Екатерина Близнина – Тень и её демон (страница 34)

Я не знала, что ответить, да и не успела бы — дверь в комнату, где допрашивали невиновного магистра, отворилась. Конвоиры вывели Терри, придерживая его за локти так, что его слегка клонило вперед, а за ними с непроницаемым лицом вышел сам начальник Управления порядка. Король сложил руки на груди и встал посреди коридора, преградив им путь к лестнице.

— Господа.

— Ваше Величество, — старый гвардеец дал знак своим людям остановиться поодаль. Терри поднял голову и посмотрел на короля из-под упавших на глаза волос.

— Только что здесь был Верховный магистр. Мы побеседовали и пришли к соглашению. Этот человек отправляется со мной и будет дожидаться приговора во дворце, под охраной моих людей, — король говорил лениво, как бы нехотя информируя начальника городской гвардии о принятом решении.

Тем сильнее он удивился, услышав отказ.

— Расследование еще не завершено, Ваше Величество. Мы задержали подозреваемого, и он утверждает, что невиновен. Принцесса Эсстель пришла к нам, чтобы лично подтвердить, что не считает этого человека виновным в преступлении против Короны, — невозмутимо отчеканил начальник гвардейцев. — Хотя, без сомнения, он должен был исполнить свой гражданский долг и защитить Ее Высочество от враждебной магии, но не сделал этого. Это, конечно, может повлечь за собой суд, но только в том случае, если его вина будет доказана.

Король так резко развернулся ко мне, что его накидка не удержалась на плечах и упала на пол. Меня от этого движения обдуло сквозняком, и по коже забегали холодные мурашки.

— Моя дражайшая дочь слишком наивна и мягкосердечна, поэтому поспешила даровать террористу своё прощение. Дайте ей волю, и она тут всех головорезов на свободу отпустит. Уверен, она возьмет свои опрометчивые показания обратно, потому что уже поняла, насколько опасен этот человек, — даже глядя прямо мне в глаза, король по-прежнему обращался не ко мне, а к гвардейцу. А между тем взгляд его обещал такие кары, что сам Создатель бы побледнел и стушевался. А ведь Создатель не только пощечины сносил на своем жизненном пути. Известны и другие легенды: в том числе непримиримая война с Древними богами и их последователями, которая выжгла половину живых существ на материке.

Повисла тишина.

— Я от своих слов не отказываюсь, мой король, — созерцая аккуратные носы дорогих сапог принцессы, громко проговорила я. В ушах звенело от собственной дерзости, но я радовалась, что напившаяся крови Тень защищает меня от принуждения со стороны магического контракта. Приятно было в кои-то веки иметь собственный голос. Остается надеяться, что со стороны не слишком заметно, как он дрожит и срывается.

— Да как ты сме… ешься над своим королем, дочь моя? Магистр этой же ночью сбежит отсюда. И мне придется запереть уже тебя. Ради твоего же блага, — подслащенный голос хозяина ничуть не обманывал мои уши. Я слышала в его словах неприкрытую угрозу. Плевать, пусть запирает. Не возьму на свою несуществующую душу ответственность за смерть друга Арри. Рано или поздно все равно отпустят, как только понадобятся мои услуги.

— Вы сможете вынести смертный приговор этому человеку только тогда, когда вина его будет доказана по закону, Ваше Величество, — настаивал на своём начальник гвардии. Взялся двумя руками за козырёк фуражки и решительным жестом поправил её.

Я ждала, что уязвленный монарх опять начнет скандалить и требовать к себе уважения, положенного по статусу. Все же непривычно наблюдать за тем, как кто-то — пусть даже и человек, лично отвечающий за соблюдение буквы закона — может дерзко противостоять Безумному королю. Однако что-то здесь было не так. Я отлично помнила, что до того момента, когда он попросил нас с королем удалиться из комнаты для допросов, гвардеец стремился поскорее избавиться от опасного заключенного. Что магистр сказал гвардейцу, чтобы заставить его кардинально изменить решение? Выдал секреты подпольщиков? Пообещал поддержку Арчера?

«Мелко мыслишь. Сосватал будущую дочь, — фыркнул демон. — Я не пророк, но даже я понял, чем это пахнет. Магистры расшатывают трон под королевской задницей. Вот уже и цепного пса прикормили. Не важно, какую именно ему косточку бросили. Раз зарычал на хозяина, то и за руку тяпнет. Король правильно делает, что не лезет отбирать, пока рычит».

Эриен с добродушной улыбкой погрозил указательным пальцем, будто отчитывал за шалость малого ребёнка, а не с матёрым стражем порядка беседовал.

— Закон есть закон. Никто не посмеет обвинить меня в том, что я не соблюдаю законы своей страны, господин Тарс. Но предупреждаю. Если вы упустите террориста, окажетесь на его месте. А я долго разбираться, кто виноват, не буду.

— Безусловно.

Король, не сказав больше ни слова, развернулся и, не озаботившись поднять с пола свой плащ, зашагал прочь. Я замешкалась — ровно настолько, чтобы услышать, как начальник гвардии вполголоса попросил меня быть осторожнее. Больше он ничего не сказал, прошел мимо вместе с конвоем, который увел Терри. Не в силах перешагнуть, как остальные, через бесценный плащ правителей прошлого столетия, я нагнулась и подняла его. Руки утонули в мягкой и теплой ткани. Умели же раньше делать вещи безо всякой магии более волшебными, чем сейчас!

На первом этаже звякнул дверной колокольчик.

— Именем короля! — гаркнул смутно знакомый голос.

Я фыркнула. Смешно. Все-то у них именем короля, даже поздороваться с коллегами по-человечески без этой формулы не могут. Или это не всех черных мундиров касается, а только тех, кто тащил меня в казематы? Голос-то не зря знакомым показался! Я подошла ближе к перилам лестницы и посмотрела вниз. Память на имена у меня плохая, а вот лица помню отлично. Та самая парочка, Усатый и Безусый, которые арестовали меня в квартире князя Алишера.

— Сотник! Где вас демоны носят, хотел бы я знать? — король явно был не в духе, чтобы прощать своим личным гвардейцам опоздание.

— Пришлось ждать вестей от новичка, Ваше Величество. Он не явился с утра.

— А где тот Древний, что зовет себя Охотником… тот, что из Резервации? Я хотел видеть его в Управлении вместе с вами, сотник! — в голосе короля от раздражения пропали все глубокие, звучные ноты, он звучал с мелодичностью несмазанного тележного колеса.

— Вот он и не явился, Ваше Величество. На него напали прошлой ночью, говорит, магичка какая-то. Он жив, но зализывает раны, — ответил Усатый с поклоном.

— Не повезло ему. Только нанялся парень — и уже попал в переплет, — влез в разговор безусый десятник. На него посмотрели так, что он стушевался и попытался притвориться мебелью.

— Очень некстати, — кисло отозвался король.

Я сильно прикусила губу, разволновавшись. Кровь прилила к щекам и стало жарко. Новичок-гвардеец, нападение магички, Древний из Резервации… Ничего определенного, но при этом все вместе может указывать на того, чье появление в моей жизни запустило цепь неудач. Желтоглазый Волк, вор и убийца, связанный с Ночной гильдией — он, оказывается, еще и Охотником себя называет? Значит, он выжил?

«Сходи проведать больного, задай все вопросы с глазу на глаз. Я почти уверен, что на этот раз он отнесется к тебе с большим уважением. Мне не терпится посмотреть, насколько успешно Желтоглазый уворачивался от когтей Тени», — хмыкнул внутренний голос.

Воображение услужливо подсунуло мне живописную картинку, от которой у меня скрутило живот. Память милосердно прятала от меня подробности прошлой ночи, но фантазия беспощадно добавила в туман воспоминаний больше багровых тонов.

— Заткнись, демон, — вслух процедила я, убедившись, что рядом никого нет, — это не моя вина, что так вышло.

Демон, как обычно, после убедительной просьбы, высказанной вслух, замолк, растворившись в звуках живого голоса. Зато король поднял голову и посмотрел на меня с нехорошим прищуром. Услышал? Ну и пусть. Что я такого сказала?

— Ваше Высочество, — его слова источали не меньше яда, чем фальшивой сердечности, — нас ждут великие дела. Идемте же скорее, пока не стало слишком поздно!

Слово «идемте» сработало на этот раз так, как должно было. Пока не слишком сильная, но цепкая паутинка чужой воли потянула меня вперед. Прежде мне не приходилось испытывать разницу в ощущениях, ведь сила магии до недавних пор была всегда одинакова. Зато теперь я заметила. Отныне я знала, каково быть полностью лишенной воли. Знала, каково быть полностью свободной. И отчетливо понимала, в какой момент начинаю терять контроль над собой. Отвратительное чувство.

«Клянусь всеми Хранителями и любимой шляпой Создателя, я найду способ разорвать эту паутину — чего бы мне это ни стоило!»

Глава 11. Дела сердечные

Белый дворец. Кабинет короля. Вечер.

Еще одно платье принцессы оказалось безнадежно испорчено из-за меня. Если алые пятна еще можно как-то отстирать с лаверранского шелка, то рукав король оторвал просто «с мясом». Я прижимала обе ладони к разбитому носу, пытаясь остановить кровь, и настороженно следила за тем, чтобы в меня не полетел какой-нибудь тяжелый предмет обихода. Или снова кулак.

Хозяин рыскал по кабинету, в поисках чего-то, на чем бы мог сорвать злость. Нашел. Толстую книгу, старую, тяжелую. С металлическими уголками.

— Где моя дочь, дрянь? Отвечай! — в третий раз на последние пять минут заорал Безумный король, замахиваясь внушительным кодексом.