Эдуард Скобелев – Мирослав – князь Дреговичский (страница 91)

295 Горькое сравнение точно обрисовывает суть дела: противники Владимира, ставившие ему в пример прежние времена, были обречены на поражение; их реальная сила не имела уже решающего значения, победы носили временный, тактический характер и скорее укрепляли ненавистное им христианское государство, чем расшатывали его.

296 Поход Володаря упоминается под 1000 год.

297 К концу тысячелетия в среде фанатиков-христиан распространились слухи о предстоящем «конце света», в связи с чем церковь усилила преследования еретиков, поощряя крайние формы религиозного благочестия.

298 Один из наиболее колоритных деятелей Древней Руга, прославившийся ратными подвигами. Умер в 1036 году.

299 Не исключено, что это былинный Алеша Попович. Учитывая его заслуги в борьбе с язычниками, христианская церковь, остро нуждавшаяся в «святых» и подвижниках, конечно нее, приложила руку к его возвеличиванию.

300 Когда и при каких обстоятельствах Дреговичская земля вошла в состав Киевской Руси? – этот вопрос пока остается открытым. Считается, что это событие произошло в X веке.

В источниках нигде достоверно не упоминается о судьбе Дреговичской земли. Летописи, рассказывая о расширении новогородскими князьями своего влияния, умалчивают о дреговичах. Между тем дреговичи упоминаются под именем спалов у Иордана (готский историк, VI век); следы их расселения в VI веке обнаруживаются в Северной Греции; о них пишет Константин Порфирородный – уже под именем драгувитов.

С легкой руки Н. М. Карамзина, а затем В. О. Ключевского среди историков утвердилось безосновательное допущение, будто дреговичи были «покорены по ходу» завоевательного движения Олега наряду с кривичами, древлянами, северянами, радимичами, полянами. Однако это допущение ни на чем не основано. Конечно, в летописях немало фальсификаций, немало «фигур умолчания», но известно также и то, что иные летописные свидетельства поражают точным знанием исторических фактов.

301 Основополагающие нормы христианской морали так или иначе заимствованы у язычников. В послании к римлянам апостола Павла говорится: «Как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам оправдание к жизни».

302 У апостола Павла: тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя.

303 Сравни с мыслью древнекитайского философа Лао-цзы: «Победу следует отмечать похоронной процессией».

304 По всей вероятности, скоморохи сложились в прочную традицию в период расцвета язычества как добровольные служки волхвов при храмах. Позднее, со времени гонений на язычников и в продолжение столетий, скоморохи выступают преимущественно оппозиционной христианству силой, особенно крайним формам христианского благочестия; это носители и хранители народных преданий, былин, сказок, песен, танцев, обычаев, а также выразители настроений, маскируемых шуткою и балагурством. Кажется неверным и недостаточным говорить о скоморохах как о бродячих артистах широкого профиля, это и первоначально целая социальная группа, занимавшая особое место в жизни общества.

305 Слова из псалтыри.

306 Владимир цитирует из библии.

307 Могута высмеивает Ровду, который, подражая князьям, прославившим себя подвигами, повесил щит на воротах дома, к тому же чужого.

308 Речь идет о символическом изображении Солнца на щите. Солнце у древних славян – символ счастья и удачи.

309 Летописи под 1004 г. упоминают о победе над печенегами близ Белгорода. Вероятно, в это время и позже не прекращалась война.

310 Не исключено, что торговый договор 1006 г. с Волжской Булгарией, предостазивщий булгарским купцам ряд существенных привилегий, но одновременно строго воспретивший им ездить по селищам и вступать в торговые сделки с тиунами, вирниками, огнищанами и смердами, явился формой мирного урегулирования послевоенного столкновения.

311 В 1007 г. в Киев прибыл немецкий проповедник Брун; будучи щедро осыпан подарками, согласился на предложение Владимира посредничать в установлении более прочных связей между Печенежским каганатом и Русью. Есть упоминание, что Брун способствовал обмену заложниками, но миссия его была практически безуспешной; он крестил едва 30 человек и под угрозой расправы поспешил убраться восвояси.

312 Законоуложение.

313 Возможно, Владимир делал попытки упразднения кровной мести, и именно о них идет речь.

314 Уголовные преступники и мошенники подвергались в Древней Руси клеймению.

315 Почти идентичный текст песни приводится собирателями фольклора при описании обычая «Погребенье стрелы», отмечавшемся с 15 февраля по 7 марта (см. ежемесячник «Наш край» № 1(4), Минск, 1926 г.).

316 Судя по тексту, печенежское племя.

317 Бирич – один из средних чинов раннефеодальной бюрократии на Руси; первоначально, видимо, оглашал княжеские указы и решения суда по особо важным делам.

318 Поимку знаменитого «разбойника» Могуты источники относят к 1008 году.

319 Женщины-язычницы совершали ритуальное очищение водою.

320 Еще столетия после язычества держалось на Руси поверье, что вода, которой мылась женщина, приносит беду мужчине. Здесь: согласился бы принять от возлюбленной любую беду.

321 Великая княгиня Анна, жена Владимира, скончалась в 1011 году. Возможно, болезни, предшествовавшие смерти, осложнили и без того непростые отношения между супругами. Отличавшаяся набожностью, Анна едва ли одобряла «языческие выходки» Владимира и его «неровное» отношение к высшему духовенству.

322 В летописях перечислены «великого Владимера сынове: Вышеслав, Изяслав, Святополк, Ярослав, Всеволод, Святослав, Мстислав, Борис, Глеб, Станислав, Повизд, Судислав».

Ярослав на правах подручного князя владел Ростовской землею, а по смерти Вышеслава – Новгородской; Изяслав – Полоцкой землею, Всеволод – Владимиро-Волынской, Святополк – Туровской, Святослав – Овручской, Мстислав – Тмутараканьской; Станислав – Смоленской, Судислав – Псковской, Борис – Ростовской после Ярослава, Глеб – Муромской после Бориса, а сначала Суздальской. Скорее всего, раздача уделов была завершена в 1010 году. Кажется, победа над Могутой знаменовала вместе с тем окончательное торжество над старой аристократией, которая или была уничтожена, или перешла в услужение, не представляя уже самостоятельной политической силы.

323 Резан – мелкая денежная единица в Древней Руси. В «Краткой русской правде»: «А в утке, и в гусе, и в журавле, и в лебеди 30 резан».

324 Борис был сыном великой княгини Анны.

325 Заговор Святополка и его заточение относят к 1012 году.

326 Болеслав был необычайно грузным по комплекции.

327 Последние годы своей жизни Владимир проводил преимущественно в Вышгороде.

328 Первый поход Болеслава на Русь – 1013 год.

329 Новгород ежегодно уплачивал Киевскому столу 2 тысячи гривен; кроме того, посадники раздавали гридям еще около 1 тысячи гривен. Отказ Ярослава в 1014 г. пополнять государственную казну, конечно, не означал еще отложения, но свидетельствовал о мощи феодального сепаратизма.

330 Великий князь Владимир скончался 15 июля 1015 года.

331 «Повесть временных лет» рассказывает о погребении Владимира: «Ночью же разобрали помост между двумя клетями, завернули тело Владимира в ковер и спустили веревками на землю, затем, возложив его на сани, отвезли и поставили в церкви святой Богородицы, которую сам создал. Узнав об этом, сошлись люди без числа и плакали по нем – бояре как по заступнике страны, бедные же как о своем заступнике и кормителе. И положили его в гроб мраморный, и похоронили тело его с плачем».

332 Страшная история братоубийств подробно описывается в летописи. Объявив князей Бориса и Глеба святыми, «светильниками и страстотерпцами», церковь стремилась приписать им добродетели, какие навязывала массе верующих, – терпимость и кротость, и одновременно очерняла и без того мрачную фигуру Святополка; не без стараний церковников Святополк утвердился в народном сознании Окаянным, предателем, виновником вспыхнувших междоусобий. По летописи, Бориса и Глеба режут беззащитными и безоружными, поющими молитвы, что вряд ли соответствует действительности. По летописи выходит, будто Борис по высоким моральным соображениям отказался от борьбы за власть и не принял предложения выступить против Святополка, хотя и имел в своих руках дружину отца и войско; и Глеб, коварно вызванный Свя-тополком якобы к больному отцу, не предпринял действий к своему спасению: «Один я остался на этом обманчивом свете».

Рукопись не освещает подробностей вспыхнувшей борьбы за власть, для автора ее, приверженца язычества, важнее всего подчеркнуть, что христианизация не улучшила, но ухудшила нравы на «Русьской земле»; однако его скупой рассказ ясно показывает, что князья Борис и Глеб, на стороне которых, вне сомнения, была провизантииская религиозная верхушка, потерпели политическое поражение. Не сбрасывая со счетов роль прямого насилия и двурушничества, можно смело предполагать наличие в тот период широкой оппозиции прогреческим политическим силам; видя нарастание народного недовольства, оппозиция стремилась отмежеваться от ответственности за трудности и беды, связанные с христианизацией, найти козла отпущения. И этого «козла» нашли вначале в Борисе и Глебе, а затем в Святополке. Нет сомнения, если бы в междоусобной борьбе одержал верх Святополк, и Борис, и Глеб получили бы в летописи совсем иное освещение.