Эдгар Райс Берроуз – Негодяй Билли (страница 2)

От длинного ряда своих анонимных, но дюжих предков Билли унаследовал физическое сложение, которому позавидовал бы премированный бык. С самого раннего детства он дрался, ежедневно и всегда «нечестно», и знал все приемы уличной драки. В течение последнего года к природным данным Билли присоединилось еще и знание теории и практики бокса. Результат получился потрясающий и явно неожиданный для негодяя с Двенадцатой улицы.

Бандит не успел и глазом моргнуть, как револьвер оказался выбит у него из рук и отлетел куда-то в сторону, а сам незадачливый стрелок тяжело грохнулся на гранитную мостовую.

Полисмен Ласки тем временем уже оправился. Это пришлось как нельзя более кстати, потому что хулиган, которого Билли оглушил ударом дубинки по лбу, тоже пришел в себя. Ласки быстро уложил его обратно при помощи рукоятки револьвера, который не успел вытащить при нападении, и повернулся, чтобы прийти на помощь Билли.

Но в помощи нуждался не Билли, а джентльмен с Двенадцатой улицы, и Ласки с большим трудом оттащил рассвирепевшего Билли от его жертвы.

– Мне он нужен живым для допроса, – убеждал его полисмен.

Подъехала карета скорой помощи, и Билли тут же улетучился, но Ласки запомнил его, и когда потом они случайно встречались на улице, то приветливо кивали друг другу.

Прошло два года, в течение которых жизнь Билли протекала так же, как и раньше.

Он собирал посильную дань с беззаботных зевак и запоздалых прохожих. Поучаствовал в ограблении полудюжины пивных и совершил ночью смелое нападение на двух высокопоставленных лиц.

Днем он часто ошивался в боксерской школе Ларри Хилмора. Хилмор несколько раз советовал ему бросить пить и остепениться, так как усматривал в молодом гиганте все задатки заправского боксера-профессионала. Но Билли не мог отказаться от прежней жизни и только изредка выступал в небольших матчах с бойцами невысокого уровня. Однако годы, проведенные у Хилмора, не прошли для него даром. Он приобрел недюжинные познания в искусстве кулачного боя.

В ту ночь, с которой начались настоящие приключения Билли Байрна, этот уважаемый джентльмен ошивался рядом с пивной, что на углу Лэк-стрит и Робей. Темные личности, которые обычно собирались здесь и находились под просвещенным покровительством хозяина этого притона, начинали уже стекаться в заведение. Билли знал всех наперечет и кивком головы приветствовал каждого из них, когда тот проходил мимо. При этом заметил, что на лицах некоторых из них появлялось выражение изумления. Билли не понимал, что это могло значить, и решил спросить об этом следующего человека, на лице которого он опять это узрит.

Вдруг Билли заметил знакомую фигуру, облеченную в мундир, направлявшуюся прямо к нему. Это был Ласки. При виде Билли полисмен тоже изумленно вытаращил глаза и, проходя мимо, шепнул ему пару слов, продолжая смотреть прямо перед собой, как будто вовсе не заметил его.

Немного погодя Билли отошел за угол и, небрежно раскачиваясь, двинулся, как бы прогуливаясь, по направлению к Валнут-стрит, но свернул в первый же переулок направо.

Здесь, прижавшись в тени телефонного столба, ожидал его Ласки.

– Хотел бы я знать, чего ты здесь шляешься, – спросил его полисмен. – Разве ты не знаешь, что Шихэн засыпался?

За два дня до этого старик Шнейдер, доведенный до отчаяния постоянными набегами на его кассу, вздумал оказать сопротивление и был убит наповал. Подозрение пало на Шихэна, и он был арестован.

Билли в ту ночь не был с Шихэном. Да он и вообще не водился с ним. С той памятной драки, когда они были еще мальчишками, у них навсегда осталось друг к другу недружелюбное отношение. При словах Ласки Билли сразу понял, в чем дело.

– Шихэн сказал, что это моя работа? – быстро спросил он.

– Вот именно.

– Но в ту ночь я и близко не подходил к дому Шнейдера, – запротестовал Билли.

– В полиции думают иначе, – сказал Ласки. – Там рады случаю утопить тебя. Ты всегда был таким ловкачом, что не подкопаешься. Приказ тебя взять уже отдан, и на твоем месте я бы драпал без проволочек. Ты понимаешь, почему я предупредил тебя, и это все, что я могу для тебя сделать. Послушай совета, беги как можно скорее! Все сыщики поставлены на ноги, и всем известны твои приметы.

Не ответив ни слова, Билли повернулся и быстро пошел по направлению к Линкольн-стрит, а Ласки вернулся на свой пост на Робей-стрит. Затем Билли свернул на север к Кинзи и пробрался к железнодорожным путям.

Час спустя он уже уезжал из города, уютно устроившись в товарном вагоне. А через три недели оказался в Сан-Франциско.

Денег у Билли не было, но это его не пугало – те же способы, которые так часто пополняли его пустой кошелек дома, придут ему на помощь и здесь.

Очутившись в незнакомом городе, Билли не знал, в какой части ему обосноваться. Случайно он набрел на улицу с целым рядом грязных пивных, посетителями которых были по преимуществу матросы. Билли обрадовался: что может быть лучше для его цели, чем пьяный матрос?

Он вошел в один из кабаков. Там шла игра. Он остановился у стола, делая вид, что наблюдает за игроками. На самом деле он разглядывал посетителей, выискивая человека, который бы щедро платил за выпивку. По этому нехитрому признаку нетрудно установить, кто из посетителей является обладателем толстого кошелька.

Вскоре его труды были вознаграждены – он нашел того, кто ему нужен.

Неподалеку за небольшим столиком сидел мужчина в компании двух других. Он как раз расплачивался с мальчишкой-прислужником, доставая купюры из туго набитого бумажника. Мужчина вдруг посмотрел в сторону Билли, и их взгляды встретились.

С пьяной улыбкой поманил он Билли к себе и пригласил присоединиться к их компании. Чувствуя, что судьба улыбнулась ему, Билли ухватился за благоприятный случай. Через минуту он уже сидел за столиком с тремя матросами и заказывал себе рыбную закуску.

Незнакомец, у которого был в высшей степени неприятный взгляд, тем не менее оказался необычайно тароватым на угощение. Не успел Билли опрокинуть один стакан, как ему налили другой, а когда он на минуту вышел из-за стола, то, вернувшись, снова обнаружил его полным до краев.

Этот последний стакан и сыграл решающую роль в жизни Билли.

Глава II

На «Полумесяце»

Когда Билли открыл глаза, он в первую минуту не мог сообразить, что с ним случилось. Затем вспомнил пьяненького матроса с тугим бумажником.

Неужели законная добыча ускользнула от него? Как так получилось? Ох и крепкое пиво в этом проклятом Фриско[1], – подумал Билли.

Голова трещала отчаянно, все тело ныло. Все вокруг качалось, ходило ходуном, казалось, будто комната подымается и опускается. И каждый раз, как комната опускалась, Билли делалось тошно.

Он закрыл глаза. Противное ощущение не уходило.

Билли застонал. Никогда за всю свою жизнь он не чувствовал себя так погано. Бог ты мой, как болит голова! Убедившись, что с закрытыми глазами не легче, Билли снова открыл их. Он стал осматривать комнату, в которой находился. Это было небольшое помещение, загроможденное тремя ярусами деревянных нар, идущими вдоль стен. В середине комнаты стоял стол, над которым с потолка свешивалась лампа.

Лампа привлекла внимание Билли: она так и качалась взад и вперед.

Это не могло быть галлюцинацией. Очевидно, комната действительно раскачивалась. Билли не мог объяснить себе этого явления.

Он снова на минуту закрыл глаза, а затем открыл и опять посмотрел на лампу: та продолжала раскачиваться.

Билли осторожно сполз с нар на пол. На ногах держаться было неимоверно трудно. Верно, это все еще последствия выпивки… Наконец он доплелся до стола и ухватился за него одной рукой, а другую протянул к лампе.

Теперь уже не было сомнения! Лампа действительно раскачивалась взад и вперед, как язык колокола! Где же он находится? Билли обвел глазами комнату в поисках окон.

На одной стене, около низкого потолка, он увидел несколько небольших круглых застекленных отверстий. Превозмогая головокружение, Билли подполз на четвереньках к одному из них.

Когда он приподнялся и взглянул в окошко, то в ужасе отшатнулся. Насколько хватало глаз, перед ним было только волнующееся безбрежное водное пространство. Тогда наконец он понял, что с ним случилось.

– А я-то собирался объегорить этого типа! – пробормотал Билли в отчаянии. – В дураках-то остался я: смотри-ка, что он со мной выкинул!

В эту минуту наверху послышался шум, и в открывшемся люке показался свет. Билли увидел ноги в огромных сапожищах, спускающиеся по лестнице. Когда человек достиг пола и обернулся к нему, Билли узнал незнакомца, который так усердно угощал его накануне.

– Ну-с, голубчик, как поживаешь? – спросил тот.

– Ловко же ты это сварганил, – только и ответил Билли.

– Что ты хочешь сказать? – спросил незнакомец, нахмурившись.

– Поди к черту! – огрызнулся Билли. – Сам отлично знаешь, что я хочу сказать.

– Эй ты, – властно проговорил мужчина, – не забывайся! Я штурман на этом судне, и если ты не хочешь неприятностей, то должен говорить со мной почтительно. Меня зовут мистер Уард, и тебе следует обращаться ко мне «сэр». Понял?

Билли почесал затылок и прищурил глаза. Во всю жизнь никто никогда не говорил с ним таким тоном – во всяком случае с тех пор, как он вырос. Голова у него страшно болела, и ему было тошно, ужасно тошно.