Эдуард Сероусов – VIP-зона (страница 9)

– Чувствую себя как на маскараде, – пробормотал Денис, одергивая свитер. – Сколько эта шмотка стоит? Боюсь пошевелиться, чтоб не порвать.

– Не бери в голову, – Максим жестом пригласил его за стол. – Это старые вещи, я их уже не ношу.

Денис недоверчиво хмыкнул, но сел за стол и уставился на тарелку с пастой.

– Это что, осьминоги? – спросил он с опаской.

– Кальмары и креветки, – пояснил Максим. – Попробуй, тебе понравится.

Денис осторожно попробовал и удивленно поднял брови:

– Вкусно! Но я все равно не понимаю, как ты все эти щупальца ешь. Я бы предпочел нормальный кусок мяса.

– Завтра будет мясо, – пообещал Максим. – Расскажи лучше, как ты? Как дела в Торжке?

Денис пожал плечами:

– Да как… Нормально. Работаю в автосервисе, руки по локоть в мазуте. Зарплата – ну, ты понимаешь, не московская. Хватает на еду, выпивку и иногда девчонку в кафе сводить. Вот, решил к тебе вырваться, на большой мир посмотреть.

– Ты говорил, у тебя какие-то дела в Москве? – напомнил Максим.

Денис помялся, отводя глаза:

– Да как сказать… В общем, хотел работу поискать. В Торжке все совсем плохо стало – завод закрыли, половина мужиков без дела сидит. Сервис наш тоже еле дышит, зарплату задерживают. А у меня еще кредит на машину.

Максим нахмурился:

– Почему ты сразу не сказал? Я бы помог.

– Не хотел в нахлебники записываться, – Денис упрямо поджал губы. – Я же не денег просить приехал. Просто… может, знаешь кого-то, кто автомеханика хорошего ищет? Я свое дело знаю, Макс. Любую машину на ноги поставлю.

Максим задумался. Конечно, с его связями найти работу для Дениса было бы несложно. Но почему-то мысль о том, чтобы представить Дениса людям из своего нового окружения, вызывала странный дискомфорт.

– Знаешь что, – наконец сказал он, – у меня в "Истоке" как раз нужен человек для обслуживания оборудования. Холодильники, плиты, вентиляция – всё это постоянно требует ухода. Работа не пыльная, зарплата достойная. Что скажешь?

Лицо Дениса просветлело:

– Серьезно? Ты бы меня взял? Слушай, я не знаю, разбираюсь ли я во всей этой ресторанной технике…

– Разберешься, – уверенно сказал Максим. – Если ты с двигателем "Майбаха" справился, то с посудомоечной машиной точно проблем не будет. Завтра поедем в ресторан, я тебя со всеми познакомлю.

– Спасибо, друг, – Денис протянул руку через стол и крепко сжал плечо Максима. – Я знал, что ты не забыл, откуда мы оба родом.

Максим улыбнулся, но внутри что-то неприятно кольнуло. Не забыл ли? Иногда ему казалось, что он делает всё возможное, чтобы забыть и никогда не вспоминать.

– Может, объяснишь мне, что это за хрень? – Денис держал в руках замысловатое приспособление из нержавеющей стали. – Я три дня пытаюсь понять, для чего эта штука нужна.

Они сидели на кухне "Истока" после закрытия. Прошла неделя с приезда Дениса, и он, к удивлению Максима, действительно оказался полезен в ресторане. Оборудование в его руках словно оживало, а поломки, с которыми не могли справиться специалисты из сервисных служб, он устранял буквально на ходу.

Максим взглянул на металлическое устройство и рассмеялся:

– Это вакуумный инфузер. Используется для быстрого маринования продуктов под давлением.

– А по-русски? – Денис повертел прибор в руках.

– Ну, это как если бы ты мясо не сутки мариновал, а за пятнадцать минут получал тот же эффект.

– А, типа скороварка для маринада? – Денис кивнул. – Так бы сразу и сказал. А то "инфузер", блин. Заумничали вы тут все.

Максим хмыкнул и отпил из бокала красное вино. Они с Денисом часто оставались в ресторане после закрытия – сидели на кухне, пили вино из погреба "Истока" и разговаривали. В такие моменты Максиму казалось, что время поворачивает вспять – они снова были просто Максом и Деном, двумя пацанами из детдома, которым не нужно было притворяться кем-то другим.

– Знаешь, – задумчиво сказал Денис, – я ведь помню, как ты впервые сказал, что хочешь стать поваром. Нам было по четырнадцать, и нас отправили помогать на кухню в столовой. Помнишь Клавдию Петровну?

– Еще бы, – Максим улыбнулся. – Толстая тетка с усами, которая орала как сержант в армии.

– Во-во. Так вот, мы чистили картошку, и ты сказал: "Ден, я когда-нибудь открою свой ресторан. Не такую забегаловку, а настоящий ресторан, где будут подавать самую вкусную еду в мире." А я еще ржал и говорил, что ты дурак, и что нам, детдомовским, на такое рассчитывать нечего.

– А я тебе ответил…

– "Мы сами решаем, кем нам быть," – закончил за него Денис. – И вот ты здесь. Сделал всё, как хотел. Я, блин, горжусь тобой, Макс. Серьезно.

Максим отвел взгляд, чувствуя странную смесь гордости и стыда. Да, он добился многого. Но какой ценой? И остался ли он тем парнем, который когда-то мечтал просто готовить самую вкусную еду в мире?

– А помнишь, как мы мечтали сбежать из детдома? – продолжил Денис, разливая остатки вина по бокалам. – Составляли планы, рисовали карты. Ты всё хотел добраться до Москвы, а я предлагал рвануть на юг, к морю.

– Да, – Максим улыбнулся воспоминаниям. – А потом ты украл деньги у Михалыча, и нас чуть не выпороли.

– Эй, я не крал! – возмутился Денис. – Я просто… одолжил. И вообще, он сам виноват – нечего было пьяным засыпать с кошельком в кармане.

Они рассмеялись, и на мгновение Максиму показалось, что всё его нынешнее окружение – Барский, Анжела, высокопоставленные чиновники и бизнесмены – исчезло, растворилось, оставив только эту простую, настоящую дружбу.

– Слушай, Макс, – вдруг серьезно сказал Денис, – а эти твои новые друзья… они знают, откуда ты?

Максим напрягся:

– В смысле?

– Ну, что ты из детдома. Что у тебя нет ни папы-банкира, ни мамы-профессора. Что ты, по сути, такой же, как я – пацан из ниоткуда.

– Некоторые знают, – уклончиво ответил Максим. – Но это не та тема, которую я обсуждаю за ужином.

Денис внимательно посмотрел на него:

– Ты стыдишься?

– Что? Нет, конечно! – слишком быстро ответил Максим.

– Да ладно, Макс, я же вижу. Ты меня своим новым друзьям не показываешь. За неделю, что я здесь, ты трижды уходил на какие-то деловые ужины и закрытые вечеринки. И ни разу не предложил пойти с тобой.

– Ты бы там скучал, Ден. Это просто бизнес.

– Правда? – Денис смотрел на него с неожиданной проницательностью. – А может, тебе просто стыдно показать своим новым крутым друзьям детдомовского пацана, который работает автомехаником? Может, ты боишься, что они поймут, кто ты на самом деле?

Максим почувствовал, как внутри поднимается волна раздражения. Денис всегда умел попадать в больное место.

– Ты несешь чушь, – сказал он холоднее, чем намеревался. – Я просто не хотел тебя утомлять бесконечными разговорами о бизнесе и инвестициях.

– Ага, конечно, – Денис хмыкнул. – Знаешь, что я думаю? Ты создал себе новую личность, Макс. Сменил кожу, как змея. И теперь боишься, что кто-то увидит настоящего тебя под этой шкурой успешного бизнесмена.

– Хватит, – Максим резко встал. – Ты пьян, и несешь чушь.

– Может и пьян, – Денис тоже поднялся, – но я, по крайней мере, знаю, кто я такой. А ты, похоже, уже забыл.

Они стояли друг напротив друга – два человека, выросшие из одной почвы, но пошедшие разными путями. Денис – в потертых джинсах и футболке с логотипом рок-группы, простой парень, который никогда не пытался быть кем-то другим. И Максим – в дизайнерском костюме, с дорогими часами на запястье, человек, который каждый день играл роль, пока эта роль не стала его сутью.

– Знаешь что, – Максим глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, – давай не будем ссориться. Ты мой друг, Ден. Единственный настоящий друг. И мне не стыдно ни за свое прошлое, ни за тебя. Просто… мир, в котором я сейчас вращаюсь, он сложный. Там свои правила, свои коды. И не всем там место.

– Даже тебе, – тихо сказал Денис. – Ты же и сам это чувствуешь, да? Что не принадлежишь им по-настоящему? Что всегда будешь для них чужаком, как бы ни старался соответствовать?

Максим не ответил, но внутри что-то болезненно сжалось. Денис попал в точку, как всегда. Несмотря на все его усилия, несмотря на признание Барского и его круга, глубоко внутри Максим всегда чувствовал себя самозванцем в мире элиты. Человеком, который в любой момент может быть разоблачен и изгнан обратно туда, откуда пришел.

– Пойдем домой, – наконец сказал он. – Завтра тяжелый день.

Денис кивнул, и они молча вышли из ресторана. На улице было прохладно, и Максим поднял воротник пальто. Они шли по ночной Москве – два человека, связанные общим прошлым, но разделенные настоящим.

– Я скоро уеду, Макс, – вдруг сказал Денис. – Вернусь в Торжок.

– Почему? – Максим остановился. – Тебе же нравится работа в ресторане. И платят хорошо.