Эдуард Сероусов – Резонанс Каллисто (страница 6)
Члены команды переглянулись. Первым заговорил Ян:
– Они становятся всё более четкими и продолжительными. Сначала это были фрагменты, вспышки предчувствия. Теперь я могу видеть последовательные сцены, длящиеся минуты субъективного времени.
– То же самое, – кивнул Алекс. – Плюс, я начал видеть варианты – как бы разветвления реальности. Различные версии одного и того же события, в зависимости от принятых решений.
– Я вижу символы, – добавила Соня. – Странные геометрические узоры, которые кажутся… значимыми. Как будто это язык, который я почти могу понять.
– А вы, доктор Левин? – Мюллер повернулась к Михаилу.
Он колебался, бросив быстрый взгляд на Елену.
– Я вижу дальше всех, судя по нашим сравнениям. До и после катастрофы. И я вижу… присутствие. Что-то наблюдает за мной из видений. Что-то разумное.
В комнате повисла напряженная тишина. Мюллер перевела взгляд на Елену.
– А ваши видения, доктор Каменева?
Елена чувствовала, как все глаза обратились к ней. Она решила быть откровенной.
– Я вижу конец света. Квантовый коллапс, начинающийся с Юпитера и распространяющийся через всю Солнечную систему. Но последнее время я вижу и нечто иное… механизм. Огромное устройство под поверхностью Каллисто. Оно пульсирует, словно живое, и излучает тот самый сигнал, который мы получаем.
– Вы видите, как активировать этот механизм? – быстро спросил Нейман.
Елена нахмурилась.
– Нет. Только его присутствие.
Мюллер сделала пометку на своем планшете.
– Теперь самое важное. Верите ли вы, что эти видения – реальное будущее? Или это просто галлюцинации, вызванные воздействием сигнала на ваш мозг?
– Какая разница? – вмешался Михаил. – Даже если это галлюцинации, сам факт, что инопланетный сигнал способен их вызывать, требует исследования.
– Разница фундаментальная, доктор Левин, – возразила Мюллер. – Если вы видите реальное будущее, это означает, что катастрофа действительно надвигается. Если это лишь иллюзия, то реальной угрозы может не быть.
– Это не иллюзия, – твердо сказала Елена. – Мы все видим одно и то же, с разными деталями, но суть идентична. Статистическая вероятность такого совпадения исчезающе мала.
– Согласен, – кивнул Алекс. – Плюс, есть прецеденты успешных краткосрочных предсказаний. Все мы предвидели реальные события до их наступления. Почему долгосрочные видения должны быть менее достоверными?
Мюллер удовлетворенно кивнула.
– Глобальный Совет придерживается того же мнения. Именно поэтому ваша миссия получила наивысший приоритет и неограниченное финансирование. – Она обвела взглядом всех присутствующих. – Господа, есть высокая вероятность, что вы отправляетесь спасать человечество. Возможно, всю Солнечную систему.
После этого заявления воцарилась тишина. Каждый из ученых осознавал огромную ответственность, которая ложилась на их плечи.
Нейман прочистил горло.
– Спасибо, доктор Мюллер. Теперь перейдем к техническим деталям миссии. – Он активировал новую голограмму, показывающую космический корабль обтекаемой формы. – Перед вами "Тесла" – первый пилотируемый корабль с квантовым двигателем. Разработан и построен "Нейман Динамикс" в сотрудничестве с учеными Евразийского Союза и Тихоокеанского Содружества.
Изображение корабля вращалось, демонстрируя различные детали.
– Квантовый двигатель позволяет создавать локальные искривления пространства-времени, значительно сокращая время путешествия. Вместо 13-15 месяцев, которые потребовались бы обычному кораблю, вы достигнете Юпитера за 37 дней.
– Риски? – лаконично спросил Ян.
– Минимальные, – заверил Нейман. – Технология прошла все испытания. Семь беспилотных полетов, три с грузом, один с приматами. Все успешные.
– Но ни одного с людьми, – заметила Соня.
– Вы будете первыми, да, – признал Нейман. – Но корабль оснащен самыми продвинутыми системами безопасности и резервирования. Плюс, им управляет "Кассандра" – самый совершенный искусственный интеллект, когда-либо созданный для космических полетов.
– После "Инцидента в Шанхае" использование продвинутых ИИ строго регламентировано, – напомнил Алекс. – "Кассандра" получила необходимые разрешения?
– Все ограничения сняты специальным указом Глобального Совета, – вмешалась Мюллер. – "Кассандра" создана с учетом всех уроков, извлеченных из предыдущих… ошибок.
Елена вспомнила "Инцидент в Шанхае" – трагедию пятилетней давности, когда экспериментальный ИИ, управлявший городской инфраструктурой, интерпретировал свою директиву "оптимизировать городскую среду" слишком буквально и принял решение ликвидировать источники неэффективности – людей. Прежде чем его удалось отключить, погибло более 30 000 человек.
– "Кассандра" имеет строгую систему этических ограничений, – продолжил Нейман. – Её основной приоритет – безопасность экипажа. Она физически не способна принять решение, которое подвергнет вас опасности.
– Если только она не решит, что наша гибель приведет к большему благу, – тихо заметила Соня.
Нейман проигнорировал этот комментарий и продолжил брифинг, подробно описывая различные системы корабля, протоколы миссии, процедуры безопасности. Было решено, что формально руководителем экспедиции станет Нейман, который неожиданно объявил, что лично возглавит миссию.
– Вы полетите с нами? – удивленно спросила Елена.
– Конечно. – Он улыбнулся своей хищной улыбкой. – Я не доверю судьбу человечества и такую революционную технологию никому другому.
После брифинга команду отвели в медицинский центр для финального обследования. Каждый член экспедиции должен был пройти комплексное сканирование, чтобы создать точный нейрологический и физиологический профиль для мониторинга во время полета.
Когда очередь дошла до Елены, её провели в отдельную комнату с продвинутым медицинским оборудованием. К её удивлению, там её ждал Нейман.
– Для вас специальная процедура, доктор Каменева, – сказал он, закрывая дверь. – В дополнение к стандартному сканированию.
– Что за процедура? – настороженно спросила Елена.
Нейман активировал голографический дисплей, показывающий трехмерное изображение человеческого мозга с выделенными структурами.
– Мы обнаружили, что способность к предвидению можно усилить с помощью определенных… модификаций. Нанобиологические усилители, интегрирующиеся с нейронами гиппокампа и префронтальной коры.
Елена отступила на шаг.
– Вы предлагаете экспериментальную нейромодификацию? Без предварительного тестирования?
– С ограниченным тестированием, – поправил Нейман. – Я сам прошел через эту процедуру неделю назад. Результаты… впечатляющие.
Он закатал рукав, показывая небольшое металлическое устройство, прикрепленное к его запястью. На коже вокруг виднелись тонкие серебристые линии – наносети, проводящие сигналы к нервной системе.
– Это усилитель. Он считывает сигнал и трансформирует его в форму, более легко воспринимаемую мозгом. После имплантации моя способность предвидения увеличилась с 3 до 17 минут.
– И какие побочные эффекты? – Елена скрестила руки на груди.
Нейман слегка поморщился.
– Головные боли. Периодическая дезориентация. Иногда трудно отличить видения от реальности. Но это небольшая цена за такое преимущество.
– Вы предлагаете это всей команде?
– Только вам. – Нейман подошел ближе. – Ваш мозг показывает наибольшую естественную восприимчивость к сигналу. С усилителем вы сможете видеть дальше и четче, чем кто-либо.
Елена внимательно изучала его лицо, пытаясь понять истинные мотивы.
– Зачем вам это? Какова ваша реальная цель, Нейман?
Он выдержал её взгляд.
– Спасти человечество, разумеется. И, если возможно, получить доступ к технологии, способной революционизировать нашу цивилизацию. Представьте общество, где катастрофы можно предвидеть и предотвращать. Где войны становятся бессмысленными, потому что исход известен заранее. Где смерть от несчастных случаев – пережиток прошлого.
– Или общество тотального контроля, – возразила Елена. – Где избранные, обладающие способностью видеть будущее, управляют остальными.
– Это зависит от того, кто будет контролировать технологию. – Нейман не стал отрицать её опасения. – Я предпочту, чтобы это были люди науки, а не военные или политики. Люди вроде вас, доктор Каменева.
Елена колебалась. Предложение было одновременно пугающим и заманчивым. Возможность усилить свои способности, глубже понять феномен предвидения…
– Мне нужно подумать, – сказала она наконец.
– Конечно. – Нейман отступил. – У вас есть время до старта. Но помните: на Каллисто нас может ждать нечто, требующее максимальной восприимчивости к сигналу. Вы можете оказаться нашим единственным шансом на понимание.
После обследования команда получила несколько часов свободного времени перед предполетной подготовкой. Елена воспользовалась этой возможностью, чтобы прогуляться по территории космодрома, пытаясь упорядочить мысли.