Эдуард Сероусов – Вектор из будущего (страница 8)

Лена протянула руку, и он взял её. Его ладонь была тёплой, шершавой от работы.

– Мне жаль, – сказала она.

– За что?

– За то, что не послушала тебя. За то, что не объяснила.

Томаш покачал головой.

– Тебе не нужно объяснять. Я знаю тебя тринадцать лет. Ты всегда шла туда, куда другие боялись.

– Это не храбрость.

– Нет. – Он сжал её руку. – Это любопытство. Ты не можешь не знать. Не можешь смотреть на загадку и отвернуться.

Он замолчал, и Лена увидела, что он хочет сказать что-то ещё, но не решается.

– Что? – спросила она.

– Ничего. – Он отвёл взгляд. – Просто… рад, что ты в порядке.

Она хотела спросить, что он скрывает. Хотела сказать, что видит – что-то не так, что-то гложет его уже несколько недель. Но датчики на груди запищали, сигнализируя о повышении пульса, и момент прошёл.

– Тебе нужно отдыхать, – сказал Томаш. – Я посижу здесь. Почитаю.

Он достал планшет и погрузился в какой-то технический документ. Лена закрыла глаза, слушая его дыхание – ровное, спокойное, знакомое.

Она чувствовала себя нормально. Абсолютно нормально.

И почему-то это тревожило её больше, чем если бы она почувствовала что-то странное.

Ночь прошла без происшествий. Лена просыпалась несколько раз – от писка датчиков, от шагов медсестры, от собственных снов, которые рассыпались, как только она открывала глаза. Томаш спал на соседней койке, свернувшись в неудобной позе.

Утром пришёл Вейдт.

– Доброе утро. – Он выглядел свежим, выспавшимся, собранным. – Как вы себя чувствуете?

– Так же, как вчера. Нормально.

– Никаких снов? Предчувствий? Необъяснимых эмоций?

– Ничего.

Он кивнул, изучая данные на мониторе.

– Показатели стабильны. Никаких признаков трансформации. – Он повернулся к ней. – Вы, вероятно, один из девятисот девяноста девяти, Лена.

– Вероятно.

– Разочарованы?

Она подумала.

– Не знаю, – сказала честно. – Часть меня облегчена. Часть… да, разочарована.

– Это понятно. – Вейдт сел на стул, который ночью занимал Томаш. – Вы хотели понять изнутри. Это редкое желание для учёного – большинство предпочитают безопасность внешнего наблюдения.

– Внешнее наблюдение имеет пределы.

– Да. – Он помолчал. – Знаете, Лена, я много лет думал о границе между наблюдателем и наблюдаемым. В квантовой механике эта граница размыта – акт наблюдения меняет систему. А что, если в сознании та же логика?

– Вы имеете в виду…

– Я имею в виду, что возможно, вы уже изменились. Не стали ретроградом – но изменились. Прошли через что-то, что оставило след.

Лена нахмурилась.

– У меня нет никаких симптомов.

– Симптомов – нет. – Вейдт встал. – Но опыт есть. И этот опыт станет частью вашего исследования. Вы смотрели на ретроградов снаружи – теперь вы знаете, каково лежать в их кресле. Ждать. Не знать.

Он направился к двери.

– Осталось двадцать четыре часа наблюдения. Отдыхайте.

День тянулся медленно. Томаш ушёл на работу, обещав вернуться к вечеру. Лена лежала на койке, читала научные статьи, отвечала на сообщения коллег. Всё было обычно, рутинно, нормально.

Слишком нормально.

К полудню она поймала себя на том, что прислушивается к собственным ощущениям – ищет тень, предчувствие, что-то необычное. Но внутри было пусто. Никаких голосов из будущего. Никаких эмоций без причины.

Я одна из девятисот девяноста девяти, – подумала она. Статистика победила.

И всё же что-то не давало покоя. Не предчувствие – скорее, отсутствие предчувствия. Как будто она ожидала чего-то, что не пришло, и это ожидание само по себе стало присутствием.

Глупость, – сказала она себе. Это просто разочарование. Ничего больше.

Она закрыла глаза и попыталась уснуть.

Вечером, за два часа до окончания наблюдения, пришла Юн Мэй.

– Можно? – Она стояла в дверях, неуверенная, почти робкая.

– Конечно. – Лена села на койке. – Заходи.

Юн Мэй села на стул, где раньше сидели Томаш и Вейдт. Её тонкие пальцы нервно теребили край халата.

– Я слышала, что вы… что вы прошли процедуру.

– Да.

– И?

– Ничего. – Лена пожала плечами. – Никаких признаков трансформации.

– О. – Юн Мэй отвела взгляд. – Это… хорошо?

– Наверное.

Молчание повисло между ними – не неловкое, скорее задумчивое.

– Доктор Рох… – начала Юн Мэй.

– Лена.

– Лена. – Девушка сглотнула. – Я хотела спросить. Когда вы спрашивали, как я это выдерживаю… вы думали о себе?

Вопрос застал Лену врасплох.

– Почему ты так решила?

– Потому что обычно учёные спрашивают «как это работает». А вы спросили «как это выдержать». Это… другой вопрос.

Лена помолчала.

– Может быть, – сказала она наконец. – Может быть, я хотела знать на случай, если…

– На случай, если станете одной из нас.