Екатерина Боброва – Лунный свет среди деревьев 1 (страница 16)
– Что?! – выдохнул он потрясенно.
Я демонстративно налила еще. Потом плеснула в протянутую дядей пиалу. Мы выпили, не чокаясь.
– Тебя кто-то обижает? Скажи кто? Я надеру ему задницу! – и дядя, подскочив на скамье, погрозил в темноту кулаком.
Я посмотрела снисходительно.
– Вряд ли вы сможете надрать, гм, задницу старшей дочери семьи Ли.
Вэйшэнь потрясенно опустился обратно. Глянул недоверчиво:
– Я думал такие порядки только в школе для мальчиков.
– Увы, – вздохнула я.
Мы понимающе помолчали. Дядя разлил еще рисовой водки, его рука сама потянулась к моей пиала – и, после короткого сомнения, наполнила ее наполовину.
– А ты изменилась, – сказал дядя, разглядывая меня через поверхность своей пиалы. – Совсем взрослая стала.
Он поднял на меня взгляд, чуть улыбнулся.
– И да, я научу тебя всему, что знаю. Мы еще покажем этим Ли, что нас не стоит трогать, – и, подмигнув, залпом осушил пиалу.
– И кто это был? – ревниво прошипели над моим плечом.
Я замерла, ощущая, как сердце испуганно заметалось где-то между грудной клеткой и пятками. Черт! Так и поседеть раньше времени можно.
Попыталась вспомнить, где там мой шелковый замок, потом вспомнила, что отца нет в усадьбе, и расслабилась.
– А если бы я заорала с перепугу? – прошипела в ответ, резко оборачиваясь.
Мне улыбнулись нагло. С вызовом. Демонстративно пожали плечами.
– Не заорала бы, – протянул дух, с таким видом, будто знает обо мне больше, чем я сама. – А от удара я бы увернулся.
И он выразительно посмотрел вниз. Я тоже посмотрела туда. Фыркнула насмешливо. Кто-то явно искушает судьбу. Я, конечно, на шпагат уже не сяду как раньше, но ударить с ноги в челюсть еще вполне могу. Вернее… могла. Потому что это тело не тренировано, и единственное, чего я добьюсь, – это убью связки.
– Ты с ним еще и пила? – яростно возмутился дух, посмотрев на меня с таким отвращением, что я себя последней из падших женщин ощутила.
– Пила, – не стала отрицать. Прижала ладонь ко рту, демонстративно икнула.
Меня попытались взглядом втоптать в пол, закопать презрением.
– И это вместо учебы! – тоном оскорбленной в лучших порывах сделать из меня человека тетушки воскликнул дух.
Ну кто бы говорил, а? Моралист-соблазнитель.
– Тише ты, – одернула я разошедшегося кровопийцу, с тревогой покосившись на дверь. Здесь же не дом, а доступное прослушиванию пространство. – Я себе учителя нашла.
Прошла вглубь комнаты, опустилась на кровать.
– Не знал, что учителя теперь еще и пить учат, – ядовито прокомментировал Цзинь Ло.
– Побольше уважения, он мой дядя! – возмутилась я.
Отличный дядя, между прочим. Утром обещал мне принести лекарство для няни, цинь для тренировок и подобрать одежду с маской, чтобы я могла ее примерить. Я уже представила, как мы с ним выдвигаемся на дело… Он учит меня магии, становится верным соратником, мы вместе противостоим моему отцу… Все налаживается. И даже эта отличница Ли проникается ко мне уважением.
– О! – дух присел рядом, принюхался, скривился и брезгливо отодвинулся на другой край кровати. – Сам дядя? Тогда, конечно, другое дело. Сильный маг, наверное. И хороший учитель. С самого полезного начал.
Он явно глумился. Я начала закипать.
– Издевайся, издевайся, – пропела, – он на дурацкие медитации времени тратить не станет. Будет сразу учить, как врагов в стены впечатывать!
На меня посмотрели, как на полную дуру.
– Не понимаешь, да? – с жалостью проговорил дух. Вздохнул страдальчески. – Смотри, для того чтобы сварить суп на семью, требуется полведра воды. Ты приносишь воду, но вылить ее можешь лишь вот в тот кувшин. Его явно мало для такого количества воды, так?
Я кивнула, понимая, куда он клонит.
– Твой уровень сейчас – это кувшин. А для любого «впечатывания» врага в стену, требуется минимум полведра воды, которые тебе недоступны. Твой дядя, – дух позволил себе презрительную усмешку, – может хоть охрипнуть, объясняя тебе заклинания. Без перехода на уровень Ци, ты ничего не сможешь сделать, сестренка.
Сурово и логично.
Я с отвращением посмотрела на книгу, осознавая, что без медитаций мне не продвинуться. И надо что-то делать с засыпанием на середине занятий. Может, попросить Сунь Лан бить меня, если начну дремать?
– На, – протянула руку, – пей.
И отвернулась, дабы не видеть жадного блеска в глазах духа. И трех капель моей крови.
– Благодарю покорно, – кровопийца встал, чопорно поклонился, еще и губы поджал – чисто сноб, которому принесли грязную вилку, – но я предпочитаю чистый продукт, без добавок.
И исчез в стене, оставив меня ругаться.
Утро начиналось хорошо. Во-первых, меня разбудили вовремя. Во-вторых, служанки принесли гуцинь, лекарство для няни и конспект школьных лекций от дяди, а значит он не забыл о нашей договоренности и отдал распоряжения накануне вечером. В-третьих, завтрак на этот раз был горячим и вкусным, как раз такой, как я люблю. Мне хотелось думать, что мой статус в доме стал отличаться от нуля, но скорее всего сыграл роль дядин интерес ко мне, ведь в отсутствии отца он был главным в поместье.
Пока собиралась в школу, выстраивала планы. Здесь не было выходных дней, учеба подразумевалась каждый день, за исключением праздников.
Как раз через три дня должен был состояться праздник Драконьих лодок, и школа объявляла два дня выходными. Удачно. Если хочу сыграть на цине идеально, еще и вслепую – маска точно будет загораживать часть обзора – потребуется часов десять тренировок. Школу, увы, сегодня сократить не получится – каждое непосещение здесь документировалось с докладной родителям. Хорошо хоть домашние задание не задавались. Пока. Но учитывая любовь местных к экзаменам, нас точно ждет проверка летом. И до нее мне надо будет подтянуть каллиграфию, заучить пару конфуцианских текстов, точнее обновить их в памяти. Танцы я вряд ли подтяну… Уж больно суровы те до миллиметра выстраивания позиции тела. А растяжку и гибкость за пару месяцев кардинально не улучшить. С математикой проблем не возникнет, она тут на уровне счета денег. Сдача магической дисциплины зависит от уровня моей силы в конкретный день.
Весенний экзамен, насколько мне помнилось, я пропустила как раз по причине очередного приступа неизвестной природы.
Тут я задумалась над тем, а пробовал ли отец меня лечить? Надо будет уточнить при случаи у няни. Вдруг это все же лечится?
В школу я входила, погруженная в мысли о том, как успеть все запланированное за два дня. Привычно проверила настроение окружения, но девицам было не до меня. Цветник был взбудоражен до уровня растревоженного пчелиного улья, и то тут, то там раздавались возбужденные голоса:
– Слышали, сам Чжан Шиуэй будет присутствовать.
– Говорят, господин Чжан небесно красив, а еще утонченно воспитан и благороден.
– А я слышала, его игру на гуцине сам министр налогов высоко оценил.
Вот же веники-вареники… Как и думалось, дядя не был честен со мной до конца, забыв упомянуть о столичной звезде, с которой мне придется соревноваться. И если внешность соперника меня не интересовала от слова совсем, то оценка министра заставляла задуматься о шансах… А победа мне нужна. Иначе я потеряю расположение дяди и возможность занятий с ним. И я внесла корректировку, прибавив дополнительные часы игры на цине.
– Мой отец купил стол в первом ряду.
– О! Вы сможете не только насладиться изумительной игрой, а еще и любоваться его потрясающей внешностью.
Ли Минъюй высокопарно кивнула. Заметила меня, спросила небрежно:
– Чэнь Линь Юэ, ты будешь на воскресном состязании?
Я ответила не сразу, пораженная тем, что цветник, оказывается, обладал свободой ходить в подобные места. Так-то концерт можно было считать пользительным для барышень, но там же будут молодые люди, мужчины… Мой мир, в котором барышень запирали дома, не позволяя гулять и появляться в общественных местах, стремительно трещал по швам. Получается, одна я такая – девица в темнице? Неужели вот она причина того шага с обрыва? И обида обожгла ядом грудь.
– Линь Юэ, оглохла? – грубо одернула меня Минъюй, не дождавшись ответа.
– Прости, задумалась, – честно призналась, пожала плечами: – Вряд ли. У меня другие планы на вечер.
На меня посмотрели со снисходительной насмешкой. Понятно, политика отца по воспитанию идеала, запертого дома, не была для них секретом.
А я вдруг поняла, что играть буду под прицелом этих насмешливых высокомерных глаз, чья хозяйка собирается сидеть за столиком в первом ряду. Вот же… прыщ бессмертный. И я прибавила еще пару часов к тренировкам, чтобы уж точно играть на автомате. Маску надо бы позакрытее… Как-то я не подумала о том, что на концерте будут столь близко знакомые мне зрители.
Звонкий колокольчик позвал нас всех на занятия.
Наставник уже без удивления принял от меня шелковый кошелек, у которого я первая из группы удалила безобразно черное пятно. Еще и вышивку удалось сохранить. По причине провального прошлого задания мы повторяли предыдущий урок. На этот раз справиться удалось примерно трети класса, и наставник остался удовлетворен.
Цветник тоже начал привыкать к тому, что я продолжаю их удивлять, хотя репутация случайного везения приклеилась ко мне намертво. Просто реагировать стали менее остро, ограничившись недоуменным пожатием плеч, мол, опять эта… Сколько можно. Когда же она сдох… вновь окажется в конце списка.