурены, губы поджаты, и, казалось, он весь ушёл в себя. Нет, госпожа Менвиа – неприятная женщина, но Майяри почему-то чудилось, что лекарь не хотел видеть её не только по этой причине. Оставил харена наедине с ней, хотя обычно господина Шидая не выгонишь: он был готов поддержать господина Ранхаша даже тогда, когда тот не хотел никакой поддержки.

– А? – оборотень выплыл из своих раздумий и растерянно уставился на девушку.

– Куда мы? Вы меня действительно тащите в теплицу?

Лекарь остановился и вперился в стену невидящим взглядом. Пальцы его сильнее сжались на руке девушки, стало больно, но Майяри не пожаловалась. Только обеспокоенно нахмурилась.

– Я повела себя несколько невежливо с матерью харена. Вы злитесь на меня?

– Что? – Шидай взглянул на неё с искренним удивлением. – Конечно же, нет! Госпожа Менвиа… м-м-м… ну это госпожа Менвиа. Ранхаш сейчас попросит её уйти, и она потом как минимум недели две сунуться не посмеет. Хотя обещала в принципе больше не соваться… – последнее мужчина добавил едва слышно.

Майяри озадачилась. Своих родителей она никогда не знала: они погибли под обвалом, когда ей не было и года. Разгневанные горы не щадят и детей земли. Но, пожив в Салее, она успела убедиться, что родителей здесь любят, уважают, а те любят и берегут своих детей. Откровенно говоря, она думала, что родители харена мертвы, иначе она не могла объяснить себе, почему отцом он называл господина Шидая. Из родословной семьи Вотый она знала только представителей основной ветви и некоторых других наиболее ярких.

– То есть харен не будет на меня злиться? – всё ещё недоверчиво уточнила Майяри.

– Тогда бы ему пришлось в первую очередь злиться на меня, – хмыкнул Шидай. – Наши встречи с Менвиа редко проходят гладко. Слишком уж она меня за живое цепляет.

Майяри наконец поняла, что направляются они к чёрному выходу.

– Мы в теплицу? – ещё раз уточнила она.

Лекарь резко остановился – Майяри даже вошла лицом в его плечо – и крепко задумался.

– А пошли-ка мы с тобой кое-куда сходим, – решил он наконец и протянул ей шубку.

– Сходим? А это не опасно? То есть я хотела сказать, господин Ранхаш не рассердится? – спохватилась девушка, одновременно с этим торопливо натягивая одежду.

– Рассердится, – спокойно признал Шидай, – но нам с тобой сейчас лучше уйти отсюда. Кто его знает, сколько времени потребуется, чтобы выпроводить её… Но мы же с охраной пойдём и совсем-совсем недалеко. Давай-давай, одевайся, – лекарь поспешно засунул руки в рукава тёплого плаща и, даже не подумав застегнуться, начал торопливо помогать девушке с одеванием. – Принесла же её нелёгкая…

Да что происходит? Всё более и более теряющаяся Майяри покорно позволила вытащить себя в сад, где в очередной раз едва не вошла в спину господина Шидая. И ошеломлённо замерла, уставившись на десяток мужчин в чёрном, неодобрительно глядящих на лекаря.

– Так, мужики, нам срочно нужно смыться отсюда до ближайшей таверны. Собирайтесь с нами и зовите остальных.

Неодобрение исчезло с лиц охранников, сменившись недоумением, но один из них всё же шагнул в сторону и коротко свистнул.