Егор Копелев – Загадка Демиурга (страница 11)

– Ясно, сержант. Можете быть свободны, – король недовольным жестом приказал тому уйти и обратился к адъютантам. – Вызовите командующих ополчением.

Ещё минут через пятнадцать, как раз к окончанию завтрака, в шатре собрались воеводы в белых мундирах, командующие южным и северным флангами Кузьма Валун, Илья Зоркий, а также Виктор Шея, возглавлявший центральный редут.

– По докладам разведки: Екатерина пока к бою не готова, – начал короткое совещание король. – Стоит лагерем за холмом и ждёт артиллерию, которая, видите ли, отстала. Для меня в этом мало удивительного: когда женщина командует армией, ждать можно чего угодно, но только не организации и порядка. Какие мысли, господа офицеры?

– Ваше Величество, – первым, за всех взял слово Виктор Шея. – Без артиллерии сражения не бывает. Мы окопались, в прицелах наших пушек противника не наблюдаем, сами мы атаковать не готовились. Это хороший момент для контратаки, но наши ударные полки в лесу. Остаётся только ждать. – Его лицо выражало недоумение – мол, а что ещё тут сделаешь? Сами так спланировали. – Если неприятель покажется на расстоянии выстрела, мы его точно заметим без всякой разведки. Перед нами степь, скрыться им некуда. Если до обеда атаки не случится, то, полагаю, сегодня ничего и не предвидится. Кто же начинает драку после обеда?

– Ваше Величество, Екатерина может и начать, раз она женщина, – виновато и неуверенно высказался молодой воевода Илья Зоркий.

– Не, не, – король поморщился и помотал головой. – Виктор Шея прав, после обеда большие баталии не начинают, – поучительным тоном ответил ему Михаил. – Солдаты сытые, уже ленивые, а времени до темноты останется мало. Бессмысленно что‑либо предпринимать кроме малозначительных авангардных боёв или артиллерийской дуэли. Если в течение ближайших двух-трёх часов они не начнут атаковать, то главное веселье на сегодня отменяется. Если нам самим идти вперёд, так нужно менять весь план. Этого мы в горячке делать не будем.

– Ваше Величество, возможно, Екатерина пришлёт парламентёров, или мы пошлём к ней своих? – робко поинтересовался воевода Кузьма Валун.

– Коли пришлёт, так поговорим, – лениво вздохнул король, – сами посылать никого не будем. Екатерина первая закончила время дипломатии и объявила время пушек. Теперь пусть даже не надеется, что мы дрогнем. Дабы образумиться, взбалмошная девочка должна хлебнуть запах пороха, насмотреться на цвет крови и прилично обделаться. Только так её можно заставить унять спесь и стать посговорчивее. Мы заманили её в нашу ловушку, теперь у неё выбор: либо с позором бежать, либо атаковать – тем самым погубив или деморализовав свою армию. В любом случае это сильно уронит её авторитет и выбьет самоуверенность. Так что не спешим. Ждём, наблюдаем, но не расслабляемся. На этом всё пока, свободны.

Когда воеводы вышли, король ещё больше помрачнел и погрузился в свои тяжёлые мысли о жизни и политике. Судьба у Миргорода такая. Город стоит на середине пути между соседними королевствами с большими городами – Екатеринодаром и Вольгородом. Расположен он на главной и большой реке, по которой проходят основные торговые пути. На протяжении двух веков его предки были вынуждены то объединяться с Вольгородом против Екатеринодара, то, наоборот, с Екатеринодаром против Вольгорода. А порой приходилось сражаться с обоими одновременно. Так воевали и лавировали в своей внешней политике: то на левом берегу реки, то на правом. Вверх по течению реки располагались земли северных варваров. Вниз по течению река Мирь впадала в море, а за его водами лежали южные королевства. У Михаила и выбора‑то никакого не было: исполняя волю отца, он вынужден был жениться на Веронике, двоюродной племяннице короля Вольгорода. После смерти отца этот брак определял всю его дальнейшую политику уже на правах самостоятельного правителя. Вольгород стал естественным союзником, а Екатеринодар – противником. И как бы ни хотел Михаил Храбрый изменить положение вещей, семейный союз с Вероникой ему этого не позволял.

Но Вероника оказалась бесплодна, и тут Михаилу нужно было что‑то предпринять. Король не мог оставить свой род без наследника. В противном случае его династия прервалась бы, а Миргород перешёл бы под управление Вольгорода. Развестись с Вероникой ради брака с менее знатной, но более плодовитой особой он не мог – это означало бы неизбежную войну с Вольгородом. Да и Екатеринодар наверняка не остался бы в стороне. Войны на два фронта Михаил допускать не хотел. У него оставался только один-единственный вариант: снова перевернуть чашу союзнических весов, как это часто делали его предки. Объединиться с Екатеринодаром против Вольгорода. Но по примеру отца провернуть такой финт через женитьбу сына не получалось – по причине отсутствия такового. Оставался вариант – самому жениться на екатеринодарской принцессе. Но и этот план раз за разом терпел неудачу.

Бывший Король Екатеринодара Алексей Весёлый имел трёх дочерей и не имел сыновей. Казалось бы, сама судьба благоволила к Михаилу. Но Алексей был глуп и упрям. Три раза Михаил в тайне посылал к нему сватов, прося одну из дочерей себе в жёны. И три раза тот отказывал со словами: «Пусть мои дочери сами решают, за кого им выходить замуж». Три раза после этого возникал конфликт. Три раза Михаил Храбрый побеждал Алексея Весёлого на ратном поле. Но победа в одном сражении, путь даже очень убедительная, не означала победы в вой не. На штурм такого большого города как Екатеринодар, Михаил всякий раз не решался. Ему не хватало для этого ни людей, ни ресурсов. Да и его союзник Вольгород в этом деле ему был вовсе не помощник. Те, в свою очередь, понимали к чему всё идёт, и вместо помощи всячески только препятствовали. Плели интриги, втайне помогали Екатеринодару оружием и деньгами. Как распутать сей клубок, Михаил не знал.

Новый шанс подвернулся сам. После болезни умер Алексей Весёлый. Три юные девицы остались править Екатеринодаром совсем одни. Выбор Михаила был прост и понятен, как медная монета. Всё само шло к нему в руки. Одним разом он мог избавиться и от надоевшей ему бесплодной Вероники, и получить вместо неё молодую и красивую девчонку Екатеринодара, и завести, наконец, наследника. А заодно и решить проблему своей казны, которая изрядно опустела. Вольгород не рискнёт воевать против объединённой армии двух городов. Одним браком он бы мог стать самым сильным монархом на огромной территории. Но тут свой нрав проявила королева Екатерина. Эта юная дурочка сама не ведает, что творит. Она не понимает своего счастья и своей выгоды. Чего хочет добиться своим отказом? Потребовала у него Миргород. Сумасшедшая. Как ей это только в голову пришло? Что же, Михаил Храбрый укротит её гордый нрав. Ему удалось выманить её сюда. Завтра он покажет этой наивной девчонке, что такое настоящие мужские игры. И в этот раз он уже решил не останавливаться: после победы тут он возьмёт штурмом Екатеринодар. Ради этого Михаил и провёл мобилизацию. Впервые у него было войско, численность которого позволяла штурмовать большой город. Да, его армия оказалась чуть хуже вооружена. У них меньше пушек и лошадей. Это был неприятный сюрприз. Но в городском бою всё решает именно численность пехоты. С этими мыслями сон всё‑таки одолел короля, и тот завалился обратно в кровать.

___________________

Только спустя час после рассвета военный совет в шатре королевы Екатерины наконец‑то удалось собрать в полном составе. Главным фактором стало то, что материализовался неуловимый генерал Серафим. Как только этот факт стал известен, тут же освободились от вечных и совершенно неотложных дел все остальные командиры. Командующий пехотными войсками майор Всеволод Тихий занял место по левую руку королевы. Справа, как и положено старшему и самому опытному, расположился командующий артиллерией генерал Серафим. Напротив Екатерины, с другой стороны стола, над картой местности нависали три капитана конницы: Данила Оптимист, Данила Молчун и Никита Ясный Пень. Принцесса Диана тоже присутствовала на совете. В расслабленной позе она восседала в мягком кресле в дальнем углу комнаты, всем своим видом показывая, что в обсуждении тактики и стратегии принимать участие не планирует. Но раз момент ответственный, а она разведчик, то вот – тоже тут.

Королева Екатерина Великолепная держала длинную паузу, словно ожидая кого‑то ещё, и внимательно изучала лица всех собравшихся офицеров. Да, в бой идти они явно не горят желанием. Это не жалованье получать и деревни по дороге грабить – тут опасно. «Решительность, только решительность», – повторяла про себя Екатерина слова князя Веского.

– Ну, мои ястребы, – прервала она, наконец, молчание, и все офицеры ещё ближе придвинулись к столу с картами. – Настало время предъявить Миргороду наши атакующие таланты. Генерал, где моя артиллерия?

– Пушки уже на подходе, Ваше Величество, – смирённо ответил Серафим. – Порох и ядра прибыли в лагерь, а мои сапёры и инженеры выбирают наиболее выгодные места для позиций.

– Я уже выбрала место для их позиции, – Екатерина ткнула в карту прямо напротив центрального бастиона Миргорода. – И выбрала твою цель, – она ткнула в нарисованный на карте шатёр короля Михаила Храброго.