Эдгар Грант – Очищение. Возмездие (страница 13)

Ругая себя за то, что с возрастом начал терять навыки, приобретенные в армии и в ЦРУ, оперативник набрал администратора. Тот сообщил, что следующая точка заправки будет в Неваде, в региональном аэропорту города Рино. Город побольше, чем Розуэлл. Тысяч под двести пятьдесят. Там его встретят частники и помогут заправиться. Но в городе беспорядки, которые активно пытается подавить армия. Оставаться там небезопасно.

Поразмыслив, Ригс попросил поискать вариант, где можно было бы переночевать вне города. Таких оказалась немного. Администратор предлагал заправиться в Рино, затем перелететь на старую грунтовую полосу в полузаброшенном поселке километрах в двадцати северо-восточнее, тихо там приземлиться и провести ночь. В сложившейся ситуации – так себе вариант. Никто не знает, как себя поведут местные, увидев, что на окраине сел чужой самолет. Но другого варианта не было и Ригс решил рискнуть. Он приземлится на грунтовке, поспит пару часов, пока сын и внуки по возможности будут следить за обстановкой. Потом продолжит последний перелет его длинного маршрута через весь континент.

Правда, нужно предупредить Хофмана, что он опоздает часа на четыре и прилетит глубокой ночью.

– Ты авантюрист, Смит, – недовольно пробурчал в трубку старик. – Почему ты не сказал, что у тебя нет надежного трансфера до Орегона? Я бы тебе помог.

– У меня есть свой самолет, – отреагировал оперативник.

– Ага. И ты на нем скачешь, как блоха, через все Штаты с восточного побережья на западное, подвергая себя ненужному риску.

– Выбор у меня был очень ограничен.

– Нужно было спросить меня. Я бы договорился с военными. Посадили бы тебя на транспортник. Они сейчас активно туда-сюда летают. Ладно. Что-нибудь придумаем. Ты сейчас над Ютой. Идешь на северо-запад. Держи этот курс. В течение часа я сброшу тебе координаты.

Минут через тридцать от Хофмана пришло сообщение с координатами. Ригс вбил его в навигатор и уважительно покачал головой. Его следующей точкой будет секретная военная база на юге Невады, известная как Зона 51. По слухам, как раз туда в 47-м году и эвакуировали летающую тарелку и трупы инопланетян из Розуэлла. Если старик получил туда доступ, значит, он не утратил свои связи в Пентагоне.

Что ж, лучший вариант придумать было сложно. Там, на базе, он сможет в безопасности отдохнуть, дозаправиться, а завтра за один перелет добраться до нужной точки на севере Орегона.

На полосе базы «Цессну» встретил бронеавтомобиль военной полиции и проводил к отдельному ангару обслуживания, стоявшему в самом ее южном конце. Из автомобиля вышел молодой офицер с двумя солдатами.

– Сэр, вы остановитесь на ночь здесь, в этом ангаре, – коротко козырнув, безапелляционным тоном заявил он. – Ангар пустой. Внутри стоят четыре койки. Есть вода и армейские пайки. Туалеты и душевые с левой стороны в офисной зоне. Можете пользоваться свободно. За пределы ангара не выходить. Съемку базы не вести. Ангар и прилегающая территория будут патрулироваться роботами. Завтра утром в шесть часов прибудет заправщик. После этого вам разрешат вылет.

– Понятно, лейтенант, – козырнул в ответ Ригс. – Спасибо, что приняли. Как обстановка на базе?

– Это закрытая информация, сэр. Вот вам рация, настроенная на частоту дежурного, отвечающего за полеты. Если что-то случится, свяжитесь с ним, – офицер еще раз козырнул и направился к машине.

Двое солдат помогли высадить из кабины Стива и детей и проводили всех внутрь ангара. Там, рядом со входом, у стены стояли четыре армейские раскладные койки, стол и четыре пластиковых стула. Рядом с ними – упаковка воды и несколько коробок с армейскими рационами. При их виде Ригс понял, что не ел уже часов двенадцать. В самолете он перекусил шоколадным батончиком и чипсами. Это была вся его еда за день.

Строго предупредив детей не выходить за пределы ангара и следить за собачкой, Ригс уложил сына на кровать, дал ему бутылку воды, а сам уселся за стол и обложился коробками с пайком. Он давно не видел стандартных армейских рационов и был приятно удивлен их качеством. В каждом было три отделения с полноценным приемом пищи. Завтрак состоял из четырехсотграммовой упаковки готового омлета с беконом, фасолью в томате и пачки пшеничных тостов. На обед был огромный двойной бургер с говядиной в пластиковом блистере и вакуумный пакет сушеной картофельной соломки с луком и паприкой. На ужин – куриные наггетсы и сублимированная лапша. Все вторые блюда были запаяны в саморазогревающуюся упаковку. К каждому приему пищи полагались 50 грамм сливочного масла, такое же количество фруктового джема и порция витаминизированного концентрата апельсинового сока, который можно было растворить в воде. Но главное, в рационе имелась небольшая горелка, запас сухого спирта и десяток пакетиков растворимого кофе, упакованного в кружку из толстой фольги. Америка заботилась о своем солдате. Может быть даже слишком.

Довольный увиденным Ригс принялся готовить ужин. Первым делом разжег горелку, придал кружке форму, налил воды и поставил на огонь. Потом позвал детей, гонявших собаку по огромному, размером с футбольное поле ангару. Старший выбрал бургер, младшая – наггетсы. Подождал, пока еда подогреется. Усадил внуков за стол. Малыши за весь день, кроме чипсов, ничего не ели, поэтому уговаривать их не пришлось. Сыну разогрел омлет и с ложки покормил. Собачке высыпал в упаковку из-под омлета две добрые жмени корма, пакет которого прихватил с собой из дома Стива, поставил кружку воды и долго наблюдал, как песик с аппетитом чавкает, косясь на него благодарными глазами.

Когда убедился, что все поели, разогрел себе бургер и с удовольствием впился в него зубами. Удивительно, но продукт длительного хранения сохранил аутентичный вкус, что несказанно радовало пустой желудок. После ужина растворимый солдатский кофе казался вершиной блаженства. Не хватало лишь маленького штриха. Ригс залез в сумку, вытащил бутылку выдержанного бренди и прямо из горлышка сделал несколько длинных глотков.

– Дедушка Норман, а почему мы летим так далеко? – спросила малышка, хлопая огромными ресницами.

– Потому, детка… – он взял ее и посадил на колени.

Словно ища защиты, Сью прижалась к его груди. Ригс замер, охваченный чувством, которое он испытывал так давно, что уже не помнил, когда это было. Счастье. Тогда у него на коленях сидела жена. Она только что сообщила, что у них будет ребенок, и так же прильнула к нему, ища защиты и понимания. В то время он и понимал, и защищал. А потом все изменилось.

– Почему, – пролепетала кроха Сью. По голосу было видно, что девочка засыпала.

– Давай я тебе обо всем расскажу завтра. Нам утром рано вставать, чтобы сделать последний перелет. А сейчас нужно поспать.

– Давай, – малышка сладко зевнула.

Осторожно, чтобы не потревожить, Ригс поднял ее на руки, перенес на койку, уложил и накрыл одеялом, хотя в нагретом за день ангаре было достаточно тепло. Потом он уложил и Джеймса.

– Из тебя выйдет неплохой дед, – отозвался со своей кровати сын. – Я не ошибся, вызвав тебя.

– Ладно. Спи. Я тебе сейчас вколю дозу, чтобы ты утром был, как огурец, – улыбнулся Ригс.

Уложив семью, он снова уселся за стол, сделал глоток бренди из бутылки и допил остывающий кофе. Потом прошелся по ангару, проверил, закрыты ли выходы. Вернулся на место. Достал дробовик и улегся на койку.

Пушистый песик запрыгнул к нему и, усердно вылизав руку мягким розовым язычком, устроился сбоку.

«Счастье, – подумал оперативник, поглаживая шелковистую шерстку собачки. – Блин. Это было счастье.» Веки сомкнулись, и он в первый раз за двое суток заснул нормальным крепким сном.

Посреди ночи его разбудили далекие звуки стрельбы. Не одиночные, а непрерывная густая трескотня стрелковки, прерываемая басистыми короткими очередями крупного калибра. Судя по звукам, на базе, располагавшейся в полутора километрах у северного края взлетной полосы, шел полноценный контактный бой.

Прихватив оставленную офицером рацию, Ригс направился к двери из ангара. Аккуратно открыл ее и выглянул наружу. Стрельба действительно шла со стороны базы. Главная ее зона была подсвечена прожекторами. То тут, то там в ночное небо уходили рикошеты трассеров. По периметру барражировали два вертолета, активно поливая неизвестные цели из бортовых пулеметов. Бой шел в самом центре базы в районе казарм.

Кто мог атаковать этот хорошо укрепленный военный объект? Явно не бандиты. Теряясь в догадках, оперативник осторожно вышел наружу. Он помнил, что ангар охраняется боевыми роботами, и не хотел попасть в поле их зрения. Его опасения оказались напрасны. Метрах в двухстах четыре патрульных робопса, включив мигалки, неслись со всех ног к месту боя.

– Что там, черт возьми, происходит? – пробурчал Ригс, жалея, что у него нет бинокля.

В этот момент к одному из вертолетов метнулась искорка ПЗРК. Тот, выпустив веер ловушек, попытался уйти в сторону, но не успел. В воздухе полыхнул взрыв, и вертушка, вращаясь вокруг своей оси, рухнула на землю. Второй вертолет снизился почти до самых крыш и отлетел в пустыню на безопасное расстояние. Там он снова набрал высоту и выпустил по казармам два полных пакета НУРов15. Затем опять припал к земле и осторожно пошел в сторону базы, обстреливая ее центр из тридцатимиллиметровой пушки.