Екатерина Близнина – Тень и её демон (страница 32)
Я не могла поверить своим ушам. Никогда бы не подумала, что король не полный хозяин Акато-Риору. Неоднократно видела, как люди во дворце расстилаются пред ним ниц, а вот в столичном Управлении порядка, как оказалось, имеют право попросить его на выход. Давно ли так обстоят дела? Я не знала, но интересно было выяснить, стал ли причиной падения королевского авторитета именно Эриен или еще его предшественники терпели подобное отношение.
Король жестом пригласил меня пройти перед ним в открытую дверь. А стоило нам выйти — прижал к стене, загородив от возможных взглядов плащом-накидкой.
— Давно ли тебе пришла в голову идиотская идея притвориться моей дочерью? Что ты задумала? Где твой браслет? Я с ног сбился тебя искать! Отвечай! Живо!
— Нет, ничего, не знаю, прошу простить меня! Я не замышляю против вас ничего дурного! — быстро ответила я, не дожидаясь, пока магический контракт принудит меня подчиниться.
«Надо же, если не сопротивляться приказу хозяина, то и не почувствуешь никакого давления на психику», — мимолетно удивилась я, но не было времени глубоко задумываться над этим. Гораздо важнее сейчас следить за малейшими движениями короля, чтобы вовремя предугадать, куда он ударит.
Король гневно раздувал ноздри и поджимал губы, разве что копытом землю не рыл, но я видела — верит. Хочет верить, что мне можно доверять, поэтому злится лишь из-за моего внешнего вида, а не потому что впрямь почуял измену. Этим он выгодно отличается от своей дочери, которая всегда ждала от меня только самого худшего.
— Мой король, я должна сказать! Ваша дочь участвует в заговоре против вас, — выпалила я на одном дыхании, крепко зажмурившись, — она воспользовалась магией, чтобы подчинить меня себе и запретила искать вас и что-либо рассказывать.
Стало легче дышать. Будто милосердная рука сняла с плеч невыносимую тяжесть, которую я носила с собой, не снимая, и потому уже почти привыкла к ней. С другой стороны, это ведь тоже не магия меня принудила признаться? Что происходит? Я осторожно приоткрыла один глаз, готовая закрыть голову руками, если меня ударят, наказывая за дурные вести.
«Кстати, странно, да? Был же приказ держаться от короля подальше, и что?» — засомневался демон.
— Что ты делаешь? Ты позоришь нас обоих, — прошипел король, не делая, впрочем, попыток помочь мне подняться.
В пустом коридоре Управления порядка позориться было особенно не перед кем. Разве что на стенах были развешаны портреты выдающихся сотрудников с табличками, описывающими их подвиги. Но снимки волшебных коробок со вспышками — никак не запомню, как их называют сами искатели — были неживые, они никому не расскажут про недостойное поведение наследницы.
Король, услышав дурную новость, да еще вдобавок разочарованный моим позорящим титул поведением, помрачнел. Переменчивые глаза потемнели, и казалось, сам воздух рядом с ним потрескивал от бури гнева, которая вот-вот обрушится на вестницу, то есть на меня.
— Понимаю теперь, почему ты залезла в мое окно среди ночи. Не понимаю только, что мешало тебе связаться со мной через браслет… который ты, видимо, где-то потеряла. Глупая девчонка! Но это мы успеем обсудить тогда, когда ты представишь мне доказательства. А прямо сейчас я хочу знать, что ты забыла здесь, в Управлении рядом с магистром, который хотел тебя убить?!
— Он не хотел… Это не он убил… — промямлила я, даже не стараясь говорить разборчиво.
— А кто тогда? — король наклонился ко мне. Голос его звучал приглушенно, из-за стиснутых челюстей. На покрасневших скулах под кожей туда-сюда ходили желваки.
— Тень, — с несчастным видом признала я.
— Ты убила моего лучшего воина? Ты-ы?!
— Не я. Тень, — прошептала я убито.
Поняла, что больше не хочу, чтобы меня саму называли именем Твари, что живет во мне. Спрятала горячее лицо в прохладных ладонях. Думала, кошмарным был день, когда убили Арри. Как же я ошибалась! Теперь, когда кровь испачкала мои собственные руки, все во сто крат хуже. Тогда можно было ненавидеть кого-то другого, не себя. Оказалось, я ничуть не лучше, чем все прочие ныне живущие наследники Тысячелетней династии. Даже еще и большей гнилью внутри. С настоящей Тьмой внутри.
Глава 10. Что бывает, когда в городе больше одного правителя
В коридоре городского Управления порядка. После полудня
Разумеется, мне не позволили долго сидеть на полу. Быть — или казаться — принцессой очень непривычно в том смысле, что тебя все видят. Нет, точнее будет сказать, все стремятся вылезти из кожи вон, чтобы ты их увидела. И это куда более странно, как по мне.
Тот самый молодой гвардеец, который арестовал магистра во дворце, принес стакан холодной, отдающей железом воды. Он же помог мне подняться и проводил до небольшого зала ожидания с парой-тройкой старых кресел и камином с магическим огнем. Оказавшись в кресле, я невидящим взглядом уставилась на весёлые языки магического пламени.
— Понимаю. Вам сегодня досталось, но вы молодец, держитесь, — с сочувствием проговорил гвардеец, помогая мне устроиться поудобнее в чересчур глубоком кресле. Даже небольшую подушку откуда-то взял, под поясницу подложил, вот это предупредительность! Жаль, мне сейчас все эти милые знаки внимания — что мертвому припарка. Я ничего не чувствовала, кроме опустошенности. Разбитая ваза и то проявила бы больше благодарности на моем месте.
— Это вы были утром во дворце? Как вас зовут? — безучастно спросила я, глядя поверх его плеча.
— Тадеуш Тарс, Ваше Высочество, — улыбнулся гвардеец. Поднял брови, будто ожидая от меня какой-то реакции на это сочетание, но так как я молчала, поспешил объяснить. — У отца было то ещё чувство юмора. Назвал в честь зверушки, вот спасибо старику. Знаете же, на старом языке так лесных оленей называли?
— Так, господин Лесной Олень, извольте отойти на три шага от Ее Высочества! — король еще не успел подойти, но слышал каждое слово. В его тоне присутствующие ясно уловили нотки близкого шторма и все, кто мог (а могли только Тадеуш Тарс и какая-то грустная девушка, притулившаяся с пачкой бумаг у запертой двери), быстренько попрятались в своих норках.
«Ну вот, а я только хотела про искателя спросить!» — я обреченно вздохнула, предчувствуя продолжение взбучки.
Король заставил меня уступить ему кресло и уселся в него. Откинулся на спинку. Положил обутую в туфлю правую ногу на колено левой, приняв вид несколько развязанный, но достаточно внушительный. Никогда прежде не видела такой странной позы. Должно быть, король подсмотрел у правителя соседней Торговой Империи. Тот тоже славился своей экстравагантностью.
— Значит, пока ты здесь. По своему обыкновению делаешь глупости. Она в твоей дурацкой одежде что-то ищет во дворце? — негромко, сквозь стиснутые зубы проговорил Эриен. — Надо было мне запереть ее, пока была возможность.
— Вы видели её?
— Она заподозрила меня? — не обращая на меня внимания, продолжал бормотать король. — Разумеется, она же моя дочь! О чём я тогда говорил? Не до нее было — рядом шли советники. Так что я сказал ей? Чтобы ждала наверху. Но неизвестно, сколько она шла за нами и что слышала из разговора…
— Вам стоит вспоминать не то, что вы говорили, а о чем при этом думали, мой король. У нее был с собой браслет, читающий мысли, — негромко сказала я.
Эриен недоверчиво усмехнулся и глянул на меня с подозрением. Искоса.
«Всех выдала, ай молодец! Значит, решила играть на стороне Безумного короля? Да еще сразу после того, как убрала с доски его верного офицера? Не боишься?»
«Заткнись. У вас, демонов, просто нет никакого понятия о чести».
«Ах, это теперь так называется?» — гнусно заржал демон.
— Мой король, — в очередной раз забыв, что мне сейчас положено вести себя как принцессе, я опустилась перед ним на колени. Заглянула ему в глаза снизу вверх, всем своим видом умоляя выслушать. — Это еще не все. Ваш брат… я видела его в Акато-Риору. Ваша дочь переписывалась с ним. Она уничтожила письмо, у меня нет доказательств, но вы должны верить мне. Все уже зашло слишком далеко, и я ничего не успела предотвратить… — мне не хватило дыхания на такую длинную реплику — с непривычки.
— Ты права, Тень, — мне пришлось затаить дыхание, чтобы услышать его шепот, — все уже слишком далеко зашло. И зайдет еще дальше, чем ты можешь себе представить…
— Простите? — я нахмурилась и отстранилась. Но король уже держал меня за руку. Крепко держал. Не выпуская меня, он встал и вынудил подняться на ноги и меня. Смотрел сверху вниз, но в его взгляде не было ни малой толики человечности. Только власть и уверенность в своем праве распоряжаться моей жизнью как сочтет нужным.
— В тебе слишком много своеволия. Глупая упрямая девчонка! Забыла, кто ты на самом деле? Надела ее тряпки и думаешь, что имеешь право говорить со мной на равных? — он внушительно сжал пальцы в кулак и поднес к моему носу. — Твоя жизнь вот у меня где.