Екатерина Андреева – По ту сторону тьмы (страница 13)

– Не лезь! – рявкнул он. – Мы ничего не знаем.

– Это ты не лезь, охотник! – скривившись, отозвался Шон. – Вы здесь не протяните и дня без нас. Так что будьте добры, – нарочито любезным тоном добавил он, – следовать нашим правилам. Это территория изгнанников.

Элиасс хрипло расхохотался.

– Территория изгнанников? – повторил он и сплюнул. – Ну, это мне знакомо. Сколько я уже… обработал таких территорий…

Он не успел договорить. Шон и Тима разом метнулись к охотнику, сжав руки в кулаки.

– Прекратить! – рявкнул Двэйн, вставая наперерез. – Назад!

Шон и Тима неохотно затормозили перед ним, тяжело дыша и мрачно глядя на старшего.

– Какого хрена ты его защищаешь? – взвился Шон. – Дай мне…

– Мы идем все вместе. Никаких стычек. Никаких угроз. Захлопните рты и двигайтесь вперед. К вечеру мы должны добраться до Рынка. Кого не устраивают правила, тот может свалить.

Он мрачно оглядел каждого изгнанника, даже мне достался его обжигающий взгляд, и я недовольно сложила руки на груди. Нашли себе союзников! По правде говоря, я никак не могла понять, зачем мы тащим этих двоих за собой. Они нам не нужны. Раз – и никто о них больше не вспомнит… Я вздрогнула от собственных мыслей: я только что воображала их смерть? Меня бросило в дрожь, а во рту собрался кислый привкус. Духи, в кого это я превращаюсь?!

Двэйн снова повел нас вперед, не давая опомниться. Да так быстро, что вскоре я уже думала только о своих шагах и лямках рюкзака, больно врезающихся в плечи. Возможно, именно этого он и добивался.

Каким-то неведомым образом я оказалась замыкающей и с особой тщательностью вслушивалась в звуки леса. Мне никогда не нравилось идти последней. Постоянное желание обернуться, ощущение взгляда на своей спине и даже чьей-то руки, готовой вот-вот схватить тебя за плечо.

Я резко развернулась и замерла, глядя на покачивающиеся ветви кустарников, которые мы потревожили.

– Что такое? – тихо спросила Мисс, заметив, что я не иду следом. Краем уха я услышала, как она подала знак остальным, и все затихло.

Я не шевелилась и медленно водила взглядом по лесу. Я не поняла, что вынудило меня оглянуться: инстинкт изгнанника или, быть может, болезненная паранойя?

– Что случилось? – тихий голос Двэйна заставил меня обернуться. Он прошел от головы отряда ко мне и теперь внимательно всматривался в округу.

– Не знаю, – пожала плечами я, и старший повернулся в мою сторону. – Просто что-то померещилось.

Он молчал, но глядел не на лес, а прямо мне в глаза. Таким вдумчивым, пронизывающим взглядом, что мне стало не по себе. Ну, разумеется, мы так и не разобрались с моими ночными похождениями. Быть может, они все еще считают меня отравленной, чокнутой…

– Широ, – позвал Двэйн, отворачиваясь, – перейди в конец. А ты, – снова взгляд на меня, – в центр.

Я почувствовала себя уязвленной. Может, меня и отравили, но я давно уже никуда не сбегала, мне не снились правдоподобные сны, и я не пыталась кого-то убить… или сжечь.

– Со мной все в порядке, – произнесла я, с раздражением замечая обиду в собственном голосе. – Я вполне могу…

– Мои приказы не обсуждаются, если ты помнишь, – холодно перебил меня старший, и я изумленно уставилась на него. С какой стати он принялся говорить со мной таким тоном? – Пройди в центр, – с нажимом произнес он.

Я поджала губы, но ничего не ответила и послушно двинулась вперед. Спустя мгновение Двэйн проследовал мимо, чуть задев меня плечом, и наш отряд снова отправился в путь. Я пыталась поймать тот же умиротворяющий ритм, пыталась избавиться от жужжащих, навязчивых мыслей. Но ничего не помогало. Глаза жгли слезы обиды и злости, и я не знала, чего хочу больше: кричать во все горло или драться, пока с костяшек кулаков не сползет вся кожа. Внутри у меня все бурлило от гнева, страха и беспомощности. Я вздрагивала от любого необычного звука и постоянно оглядывалась. Мне казалось, что каждое дерево наблюдает за мной.

– У тебя вид, как у затравленной зверушки, – вдруг произнесла Саша, когда я в очередной раз обернулась. – Иди спокойно, я тебя прикрою, если что.

– С чего ты решила, что это понадобится? – отозвалась я куда резче, чем хотелось.

– Ну, разве это не очевидно? Ты же поджарила Пустоши мозги, мало ли что она теперь удумает. Если, конечно, еще умеет это. Будем теперь приглядывать за тобой, – она по-доброму усмехнулась, но я ощутила неприятный холодок.

Они боятся, что служители острова смогли восстановить часть Древа? Что остатки разума Пустоши могут нацелиться на меня? На них? Все внутри меня сжалось, и я осознала, что боюсь. Боюсь так, как в тот день, когда меня только выгнали за ворота. С той лишь разницей, что теперь боюсь не только за себя, но и за тех, кто находится рядом. Святые духи, может, мне и впрямь стоило остаться рядом с Князем?

Мы продолжали путь весь день. Долгий, бесконечный и предельно утомительный день. В конце концов я даже привыкла к постоянному ощущению взгляда, шорохам, которые отличались от обычных лесных звуков. Никто, кроме меня, не обращал на них внимания, и я уже начинала подумывать, что все это творится только в моей голове. Вероятно, я и впрямь свихнулась. Действует яд до сих пор или нет, но со мной определенно что-то не так.

На привалах я вела себя тихо и больше прислушивалась к лесу и своим мыслям, чем к разговорам вокруг. Все пыталась понять, каким-то образом выяснить, остался ли у Пустоши разум. Я даже подумывала вытянуть из костра горящую головень и забросить ее в чащу – посмотреть, ответит ли она тогда. И, честно говоря, никак не могла понять, чему обрадуюсь больше.

– Алиса? – вопросительный голос Двэйна вырвал меня из раздумий, и я подняла глаза на старшего. Он настороженно глядел на меня, крепко сжимая руками кружку. Огонь мерно потрескивал, а вокруг него стояла напряженная тишина. Я вдруг поняла, что все выжидательно уставились в мою сторону.

– Что такое? – я чуть нахмурилась, оглядывая их по кругу.

– Ну и жуть, Лис! – воскликнула Джоанна с неописуемым восторгом на лице. – Ты, похоже, чокнулась немного!

– Джоанн! – одернула ее Вэнди, но я заметила отблеск страха в глазах подруги. Внутри меня все натянулось.

– Что случилось? – повторила я.

– Ты нас не слышала, Лис, – медленно начала Вэнди, – не реагировала на вопросы…

– И бормотала что-то под нос, – вставила Джоанн и шумно прихлебнула из кружки, продолжая насмешливо поглядывать на меня.

– Думала вслух, – я постаралась как можно беспечнее пожать плечами.

– Это немного пугающе… – произнес Тима. – Ты… ты повторяла «сжечь», «сжечь».

У меня ком поднялся к горлу. Я ничего такого не заметила. Впрочем, цепочка мыслей в моей голове казалась туманной, и мне не удавалось проследить ее от начала до конца. Вроде бы я думала о том, как проверить Пустошь, но что дальше?

– Так не может продолжаться, – уверенно заявила Мисс и со стуком поставила кружку на пенек перед собой. Жидкость расплескалась в разные стороны, оставив на дереве неровные размытые пятна. – Ей нужна помощь. Она не в себе!

– Кажется, мы уже говорили об этом, – тихим, но твердым голосом произнес Двэйн. – Мы поищем…

– Изгнанники нам не помогут! – резко возразила Мисс. – Возможно, тебе сложно это признать, но ей нужны нормальные лекари. Правильное оборудование. Не то однажды она угробит себя!

– Или нас, – тут же вставила Джоанн.

– И что ты предлагаешь? – взвился Двэйн, и я удивленно глянула на старшего. Такие незнакомые нотки в его голосе, слишком уж… озлобленные. – Тащить ее в Город? К Советам? Может, еще в психушку сдадим?

– Не надо передергивать! – Мисс поморщилась, а я почувствовала, как крепко сжимаю челюсти.

– Вы же оба в курсе, что я все еще здесь? – ядовито протянула я и глянула на них исподлобья. – И не настолько… чокнулась, чтобы не понимать ваших слов. Тащить меня, – я нарочно выделила это слово, – никуда не придется. Вполне могу и сама…

– Ой, да брось! – Мисс раздраженно всплеснула руками. – Не время строить из себя обиженку! Мы просто хотим помочь.

Разговор оборвался, оставляя за собой неприятную горечь на языке и ощутимое напряжение в воздухе.

– Ладно, – старший тяжело вздохнул, – привал окончен. Идем дальше.

– Но, Двэйн, мы ничего не решили, – попыталась возразить Мисс, однако ей никто не ответил.

В полном молчании мы подхватили свои вещи, потушили костер и снова двинулись в путь. И на этот раз каким-то невероятным образом я оказалась идущей точно за спиной Двэйна. В одной руке он держал компас и, почти не отрываясь, наблюдал за движением стрелки. В другой – сжимал старую потрепанную карту сарассеров и периодически сверялся с маршрутом. Для меня и по сей день оставалось загадкой, как он может ориентироваться по этим линиям и квадратикам на каком-то куске бумаги. Все это выглядело почти чудом.

– Прости, – раздался его приглушенный голос, и я чуть прибавила шагу, чтобы расслышать. – Прости, – повторил он и чуть обернулся. – Нам не стоило так говорить.

Я промолчала, совершенно не представляя, что на это ответить. Признавать себя чокнутой мне совершенно не хотелось, но и закрывать глаза на правду было бы глупо.

– Я не вернусь к Советам, – неожиданно для себя выпалила я. – Уж лучше подохнуть где-нибудь в Пустоши.

Я почти поравнялась с Двэйном и теперь видела, как он морщится.

– Конечно, не вернешься. Я этого не допущу, – произнес он. – И подыхать в лесу тоже не обязательно.