Эдит Несбит – История с амулетом (страница 8)

Вот что рассказал голос. Думаю, под «маленьким человеком» он имел в виду полководца Наполеона, потому что Наполеон привел свою армию в Египет, и после этого многие ученые отправились туда, чтобы копаться в песке. Там они находили всевозможные удивительные вещи, более древние, чем вы можете себе представить. Наверное, амулет был одной из этих вещей, самой замечательной из всех.

Выслушав рассказ амулета, дети попытались что-нибудь придумать. Вот только трудно собраться с мыслями после того, как тебе рассказали такую волшебную историю.

Наконец Роберт спросил:

– А ты можешь перенести нас в те времена и в то святилище, где ты и твоя половинка были единым целым? Если бы ты смог перенести нас туда, мы нашли бы вторую часть, ведь она, наверное, все еще лежит там спустя много тысяч лет.

– Какое там «спустя», дурачок! – фыркнул Сирил. – Разве ты не понимаешь, что если мы вернемся в прошлое, то для нас оно не будет прошлым. Для нас оно станет настоящим. Я прав? – обратился он к псаммиаду.

– На этот раз ты не так далек от истины, как обычно, – ответил тот.

– Ну так что, ты перенесешь нас в те времена, когда святилище еще не было разрушено и ты лежал в нем целый и невредимый? – спросила Антея.

– Я могу это сделать, – отозвался голос. – Вы должны помочь мне и произнести могущественное слово. Потом один за другим, начиная с перворожденного, вы пройдете сквозь меня в прошлое. Но пусть тот, кто будет меня держать, уйдет последним, и пусть не ослабеет его рука, ведь если он меня выронит, вы навсегда останетесь в прошлом.

– Ничего себе перспектива, – сказал Роберт.

– А когда захотите вернуться, – продолжал прекрасный голос, – обратите меня на восток и снова произнесите слово. Тогда, пройдя сквозь меня, вы вернетесь в это время, и оно станет для вас настоящим.

– Но как…

Громко зазвонил колокольчик.

– О боже! – воскликнул Роберт. – Нас зовут к чаю! Пожалуйста, сделай так, чтобы снова стало светло и мы могли бы спуститься вниз. И большое тебе спасибо за доброту.

– Нам действительно было очень приятно познакомиться, спасибо! – вежливо добавила Антея.

Прекрасный свет начал медленно гаснуть. Наступила кромешная тьма и тишина, которые внезапно сменились ослепительным сиянием дня и мягким шелестящим шумом Лондона – как будто огромный зверь ворочался во сне.

Дети протерли глаза. Псаммиад быстро побежал к своему тазику с песком, а остальные спустились к чаю. И, пока чай не разлили по чашкам, он казался менее реальным, чем красивый голос и зеленоватый свет.

После чая Антея убедила остальных повесить ей амулет на шею на веревочке.

– Будет просто ужасно, если он потеряется, – сказала она. – Он может потеряться где угодно, и представляете, какой будет кошмар, если мы застрянем в прошлом навсегда?

Глава четвертая. Пять тысяч лет назад

На следующее утро Антея попросила у няни разрешения самой отнести завтрак «бедному ученому джентльмену». Джентльмен не сразу узнал девочку, а узнав, обрадовался.

– Вот видите, я ношу амулет на шее, – сказала Антея. – Я забочусь о нем, как вы и велели.

– И правильно, – ответил джентльмен. – Вы хорошо поиграли вчера вечером?

– Надеюсь, вы не будете ждать, когда ваш завтрак остынет? – в свою очередь, спросила Антея. – Да, мы чудесно провели время. Когда начало действовать волшебство, все вокруг потемнело, потом зажегся зеленый свет и амулет заговорил. О! Жаль, что вы его не слышали, у него такой милый голос… И он сказал, что его вторая половина была утеряна в прошлом, поэтому нам придется отправиться на ее поиски!

Ученый джентльмен обеими руками взъерошил волосы и с тревогой посмотрел на Антею.

– Наверное, мне не стоит удивляться… Детская фантазия и все такое прочее. Но все-таки – как вы узнали, что у амулета не хватает половины?

– Я не могу вам этого открыть. Может, вы решите, что я ужасная грубиянка, тем более что вы были так добры и прочитали нам могущественное слово… Но, честно говоря, мне запрещено говорить о том, кто рассказал нам про вторую часть амулета. Вы же не забудете позавтракать, правда?

Ученый джентльмен слабо улыбнулся и тут же нахмурился – не сердито, а озадаченно.

– Спасибо. Всегда буду рад тебя видеть. Если как-нибудь мимоходом ты ко мне заглянешь – милости прошу! И все же…

– Обязательно загляну, – пообещала девочка. – И расскажу вам все, что смогу. До свиданья.

Ученый редко имел дело с детьми и гадал, все ли дети такие. Он размышлял об этом целых пять минут, прежде чем приступить к написанию пятьдесят второй главы своей длиннющей книги «Тайные обряды жрецов Амона Ра».

Нет смысла делать вид, что дети не волновались, готовясь пройти сквозь амулет в прошлое. Вдруг они останутся там навсегда и никогда больше не вернутся? Мысль об этом бросала их в дрожь. И все-таки никто не осмелился пойти на попятную; и, хотя в глубине души каждый был сильно напуган, все вместе они посмеялись бы над трусостью любого, кто робко высказал бы благоразумное предложение: «Давайте лучше не будем!»

Поскольку путешествие могло продлиться долго, следовало основательно к нему подготовиться. Вряд ли звон колокольчика, приглашающего к обеду, сможет вытащить путешественников из прошлого, к тому же неразумно будет дразнить любопытство старой няни. Если она начнет расспросы, детям нечего будет ответить, тут не поможет даже чистая правда! Братья и сестры очень гордились тем, как хорошо поняли мудреные рассуждения амулета и псаммиада о времени, пространстве и тому подобных вещах, но знали, что у них не получится растолковать такие мудрености нянюшке. Поэтому они просто попросили разрешения пообедать в Риджентс-парке, и няня с готовностью согласилась, дав им с собой холодную баранину и помидоры.

– Можете купить себе булочек, кексов или еще чего-нибудь, – сказала она, вручая Сирилу шиллинг. – Только не берите пирогов с джемом! Вы и дома-то умеете ими перепачкаться, а уж без вилок и тарелок перепортите всю одежду, не говоря о том, что на улице вам негде будет вымыть руки и лица.

Сирил взял шиллинг, и дети отправились в путь. Они зашли в магазин на Тоттенхэм-Корт-роуд и купили кусок клеенки, чтобы в случае чего накрыть ею псаммиада: вдруг в прошлом, когда они туда доберутся, будет идти дождь? А промокнуть – почти верная смерть для любого песчаного эльфа.

Светило очень яркое солнце, и даже Лондон казался красивым. Женщины продавали розы в больших корзинах, и Антея купила четыре розы, по одной на каждого, для себя, сестры и братьев. Красные розы пахли летом… Именно такие цветы всегда отчаянно хочется получить на Рождество, когда можно достать только бледную омелу с таким же бледным ароматом, и остролист – его вообще лучше не нюхать, не то он уколет тебя в нос. Теперь у каждого из детей в петлице была роза, и вскоре они уже сидели на траве в Риджентс-парке, где листва деревьев, в сельской местности чистая и прозрачно-зеленая, здесь была пыльной, желтоватой и коричневой по краям.

– Пора приниматься за дело, – сказала Антея. – Поскольку мы пойдем по старшинству, тебе, Джейн, придется быть замыкающей. Ты ведь помнишь, что нужно держаться за амулет, когда будешь проходить в прошлое, не так ли, Киска?

– Мне не хочется быть замыкающей, – пожаловалась Джейн.

– Ты можешь нести псаммиада, если хочешь, – сказала Антея. И, вспомнив непростой нрав песчаного эльфа, поспешно добавила: – То есть, если он согласится.

Псаммиад, однако, повел себя неожиданно покладисто.

– Мне все равно, кто меня понесет, лишь бы не уронили, – сказал он. – Не выношу, когда меня роняют.

Джейн дрожащими руками взяла сумку с псаммиадом и сунула под мышку. Амулет висел теперь у нее на шее на длинном шнурке.

Все встали.

Джейн вытянула руку, сжимая в ней амулет, и Сирил начал торжественно выговаривать могущественное слово. Он выговаривал его слог за слогом, и с каждым слогом амулет все увеличивался в размерах, пока не превратился в огромную красную арку очень странной формы, за край которой держалась Джейн. Проем арки был небольшим, но Сирил понял, что сможет в него пролезть. Вокруг арки и за ней виднелись увядшие деревья и примятая трава Риджентс-парка, где маленькие оборванные дети играли в «Кольцо из роз», но в проеме арки сияло голубое, желтое и красное пламя.

Сирил глубоко вздохнул и напряг ноги, чтобы остальные не заметили, что у него дрожат колени, чуть не стукая друг о друга.

– За мной! – крикнул он, бросился вперед, пробежал под аркой и исчез.

Антея последовала за ним, сперва попросив Роберта присмотреть за Джейн. Он так и сделал и, крепко вцепившись в рукав Джейн, благополучно протащил ее под аркой. Как только все оказались по другую ее сторону, арка исчезла, и Риджентс-парк исчез, а амулет в руке Джейн снова стал прежнего размера.

Дети оказались на таком ярком свету, что начали моргать, жмуриться и протирать глаза. Не переставая тереть глаза, Антея нащупала амулет и сунула его за вырез платья Джейн, для большей сохранности. Притерпевшись к ослепительному свету, все огляделись по сторонам. Небо было голубым-преголубым, оно искрилось, переливалось и слепило, как море у нас дома, когда на нем играют солнечные блики.

Путешественники стояли на небольшой вырубке среди густого, но низкорослого леса; деревья и кустарники соседствовали с колючим, перепутанным подлеском. Впереди простирался берег из диковинного черного ила, за которым виднелась коричневато-желтая блестящая лента реки. За рекой снова тянулась сухая, слежавшаяся грязь и зеленовато-коричневые заросли. О том, что здесь бывают люди, свидетельствовала только вырубка, ведущая к реке тропинка и какое-то странное сооружение из срезанного тростника на воде.