Эдвард Люттвак – Стратегия. Логика войны и мира (страница 34)

Масштаб и разнообразие – необходимые условия, но их недостаточно; если оперативный уровень обладает некоей субстанцией, действие на этом уровне должно быть чем-то больше простой суммы тактических элементов. Это, в свою очередь, зависит от преобладающего стиля войны, точнее – от места этого стиля в широком диапазоне мер: на одном конце диапазона находится истощение противника, а на другом – маневр.

Истощение и маневр

Истощение – это война, ведущаяся промышленными методами. Врага воспринимают как простую совокупность мишеней, а цель состоит в том, чтобы победить посредством общего их уничтожения благодаря превосходству в огневой мощи и в материальной силе как таковой. В конечном счете весь набор вражеских мишеней теоретически может быть уничтожен, если отступление или капитуляция не остановят этот процесс, что почти всегда происходит на практике.

Чем сильнее упор на истощение в общем стиле войны, тем эффективнее стандартизируемые техники обнаружения целей, атаки и снабжения наряду с однообразной тактикой и тем меньше возможностей (или потребности) применять какой-либо оперативный метод войны. Процесс подменяет собой искусство войны и его хитроумные изобретения. Когда материально превосходящие противника и в изобилии снабжаемые войска, наделенные огневой мощью, оказываются в зоне поражения статических целей (окопы, города) вражеских войск, которые вынуждены оставаться неподвижными и сосредоточенными, чтобы добиться результата (а потому не уходят в партизаны), победа обеспечена математически. Понятно, что, если противник тоже обладает огневой мощью, взаимное истощение в ходе войны следует принимать как данность. При таком стиле войны не может быть победы без общего материального превосходства, невозможны дешевые победы за счет искусных ходов, с малыми затратами людей и ресурсов.

Не бывает войны на истощение в чистом виде, без каких-либо хитростей или уловок, действительно сводящейся к промышленному процессу. Но примеры военных действий с очень высоким содержанием истощения и вправду многочисленны. Сюда относятся окопная война в ходе Первой мировой войны, большинство сражений которой было симметричными дуэлями артиллерии противников наряду с боями пехоты, отражавшей пехотные лобовые атаки в пешем строю против линий обороны, укрепленных пулеметами и минометами; попытка люфтваффе разгромить Королевские ВВС Великобритании в июне-августе 1940 года посредством намеренного навязывания воздушных боев в ошибочной уверенности, будто немцы располагают достаточным для победы материальным преимуществом; выигранное Монтгомери сражение при Эль-Аламейне и большинство его дальнейших сражений, в ходе которых враг подвергался массированному артобстрелу и лобовому натиску пехоты, прежде чем его сминали подразделения бронетехники, имевшие подавляющее превосходство в численности; действия немецких подводных лодок в 1941–1943 годах с целью выиграть войну, снизив общий тоннаж океанских грузоперевозок союзников ниже минимума, необходимого для ведения войны; кампания союзников в Италии в 1943–1945 годах, которая выродилась в череду упорных лобовых атак после неудачной попытки обходного маневра при Анцио; воздушные бомбардировки Германии и Японии, нацеленные частью на промышленное истощение, а частью – на истощение городских территорий вообще; наступление Эйзенхауэра широким фронтом после прорыва из Нормандии, которому Паттон лишь изредка мешал своими глубокими маневрами; наступления Риджуэя в Корее в 1951–1952 годах, в ходе которых сухопутные войска прочным фронтом, простиравшимся от побережья до побережья, медленно надвигались на китайцев и северокорейцев, исправно сокращая число врагов бомбежками и артобстрелами; значительная часть американских действий во Вьетнаме – даже несмотря на то, что враг упрямо отказывался собираться массово и не обеспечивал удобных целей (американцы пытались заставить вьетнамцев сгруппироваться концентрическими действиями по методу «отыщи и уничтожь»); наконец, знаменитые планы холодной войны по нацеливанию ядерного оружия на города и промышленные объекты с целью заставить вражеские правительства пойти на попятный из-за нависшей над ними смертельной угрозы.

На другом конце этого диапазона располагается реляционный маневр, цель которого не столько в том, чтобы уничтожить врага как физическую субстанцию, сколько в том, чтобы лишить его возможности сражаться, тем или иным способом расстроить системно, что бы ни понималось в данном случае под «системой» – командная структура вражеских войск, их логистическая поддержка, собственные методы ведения войны или даже действующие технические системы (например, когда радары вводятся в заблуждение электронными помехами, в противоположность помехам, создаваемым грубой силой, или прямой физической атакой).

Вместо поиска мест сосредоточения врага в расчете обнаружить крупные цели, отправной точкой реляционного маневра служит стремление избегать встречи с вражескими силами, а из этого стремления вырастает желание использовать какое-либо частное преимущество против предполагаемого слабого места врага – будь оно физическим, психологическим, техническим или организационным.

Истощение напоминает физический процесс, который гарантирует результаты, пропорционально соответствующие качеству и количеству приложенных усилий (если только враг не сумеет повернуть ход сражения вспять), а результаты реляционного маневра зависят прежде всего от точности оценки сильных и слабых сторон врага. Кроме этого предварительного условия для успеха требуется некая комбинация неожиданности и/или большей скорости исполнения, чтобы эффективно атаковать слабые места врага до того, как он сможет среагировать в полную силу.

Отсюда проистекают два следствия. Во-первых, реляционный маневр предоставляет возможность получить результаты, непропорционально превышающие приложенные усилия, и потому дает шанс победы материально более слабой стороне. Во-вторых, маневр может закончиться полным провалом, если отобранная сила, примененная строго против предполагаемого слабого места, не может выполнить свою задачу или если она столкнется с противостоящей силой, которая появится неожиданно вследствие ошибочной информации. На языке инженеров истощение терпит провал «градуированно», тогда как успех бывает лишь совокупным: если та или иная цель неверно обнаружена или не поражена, ее нужно атаковать снова, но само действие в более широких масштабах от этого не страдает. Напротив, реляционный маневр может провалиться «катастрофически» (или привести к успеху малой силой), поскольку ошибка в оценках или в исполнении операции может загубить операцию в целом. Истощение – такой способ ведения войны, за который приходится платить по полной, но он предполагает ничтожный риск, а вот реляционный маневр может стоить недорого, но предполагает высокий риск провала.

Имеется и еще одно следствие: поскольку необходимы аккуратность в выявлении слабых мест врага, быстрота и точность в действиях после обнаружения этих мест, то реляционный маневр требует высокого качества исполнения. В крайнем случае, примером которых выступают операции коммандос, когда крайне немногочисленные силы используют специфические уязвимости врага, требование точности подразумевает, что только высоквалифицированные подразделения принесут хоть какую-то пользу. В более широком контексте реляционный маневр подчиняет действия неустранимым стандартам, количество не может заменить качество столь же легко, как при ведении войны на истощение.

Опять-таки, не бывает военных действий, которые сводятся исключительно к реляционным маневрам. Как и в случае истощения, переменной величиной выступает соотношение маневра и операции в целом; это соотношение (вот важный момент!) определяет размах методов оперативного уровня. Чем больше доля реляционного маневра, тем важнее оперативный уровень. Современные примеры военных действий с высоким содержанием реляционного маневра таковы: высадка десанта с моря на полуострове Галлиполи в 1915 году – неудачная попытка вынудить османскую Турцию выйти из войны посредством прямой угрозы ее столице Стамбулу (при этом предполагалось, что турецкие войска, находившиеся на поле боя, будут разгромлены наголову); блицкриг немецкой армии в Польше, Дании, Норвегии, Нидерландах, Бельгии, Франции, Югославии, Греции и СССР (до 1942 года), в ходе которого линии обороны, созданные для защиты границ от наступлений по широкому фронту, были прорваны на узких участках пехотными и артиллерийскими атаками, а затем в образовавшиеся прорывы ворвались моторизованные части войск, сумевшие проникнуть вглубь вражеской территории, вследствие чего оказались перерезаны линии снабжения, уничтожены командные центры и нарушены расчеты военного планирования; англо-американский ответ на атаки немецких субмарин, с опорой на отсутствие у немцев воздушной разведки, что позволило скрывать возможные цели, выстраивая корабли в цепочки конвоев на крошечных участках поверхности океана; британская кампания 1940 года в Северной Африке, в ходе которой итальянская армия, обладавшая значительным численным превосходством, была разбита вследствие моторизованного прорыва на обращенном к пустыне фланге с целью перерезать единственную линию снабжения вдоль Ливийского побережья; японская кампания в Малайе в 1941–1942 годах, завершившаяся поражением британских войск, обладавших численным и материальным превосходством, что было достигнуто неоднократными обходами британских прибрежных коммуникаций с флангов, через джунгли, либо в ходе высадки с моря, из-за чего британцы вынуждены были спешно отступать все дальше; глубоко зашедшее наступление Третьей армии Паттона в июле-августе 1944 года, оттеснившее немецкие войска в Северо-Западную Францию после высадки десанта в Нормандии; неудачная попытка проникнуть в Северную Германию через Нидерланды (операция «Маркет гарден») в сентябре 1944 года посредством одновременного парашютного и планерного десанта для захвата цепочки мостов, по которым британские бронетанковые и моторизованные части могли бы быстро дойти до Рейна у Арнема (причиной провала этого плана стала, среди прочего, медлительность британской бронетехники); контрнаступление Паттона в декабре 1944 года, обход с флангов немецких войск, которые устремились на запад через Арденны; неудачная попытка разрушить немецкую военную экономику целенаправленными бомбардировками «бутылочных горлышек» немецкой промышленности, в противоположность обычным бомбардировкам городов; контрнаступление Макартура в Центральной Корее в 1950 году, начавшееся высадкой десанта в Инчхоне, с тем чтобы отрезать наступающие северокорейские войска в глубоком тылу, а не старательно оттеснять их лобовыми атаками с юга; успешная оборона вьетнамских деревень силами морской пехоты США, когда множество местных ополченцев вдохновлялись подвигами горстки морских пехотинцев; израильские атаки на Синай в 1948, 1956 и 1967 годах, а также пересечение Суэцкого канала в 1973 году, прорвавшее египетскую оборону колоннами быстрого проникновения благодаря внезапности либо ожесточенным боям на передовой и выход в глубокий незащищенный тыл, где были перерезаны линии снабжения, захвачены командные пункты и (в 1973 году) уничтожены расположения батарей ПВО, что предоставило свободу действий израильским ВВС; применение ВВС США против Ирака в 1991 году и против федерации Сербии и Черногории в 1999 году, вследствие чего удалось избежать столкновений с относительно крепкими наземными войсками противника и удовлетворить нежелание американцев мириться с потерями.