Эдуард Сероусов – Туннель (страница 12)

– Максимально.

Она уже разворачивалась к Чену, который работал с маяком B-4:

– Чен. Сколько до активации.

– Сорок секунд.

– Двадцать пять.

– Командир, физически невозможно быстрее—

– Двадцать пять, Чен. Всё лишнее – потом.

Она слышала, как он ускорился – звук металла о металл, быстрее чем положено, с той особой аккуратной спешкой людей, которые умеют торопиться, не ломая. Хороший солдат.

Нвачукву оглядела зону.

Группа: восемь человек в секторе Бета-3. Пять у точки установки маяка, трое – прикрытие периметра на стандартном расстоянии пятнадцати метров. Туннель открыт за их спинами – якорная точка возврата, портал, который держала криосистема «Мохаве» уже девять минут из двенадцати расчётных.

Три минуты окна.

– Макоа, скорость нарастания.

– Быстрее, чем в прошлый раз. – Пауза. – Намного быстрее, командир.

– Цифры.

– Ноль-восемь g по всему полю. И растёт.

Ноль-восемь. В первой операции максимум был ноль-два.

Нвачукву сделала два мысленных расчёта одновременно – это была привычка из трёх конфликтов, где приходилось считать параллельно. Первый: время на установку плюс время эвакуации восьми человек через портал. Второй: при каком значении гравиметра это перестаёт быть операцией и становится проблемой.

Она не знала ответа на второй вопрос. Никто не знал. Это была первая операция в условиях одновременного нарастания по всей зоне.

– Сорокин.

– Здесь.

– При каких показаниях гравиметра нам нельзя оставаться в зоне?

Пауза. Она слышала в этой паузе не колебание – расчёт.

– Нет данных, – сказал он. – Первая операция такого типа. Но при нарастании свыше полутора – реконфигурация активна. Это означает, что геометрия туннелей начнёт меняться.

– А наш туннель?

– Ваш туннель – не первичный. Он искусственный. На него это влияет иначе.

– Как иначе?

– Не знаю ещё.

Это было честно. Это не помогало.

– Маяк активен! – доложил Чен.

– Двадцать восемь секунд, – сказал кто-то. Танака. Она засекала.

– Хорошо. Эвакуация. Порядок: периметр первый, потом установочная группа. Чен – последний после меня. Движение.

Трое с периметра начали движение к туннелю.

Нвачукву смотрела, как уходит первый – сержант Парк, пятнадцать метров до портала быстрым шагом в магнитных захватах. Захваты в секторе Бета-3 работали чуть хуже, чем в Альфа-7: здесь первичные туннели шли плотнее, и их магнитные поля создавали фоновые помехи.

Парк вошёл в туннель.

Гравиметр на запястье – ноль-девять. Нарастание продолжалось.

– Рамирес, второй. Хван – за ним.

Рамирес двинулся.

Нвачукву отсчитывала. Время, люди, показания. Три минуты – это было её окно на эвакуацию восьми человек при нормальном темпе. Сейчас темп был выше нормального, и это компенсировало часть потерянного времени. Если нарастание не ускорится—

Гравиметр показал единицу-две десятых.

Макоа выдохнул в наушниках.

– Единица два, – сказал он. Не докладывая – констатируя, как конкретный факт, который нужно зафиксировать.

– Слышу, – сказала она.

Рамирес был в трёх метрах от портала.

Потом портал схлопнулся.

Не было звука. Не было взрыва, вспышки, никакого визуального предупреждения. Просто – аномалия метрики, которую показывал гравиметр как яркую точку, исчезла. Один кадр – есть, следующий – нет.

Рамирес успел пройти.

Хван – нет.

Нвачукву увидела это в реальном времени: Хван был в метре от портала – один шаг – когда туннель закрылся. Он остановился так резко, что потерял якорную точку, захваты не нашли контакт сразу, его развернуло вбок, он ухватился за страховочный карабин, который шёл к точке маяка. Живой. В зоне.

Парк и Рамирес – снаружи. Шесть человек – внутри: Нвачукву, Макоа, Чен, Танака, Ариас, Хван.

За секунду до этого были ещё двое.

Нвачукву это поняла через секунду после схлопывания – потому что Оконкво и Дьяз шли за Рамиресом с пятисекундным интервалом, и они были точно в туннеле, когда тот закрылся.

Она не позволила себе думать об этом сейчас.

– Ситуация, – сказала она, и голос у неё был ровным, потому что в этот момент ровный голос командира был единственным, что удерживало остальных от паники. – Туннель схлопнулся. Шесть человек в зоне. Маяк B-4 активен. Связь с командным центром – проверить.

– Командный центр слышит, – немедленно ответил Сорокин. Голос у него был короче обычного – ещё короче, ещё точнее. – Вижу шесть сигналов в зоне. Оконкво и Дьяз—

– Знаю, – сказала Нвачукву.

Пауза.

– Хорошо, – сказал Сорокин.

– Время до перезапуска камеры.

– Сорок минут минимум. Криосистема перегрета. – Пауза. – Но есть окно.

– Какое окно.

– Девяносто секунд. Камера ещё не полностью остыла – если я начну перезапуск прямо сейчас, я могу открыть туннель через девяносто секунд. Не стабильный – нестабильный, короткий, точка выхода неточная. Но открыть.

Нвачукву смотрела на гравиметр. Единица-четыре.

– Неточная – это насколько?

– Не знаю. Пятьдесят метров погрешность в лучшем случае. Может быть больше.

– Пятьдесят метров в зоне без ориентиров.