Эдвард Ли – Адский Дом (страница 37)
- Когда она вернулась, прошло уже несколько часов после того, как мы видели, как она спускалась по лестнице. Она меня не видела, но мне показалось, что я заметил листья и всякую всячину, прилипшую к ее блузке, а блузка была застегнута на одну пуговицу, как будто она торопилась. Волосы тоже немного спутаны.
Они посмотрели друг на друга.
- Похоже, у Бетты есть тайный парень, с которым она встречается на улице, когда все спят, - рискнула предположить Венеция.
- Да, я тоже так думаю.
- Хорошо, но опять же, ну и что? Почему бы ей не завести парня? Это, наверно, тот парень Джон, парень-садовник. Он застенчив, и она тоже. Может быть, их влечет друг к другу.
- Я тоже так думаю, а ее мать – флегматичная любительница Библии, так что вполне логично, что Бетта держит любовника в тайне от нее.
- Правильно. Простое человеческое сексуальное влечение – то, чем живет большая часть мира.
Дэн усмехнулся.
- Кроме священников и семинаристов... и девушек, ушедших в монастырь.
- Так вот почему ты выглядишь не в форме? У Бетты есть парень?
- Нет, нет, дело совсем не в этом. Это было позже... Я проснулся около двух часов, услышал, как кто-то идет по лестнице. Там иногда скрипит пол. Я подумал, что это, наверно, Бетта или миссис Ньюлвин возвращаются из ванной или что-то в этом роде. Поэтому я приоткрыл дверь и выглянул наружу...
- Это была она?
- Нет, кто-то другой. Кто-то еще очень медленно спускался по лестнице. Кто-то в темном плаще.
- Да ладно тебе. Значит, призрак? Ты это хочешь сказать? Я в это не верю, и ты тоже.
Дэн продолжал смотреть в окно, пока говорил, явно не в ладах с чем-то.
- Фигура продолжала спускаться по лестнице в полной тишине, но к тому времени, как она добралась до подножия, ее уже не было.
- Ты хороший актер, Дэн, но не настолько.
- Я ничего не выдумываю, - сказал он и наконец посмотрел на нее. Смятение прочертило морщины на его лбу. - Я все время говорю себе, что это был сон, но...
- Чувствовал, что это по-настоящему, - скорее сказала, чем спросила Венеция.
- Да. Так или иначе, я отправляюсь в чердачные владения. Если я не вернусь к закату, пошлите поисковую группу.
- Пока, - сказала она и посмотрела ему вслед.
Через минуту в атриуме послышались еще шаги: отец Дрисколл.
- Молодец, Венеция, - сказал он, любуясь идеально заклеенными окнами. - Я думал, что мы проведем здесь еще несколько часов, прежде чем начнем красить.
- Привет, отец. Наверно, я трудилась, как пчелка.
- А что это за старая линия? Чья-то оплошность?
- Это работа дьявола, - закончила она.
- Вот именно. - Внимание Дрисколла привлек какой-то шум. Он посмотрел на лестничную площадку второго этажа и увидел Дэна на лестнице. Венеция сделала двойной вдох, когда заметила, что Дэн снял воротничок и черную церковную рубашку.
Дэн не выглядел счастливым, когда возился с потолочной панелью.
- Не слишком веселись там, Дэн, - прогремел голос Дрисколла. - И постарайся не слишком горячиться.
Дэн посмотрел вниз с лестницы, хотел что-то сказать, но передумал.
Дрисколл слегка улыбнулся.
- Да, и не спускай глаз с крыс.
Дэн усмехнулся в ответ.
- Отец Дрисколл, сэр? Я соберу каждую крысу на этом чердаке и принесу их всех вниз только для вас.
- Мир тебе, сын мой.
Наконец Венеция кое-что вспомнила.
- У нас есть гипс или шпаклевка?
- Да, - сказал Дрисколл, и в его голосе послышались странные нотки. – А что?
- Прошлой ночью я повредила одну из стен своей спальни. Я ударилась о торшер, и он упал.
- Не беспокойся об этом. В любом случае, эти стены трудно серьезно повредить.
- Я знаю. Такое ощущение, что они все из цельного кирпича.
Священник кивнул.
- Об этом мы позаботимся позже. Сегодня я бы предпочел покрасить эти окна, раз уж ты их все заклеила. - Резкий стук заставил их обоих посмотреть в окно без занавесок, которое было полно солнечного света.
Джон, дворовый мальчишка, толкал большую газонокосилку по заросшей сорняками дорожке.
- Если подумать, - сказал Дрисколл, - почему бы тебе не начать красить прямо здесь. Я выйду покосить немного. Этот парень слишком много работает – ему нужен перерыв.
- О, позвольте мне сделать это, отец. - Без колебаний ответила Венеция. - Я еще не представилась ему, и мне бы хотелось по-настоящему размяться.
- Венеция, на улице очень жарко.
- Я уже большая девочка. Я не упаду в обморок, - заверила она его. - Ладно?
Дрисколл взял ведро с кистями и банку белой эмали.
- Все в порядке. Но не больше часа. У Бога есть дела поважнее, чем защищать праведников от теплового удара.
Венеция рассмеялась и бросилась к двери.
Но жара была удушающей. Как только она вышла наружу, ее кожа покрылась испариной. Кроссовки быстро повели ее по цементной дорожке к задней части здания. Большая часть травы была бледно-зеленой, и огромное пространство позади дома казалось парализованным жарой и тишиной.
- Эй, подожди! - крикнула она.
Она подбежала. Джон замер на полпути к тяговому шнуру косилки. Он был выше, чем она помнила, и хорошо сложен, несмотря на чрезмерную худобу. Его черноватые волосы, нуждавшиеся в стрижке, торчали во все стороны.
- Привет, Джон. Меня зовут Венеция, - сказала она и протянула руку.
Он сразу показался сдержанным, даже застенчивым.
- Привет, - ответил он почти неслышно. Он пожал ей руку быстро и едва заметно.
- Приятно познакомиться. Я приехала только вчера. Дай мне немного покосить...
- Ты не обязана, - пробормотал он.
- Отец Дрисколл хочет, чтобы ты сделал перерыв.
Теперь он, казалось, защищался.
- Ну, это моя работа.
- Я знаю это, Джон. - Она чуть не рассмеялась. - Но ты здесь очень много работал, так что иди отдохни, - она положила руки ему на плечи и повела прочь от косилки. - Ты не должен делать всю внешнюю работу сам – мы все поможем, хорошо? Иди в дом, расслабься, выпей чего-нибудь прохладительного.
- Ну, если ты уверена...
- Я уверена, Джон. Увидимся через некоторое время.