Екатерина Андреева – По ту сторону тьмы (страница 12)
– Я не спрашиваю, чего ты хочешь, – жестко ответил старший, – я сказал, что ты должен сделать.
Ли что-то пробурчал себе под нос, и мне удалось лишь разобрать «словно рабы». Внутри неприятно кольнуло. Вот почему он не хочет. Рабочих фабрик в том проклятом городе так же привязывали друг к другу. Изнутри медленно поднимался гнев. Да как они смели так обращаться с ним! Он же еще ребенок! Он же… Я не сдержала удивленного возгласа, когда картинка передо мной чуть подернулась, и мне удалось увидеть всех членов отряда, старательно обвязывающих веревки вокруг талии. Я их видела! Мгновение, и все снова подернулось тьмой. Интересно, Князь нарочно играет со мной?
Когда все были готовы, мы подобрались друг к другу поближе и с переругиваниями и болезненными охами смогли-таки связать себя в единую цепочку. Я стояла самой первой, сразу за мной – Джоанн, которая странновато похихикивала себе под нос, а дальше все остальные. Замыкающим шел, разумеется, старший.
– Давай, шагай, – велела мне Джоанн, – меня уже издергали за веревку. Все готовы.
– Ладно, – слабо отозвалась я и повернулась лицом вперед. Точнее, так мне казалось. Стоило только задуматься о том, куда идти, как я поняла, что совершенно не представляю, где выход. Мы можем проблуждать тут до скончания веков, если, конечно, Князь над нами не сжалится. Или выйти с прежней стороны, прямо в ручки сарассеров. Сомневаюсь, что нам удастся сбежать во второй раз.
– Ну, долго ждать-то? – полным столетней усталости голосом спросила Джоанн, и я сделала шаг вперед.
Мы постарались обвязаться не слишком туго, но все же идти оказалось сложно. Мы долго не могли подстроиться под один ритм, веревка натягивалась, или же кто-то налетал друг на друга, и до моего слуха доносились приглушенные ругательства. Я постаралась их не слушать. Не слышать. Я просто шла вперед, не сосредотачиваясь ни на чем и усиленно отгоняя от себя все лишние мысли. О том, почему я вдруг стала видеть внутри темноты, сейчас не стоило задумываться. Иногда мне снова удавалось разглядеть впереди неясные черты – землю под ногами, редкие сухие кустики, которые попадались все чаще и чаще. Но потом взгляд снова заволакивало темнотой.
Воздух колыхнулся, и я ощутила какое-то движение рядом с нами. Я замерла, и Джоанн с недовольным шипением врезалась мне в спину.
– Нельзя ли предупреждать…
– Тихо! – оборвала я ее и сама удивилась, как напряженно прозвучал мой голос. Я прищурилась, вглядываясь в темноту, и чуть наклонила голову, вслушиваясь.
Было тихо. Очень тихо. Но там, внутри сгустившейся темноты, что-то двигалось. Медленно, крадучись, наблюдая за нами в ответ. И это был вовсе не Князь. Что-то мелькнуло в глубине тьмы, яркое и маленькое, и снова исчезло. Я отдернулась и ощутила, как по шее стекли капельки горячего пота. Я сглотнула сухую слюну и просто произнесла:
– Пойдем чуть быстрее.
На этот раз Джоанн спорить не стала, а вдруг испуганно притихла, и я почувствовала, что она жмется ко мне со спины.
– Ты что-то увидела? – тихо спросила я.
– Не знаю, – отозвалась она еле слышно. – Мне так показалось. Давай-ка поскорее отсюда уберемся.
Легкая дрожь в ее голосе встревожила меня не на шутку. Если уж даже Джоанн замечает что-то странное, несмотря на ее близость к Князю, значит, пора делать ноги.
Мы шли еще не меньше получаса, больше не останавливаясь ни на секунду. Я ощущала постоянное движение вокруг нас, словно кто-то кружил и то подбирался ближе, то снова отползал назад. Я не знала, замечает ли это кто-то еще, кроме нас с Джоанн, но спросить не решалась. Быть может, это только всех напугает.
Когда впереди замаячил блеклый свет, я даже не поверила. Мне уже казалось, что мы будем бродить тут целую вечность. В отряде все приободрились, шаги застучали по земле ровнее и тверже, словно подгоняя меня вперед. Я вдруг поняла, что мне не хватает воздуха. Что мои легкие забиты пылью, я дышу хрипло и натужно, а кожа саднит и зудит, словно ее грызут насекомые. Свет начал слепить до рези в глазах, он все рос и рос, заставляя меня щуриться и вытирать с потного лица потоки слез. Разве так должно быть?
Последние метры мы едва переставляли ноги. Тьма заволновалась вокруг нас, сгустилась так, что ее пришлось разгребать руками, словно вязкую кашу. Она подобралась к самому горлу, не давая мне сделать вдох. Казалось, чьи-то пальцы вцепились в шею и плотно сжимают ее. Ноги обмякли, и я застыла, не в силах двинуться дальше. Кто-то позади меня крикнул, но от звона в ушах я ничего не расслышала. Словно выброшенная на берег рыба, я хватала воздух ртом и царапала руками шею.
«Это последний раз, – прогудел в моей голове холодный жесткий голос, и по моему подбородку скользнули ледяные пальцы. Я вытаращила глаза. Он стоял передо мной. Высокий, худой и бледный. Я могла разглядеть его почти как обычного человека. – Больше я тебя не отпущу. Не вздумай попытаться спрятаться или обмануть меня. Я найду тебя везде. И всегда».
Хватка разжалась, я рухнула на колени, кашляя и делая один хриплый вдох за другим. Легкие пламенели, горло казалось распухшим и воспаленным. Вокруг замелькали тени, кто-то подхватил меня под руки и выволок на яркий свет.
Я вскрикнула – а точнее, прохрипела – от ударившего в глаза солнца и скорчилась на земле.
– Что произошло? – раздался испуганный и отчего-то гневный голос Двэйна.
Я прикрыла глаза руками, пытаясь привыкнуть к свету, и села, ощущая на своих плечах тяжелые руки старшего.
– Ничего страшного, – раздался голос Джоанн. – Он просто пришел ее предупредить.
– Ничего страшного?! – голос Двэйна задрожал от ярости. – Посмотри, Он оставил синяки ей на шее! Он чуть не задушил ее.
– Он бы этого не сделал, – упрямо возразила девочка.
– Ты что, Его защищаешь?
Я схватила старшего за пальцы и заставила повернуться ко мне. Глаза постепенно привыкали, и теперь я видела его искаженное от страха лицо в мягком ореоле солнечного света.
– Мы… дошли? – сипло спросила я, заставив его болезненно поморщиться.
– Дошли, – угрюмо бросил он.
И Шон рядом с ним с горьким смешком возвестил:
– С возвращением в Пустошь!
***
Мы двигались спешно. Не то чтобы нас так пугала возможность преследования, но все же не стоило задерживаться у границы. Сарассеры слишком часто выезжают сюда. Однако по большей части спешка объяснялась просто – мы хотели домой.
Твердая, испещренная трещинками безжизненная почва обрывалась резкой четкой линией, словно кто-то нарочно провел ее от горизонта до горизонта. И на той стороне расстилалось сочное зеленое полотно. Знакомые запахи травы, дерева, тяжелой маслянистой земли в паутинных теневых уголках, пряная смола и даже сладковатое гниение – все это сливалось в единый аромат, неповторимый и дурманящий. Родной.
Стоило ступить под тень деревьев, как ноги сами понесли вперед с той энергией, которую и не ждешь после выматывающих блужданий во Тьме. Широкие разлапистые ветви сомкнулись за нашими спинами, будто закрывая от жадных и голодных глаз рыщущего монстра. Впрочем, мимолетная радость не могла нас обмануть. Это же все-таки Пустошь, всевозможных монстров хватало и здесь. Или же… Я невольно прислушивалась к каждому звуку, вглядывалась в заросшие тропки и в тени плотных кустарников вокруг. Широкая дорога, которую проложили сарассеры для своих машин, осталась далеко с запада, и ее очертания уже едва проглядывали сквозь прорехи. Шума колес слышно не было. Где-то мерно стучал дятел, шумно вспорхнула птица, кто-то едва уловимо проскользнул в кустах. Пустошь говорила своим привычным голосом, словно бы нисколько не изменилась.
Когда мы остановились на небольшой привал, чтобы перевести дух и разобрать оружие, которое притащил Двэйн со своим отрядом, я невольно провела ладонью по шершавому боку старого дуба. «Ну, привет! – произнесла я мысленно. – Надеюсь, ты по нам скучала». По ветвям пробежал легкий ветерок, и ветки зашуршали мягкими переливами. Интересно, это и есть ответ?
Я сделала жадный глубокий глоток, прикрывая глаза. Наконец-то! Духи, неужели мы и правда вернулись домой?
– Не очень-то она изменилась, – заметила Джоанн пронзительным громким голосом, разбившим уютную тишину. – Вроде все так же, как и было.
– А ты думала, что все деревья свалятся на землю? – насмешливо фыркнул Ли, и девочка тут же наградила его острым злобным взглядом.
– Не будь идиотом! – зашипела она. – Но тут все выглядит в точности, как раньше. Добрая старая Пустошь! А Лис вообще-то подпалила ей мозги!
Меня передернуло. Оранжевые всполохи огня пронеслись под закрытыми веками, и я открыла глаза.
– Мы не знаем наверняка, было ли то Древо связано с Пустошью, – произнес Двэйн, и я почувствовала тщательно сдерживаемое напряжение в его голосе.
– По-моему, те чудики выразились довольно ясно, – возразила Саша, с сомнением оглядываясь вокруг.
– Да спросите эту, – крикнул Шон, кивков указывая на Кристину. – Ни за что не поверю, что она не в курсе.
Все дружно повернулись к девушке. Она молчала, разглядывая лес с таким видом, словно ее только что изваляли в грязи. Я хмыкнула и покачала головой. Мне уже давно стало ясно это выражение ее лица – чем высокомернее оно становится, тем более неуверенно она себя чувствует. Элиасс тут же набычился и грозно глянул на изгнанника.