Екатерина Баженова – Наследник для вожака Медведя. Том 2 (страница 8)
Он обнимает меня за талию, притягивая к себе, и его голос гремит, полный неподдельной гордости:
– Именно такой и должна быть истинная будущего вожака. Сильная. Яркая. И готовая разорвать любого, кто посмеет усомниться в нашей связи. Запомни это, Мирэль. Ты даже себя отстоять не можешь, как ты собралась защищать моего сына?
Девушка стоит несколько секунд, багровея от бессильной злости. Она смотрит на нас и явно понимает, что проиграла этот раунд.
– Или, может, хочешь покрыть род позором? – давит Артур. – Ведь по закону я могу забрать у тебя ребёнка, если ты не способна дать ему всё, что потребуется. Сын от наследника даёт много привилегий, но это ещё и огромная ответственность…
Мирэль, насупившись, резко разворачивается и, не сказав больше ни слова, уходит, высоко задрав подбородок, но по её кулакам видно, как она взбешена.
Мы молча возвращаемся домой. Заперев дверь, я прислоняюсь к ней спиной и закрываю глаза. Адреналин понемногу отступает, сменяясь тревогой.
– Это правда? Ты можешь забрать ребёнка у его матери?
– Не волнуйся, – улыбается Артур. – К истинным это не относится. Мы будем воспитывать наших детей вместе.
Выдыхаю с облегчением, а то во мне уже начала бушевать ярость. Что, кстати, странно.
Я ещё не беременна, но уже готова открутить голову даже Артуру, лишь бы не отдать своих детей. Наверное, это и есть то, про что говорил муж. Та решимость защищать своё потомство – животный инстинкт.
И во мне он явно есть…
Но сейчас есть куда более важные дела…
– Силы, о которых говорила Алиса… – начинаю я. – Артур, а что, если они правда существуют? Что, если Урсула найдёт способ помешать обряду?
Он становится серьёзным, подходя ко мне.
– Я не могу это исключать. Поэтому я сейчас пойду к деду. Армэль должен знать о найденной Алисой записи. Если такие силы реальны, он может знать, как от них защититься.
– Хорошо, – киваю я. – А я… а я займусь твоей библиотекой. Если хоть что-то об этом есть, я это найду.
Он целует меня в лоб и уходит. Я остаюсь одна в нашем тихом доме. Сначала просто стою посреди комнаты, слушая тиканье часов. Потом глубоко вздыхаю и направляюсь в его кабинет.
Кажется, мы с Артуром – неплохая команда. Отлично понимаем друг друга и явно хотим одного и того же.
Библиотека мужа – это не просто полки с книгами. Это собрание фолиантов, свитков, потрёпанных тетрадей с полевыми заметками. Я провожу пальцами по корешкам, чувствуя подушечками шероховатость и трещинки.
Я должна быть готова.
Я не могу позволить, чтобы какая-то тёмная магия отняла у нас всё.
Глава 9
Я погружаюсь в чтение. Часы пролетают незаметно. Солнечные лучи за окном удлиняются, окрашивая комнату в золотистые тона. Я так сосредоточена, что не слышу шагов, пока в дверь не стучат.
На пороге снова Алиса. В её руках – новая корзинка, откуда тянет умопомрачительным ароматом свежеиспечённых пирогов с капустой и грибами.
Удивляюсь тому, насколько явственно я ощущаю этот аромат. Неужели это потому что я теперь могу превращаться?
Мои рецепторы стали более чувствительными?
Пожалуй, об этом тоже стоит подумать…
– Думаю, вам обоим сегодня не до еды, – говорит она, протягивая мне корзинку. – Хоть немного подкрепитесь.
И только сейчас я понимаю, что с самого утра ничего не ела. Желудок предательски сводит от голода.
– Спасибо, Алиса, – искренне говорю я. – Заходи. Артур скоро должен вернуться.
Она качает головой, лёгкая тень тревоги снова мелькает в её глазах.
– Нет, нет, меня Димка ждёт. Он сегодня что-то приуныл после вчерашнего. Надо с ним поговорить. Вы кушайте на здоровье.
– Спасибо ещё раз…
Она уходит, а я, не в силах противостоять аромату, несу корзинку на кухню, ставлю чайник и, отломив кусок ещё тёплого, хрустящего пирога, возвращаюсь в кабинет с намерением продолжить поиски.
Я читаю, пролистывая пожелтевшие страницы, запивая чаем сладость выпечки. И вот, в одной из самых старых книг, чьи страницы вот-вот рассыплются в прах, я нахожу это. Не просто упоминание, а целый абзац.
Там говорится о «Тени Сомнения», о «Проклятии Раздора», что может наслать на истинную пару «тот, чьё сердце отравлено великой, личной обидой, утратой, что обратила всю его душу в пепел ненависти».
В тексте прямо сказано, что обычное стремление к каким-либо благам, каким бы сильным оно ни было, не способно призвать столь могущественную магию. Нужно нечто большее.
«Сила сия питается не амбициями, а сгоревшим сердцем, растоптанной верой, кровью, за которую жаждут отмщения».
Я откидываюсь на спинку кресла, в ужасе глядя на строки. Жажда власти Урсулы, кажется мне теперь детской забавой по сравнению с этим. Это требует чего-то чудовищного. Личной, выжегшей душу трагедии.
И тогда новый, леденящий вопрос приходит мне в голову. Я смотрю в темнеющее за окном небо, и по спине бегут мурашки.
А нет ли в клане кого-то, кто ненавидит род Белогорцевых не за власть, а за что-то иное?
Кто-то, чья обида куда глубже, древнее и смертоноснее, чем у Урсулы? Кто-то, о ком мы даже не подозреваем?
Может, во времена Марьяны и Армэля произошло что-то ещё? Надо бы поговорить с ними.
Я доедаю пирог и допиваю чай, а потом топаю на кухню, чтобы помыть кружку. В окно вижу, как к дому подходит Артур.
Лицо у него сосредоточенное, шаги тяжёлые. Сразу же улыбаюсь, спеша к двери, хотя по его виду ясности нет. Он выглядит озадаченным.
Интересно, что ему сказал дед?
***
Я захожу в кабинет деда, и первое, что вижу – Марьяну. Она сидит в углу на кресле, и на её запястьях по-прежнему поблёскивают магические наручники.
От этого зрелища у меня в груди что-то неприятно сжимается. С меня-то их сняли сразу.
– Почему на ней до сих пор оковы? – обращаюсь я к Армэлю, который сидит за своим массивным столом и смотрит на меня усталыми, но внимательными глазами. – С неё тоже нужно их снять.
Марьяна, вместо того чтобы обрадоваться моему заступничеству, лишь фыркает, поднимая на меня насмешливый взгляд.
– О, спасибо за заботу, внучек, – говорит она, и в её голосе слышится язвительная нотка. – Скажем спасибо, что рот мне пока не заткнули. И слава Богине. Думаю, они просто страхуются. И, если честно, – она звякает браслетами, – я их понимаю.
Маряна громко хохочет и поглядывает на Армэля:
– Оставлять такую могущественную и, чего уж греха таить, обиженную на весь свет ведьму без присмотра… не самое разумное решение.
Я сжимаю кулаки, но вынужден признать её правоту.
Да, она – моя бабка. Да, она раскаивается.
Но сила её по-прежнему огромна, а прошлое оставило в её душе шрамы, которые вряд ли когда-нибудь полностью затянутся.
Доверие нужно заслужить, а не требовать его.
– Ладно, – отступаю я. – Тогда поговорим о деле. Алиса нашла кое-что в старых архивах. Вы знаете что-нибудь о силах, которые могут помешать подтверждению истинности? О чём-то, что может исказить саму связь?
Армэль медленно мотает головой, его седые брови сдвигаются.
– Нет. Никогда не слышал. Истинность – это дар, основа нашего бытия. Её нельзя подделать, но опыт Волков говорит, что мы многого просто не знаем…
А вот Марьяна затихает. Её насмешливое выражение сходит с лица, сменяясь глубокой задумчивостью.
Она смотрит куда-то в пространство перед собой, будто перебирая в памяти древние, пыльные свитки.
– Есть… – начинает она наконец, и её голос теряет привычное ехидство, становясь серьёзным и даже немного торжественным. – Есть нечто. Куда более страшное и древнее, чем то, что натворила я в своё время. «Тень Сомнения». Оно не разрушает истинность – оно отравляет её, наводит тень на самую суть связи, сея хаос в душах и в магии.