Егор Капралов – Эксперименты (страница 38)

– Наверное… Не то чтобы это важно, я в любом случае пойду до конца, просто знаешь… не уверен, что я прав. И вроде они напали на нас…

– Дважды.

– И разнесли бы планету, если бы мы их не остановили… Вроде и признались, что убили миллионы или даже миллиарды, а все же… ощущение какое-то странное. Как будто все это неправильно. Наверное, я просто устал.

– Но мы же всего пару дней назад начали.

– Да не сейчас устал, а глобально. От всего, от такой жизни. Накопилось за столько лет, хотя в последние несколько лет я и в боях-то не был. Да и боев, в целом, не было. Землю сделали мирным местом, хоть и принудительно. А мне не хочется больше жить такую жизнь, которую я живу, не хочется отправляться на непонятные планеты на экспериментальных кораблях по указке горстки правителей, не хочется вышибать дурь из людей, не согласных с тем, как устроена жизнь на Земле… Спокойствия я хочу, забыть это все и свалить подальше, куда-нибудь, где никто не найдет. Но сначала нужно довести дела до конца во что бы то ни стало.

– Давай разберемся с этим позже. Найду тебе планетку, где никто не достанет, возьмешь с собой кого хочешь и что хочешь, да живи себе. Но сначала, правильно ты сказал, нужно закончить дела.

– Ты это серьезно?

– А почему бы и нет. Спасем мир и уйдем на заслуженную пенсию.

– Звучит как план.

– И план весьма неплохой, скажи ведь?

– Мне нравится.

– Значит решено. А сейчас пойдем на мировую. На денек. Вернее, перемирие само к нам уже пришло.

Капитан замолчал и посмотрел куда-то в сторону. Из-за холма показалась фигура в плаще. Я напрягся и начал было вставать, но капитан положил мне руку на плечо:

– Сиди, все нормально. Он не с враждебными намерениями идет. Но если не так дернется – в пыль сотру. Хотя нет, вставай, прогуляемся.

Форт-ноль, Нулевой… Чего ему надо? Тоже захотел передышку? Он стоит на холме и машет рукой, подзывая к себе. А мы откликаемся на его призыв. Возможно, это глупость, но мы идем в его сторону. Я немного отстал, забирая свою броню, но, похоже, спешить и в самом деле некуда. Капитан остановился и подождал, пока я закончу. Затем мы поднялись на холм, и Нулевой заговорил:

– Доволен? Добился своего? Я сдаюсь. Твоя сила не имеет границ, с тобой бесполезно сражаться. Ты отобрал мой экипаж взамен на свой, мы квиты,остановись уже наконец. Неужели ты не видишь, что несешь только смерть и разрушения? Не знаю насчет тебя, а я так больше не могу. Я опускаю руки. Хочешь – убей, хоть здесь и сейчас, я больше не сопротивляюсь. Людей только не трогай, оставь хоть кого-то!

– Не могу, извини. Это война не до победы, а до конца. Не имею права остановиться, пока кто-то из вас дышит, и ты это прекрасно знаешь.

– Нас осталось всего двадцать три…, – он осекся.

– Иронично, да? Ты и еще двадцать два человека. Знакомо, не так ли? Может, им тоже прикажешь застрелиться, как тогда? Ты ведь можешь, я знаю. Я же все равно за ними приду, за каждым из них, а потом и за тобой. Но ты останешься последним. Впрочем, я предлагаю перемирие, отдохнем немного, и мы и вы. На сутки. Согласен?

– А как же идти до конца?

– Не издевайся, ты прекрасно знаешь, что мы с тобой люди, как ни крути, и тело у нас человеческое. Ты когда спал в последний раз? Хоть мы и способны выдержать куда больше простых людей, но все равно людьми остаемся, хоть и не совсем простыми. Давай отдохнем немного, а потом я наведаюсь к тебе в гости, договорились?

– Как будто у меня выбор есть.

– Буду считать, что это согласие. Только без фокусов, ладно?

– Хорошо, договорились. Следующая наша встреча, скорее всего, будет последней.

– Да, скорее всего, – сказал капитан с какой-то ноткой печали в голосе, я лишь молчаливо слушал их непринужденную беседу. Даже и не скажешь, что они враги.

– Надеюсь ты доволен, что все идет так, как ты задумал.

– Я и сам не знаю, но, кажется, доволен.

– Что ж, тогда до встречи.

Они обменялись рукопожатиями, совершенно не враждебно прощаясь друг с другом. Затем фигура в плаще расплылась в воздухе, оставив загадочно висеть многозначительную довольную ухмылку.

– И что же, на что потратим время, которое у нас появилось? Просто отдохнем, вернемся в ваше поселение, посмотрим, как у них дела? Поспим, в конце концов. Или можем рвануть куда-нибудь на неизведанные планеты, разглядывать то, что не видело ни одно живое существо во вселенной, что скажешь?

– Я бы отдохнул. Но куда-то рвануть тоже можно. На пару часов. Думаю, успеем. А потом закончим дела. Вернем тебе твое имя.

– Вот же прицепился ты к этому имени! Мне и так нормально! Впрочем, ты прав, вернем его.

Я ненадолго опустил взгляд в землю и спросил:

– Скажи, а каково это, быть самым сильным существом во вселенной?

– А с чего ты решил, что нет никого сильнее меня? Может быть и есть, просто я не знаю об этом. Но если задуматься, то плохо. Представь, что у тебя есть дорогущий спорткар, а ты стоишь на нем в пробке на работу и больше ни для чего не можешь его использовать, просто запрещено. Вот примерно так это ощущается, потому что пока мы все не закончим, я буду стоять в пробке на работу. Мне даже кажется, что никому нельзя обладать подобной силой. Я даже сам не знаю всех своих возможностей, и если окажусь на планете, где разум и общество только начинают развиваться, там я буду богом во плоти, понимаешь?

– Понимаю, о чем ты говоришь, но твои чувства понять не могу, извини. Ты такой во всем мире один. Во всей вселенной.

– Да! Именно! И это тоже в некотором роде плохо. Одиноко как будто. И ничего с этим не поделать.

– Насчет одиночества можешь не переживать. Я хоть и не полубог, но одного тебя не оставлю.

– Спасибо, это радует. Пойдем к твоим верным товарищам, они будут рады тебя видеть.

– Пойдем.

Я встал и снова, уже интуитивно чувствуя, что сейчас мы переместимся, привычно, закрыл глаза. Мы оказались на площади перед штабом. Следы атаки уже почти полностью прибрали, разве что табличка с именами погибших, которая появилась у главного входа в штаб, напоминала о том, что нападение вообще было. Имен, к счастью, было совсем немного, но смотреть на них я пока что не хотел. Почести будем раздавать потом, и скорбеть тоже.

Здесь уже был поздний вечер, и люди наверняка готовятся спать. Совсем со счета времени сбился… Мы столько раз перепрыгивали между разным временем суток, что я даже не знаю, сколько прошло с тех пор, как все началось. Не знаю даже, прошел ли хоть один день, может, это все тот же день, в котором мы были на чужой планете с крайне малыми шансами на спасение. Хотя, капитан говорил про пару дней. Но я не уверен, и ощущения мне ничего не подсказывают. Совсем ничего. Но это в целом и неважно. Хочется в душ и поспать, только и всего.

–Давай не будем шума поднимать, просто пойдем спать. Что-то я не подумал. А уже завтра встретишься со своими, поболтаешь. Представь, как они удивятся, когда ты выйдешь из своей комнаты как ни в чем не бывало? Потрясное шоу получится.

Капитан был удивительно веселым, и было в его словах что-то такое, что отказаться было невозможно. По моему лицу тоже прогулялась улыбка, и я согласился на его предложение. Мы договорились встретиться утром после завтрака, пожелали друг другу спокойной ночи, и я снова закрыл глаза, а когда открыл, я был уже в своей комнате. В своей одинокой комнате, в которой, как полагается старшему офицеру, было все: душ, плита, холодильник, шкаф, огромная кровать, еще один шкаф для хранения и подзарядки костюма, который я с удовольствием скинул с себя в этот самый шкаф, потом запер дверь и, взяв чистую одежду, вяло побрел в душ. Хочется спать, и усталость резко навалилась мне на плечи, но теплая вода немного смыла ее с меня. Шумоизоляция тут так себе, и кто-то может услышать душ, и тогда сюрприза не получится. Плевать, я просто сделаю вид, что меня тут нет.

Душевые кабины я не особо люблю. Хочется растянуться в горячей ванной с пеной хотя бы на полчаса… Но здесь, как ни крути, военная база, еще и в отдалении от привычной цивилизации, и такой роскоши тут пока что не найти. Поэтому иметь возможность принять душ это весьма неплохо, даже если хочется большего. Квартиры-студии я тоже не люблю, просто иногда приходится мириться с тем, что у тебя есть. И это, надо сказать, не так уж и плохо: даже среди всей этой функциональной компактности, мне разрешили поставить себе огромную удобную кровать и слегка расширить помещение на этапе планирования и строительства.

Удивительно, сколько всего тут построено за такой короткий срок, ведь мы на планете даже не год. Кажется… С другой стороны, год земной вполне возможно и прошел, здесь-то год длится заметно дольше, больше четырехсот суток, да и сами сутки без малого сорок часов. Или чуть больше сорока? Никак не могу вспомнить, может, из-за усталости, а может, я и не запоминал никогда. Впрочем, какое это имеет значение сейчас? Разве что до рассвета еще далеко, а значит впереди долгая ночь, полная спокойного сна. По крайней мере, хочется на это надеяться.

Вытеревшись полотенцем насухо, я вышел из душа, взял чистую одежду, а грязную кинул в корзину для белья. Основной свет я включать не стал, и единственное, что освещало комнату, это лампочка в ванной, свет которой вылезал из открытой двери. Темнота жуткая, все же сказывается отсутствие луны. То ли мне везет оказываться на планетах без спутников, то ли это во вселенной и правда редкость. Впрочем, свет мне сейчас и не нужен, единственное, что мне нужно, так это поспать. Сполна поспать, пока есть такая возможность…