Джулия Либур – Гладиатор Эльфийской Принцессы (страница 11)

– Такого позора ещё у меня не было, – он потёр ладонью лоб, – Хорошо, что ты появилась. А то я думал, что сильнее меня никого не будет на этих играх. Заранее спесь сбила.

– Зато я теперь загоржусь, – захохотала Лафаэра, – Ладно, до завтра. Надеюсь, всё у нас получится.

Фералас отсалютовал ей мечом, который она ему кинула, и направился к ожидающему конца тренировки брату и их сопровождающему. Тот уже разузнал, кто бился с их гладиатором и с превеликим сожалением кидал взгляды на трибуну, где разговаривала Лафаэра со своими родителями. Фералас перехватив эти взгляды, понял их значение.

– Даже не думайте. С императором шутки плохи. Принцесса спросила меня, из какого я дома, и я ответил как есть. Если что с ней случится, вас с землёй сравняют. Император владеет тёмной магией.

– Да знаю я, – проворчал надсмотрщик, – Жаль, такой талант пропадает. Цены ей нет. Слышал, что её мать такая же. Она в своё время ни одного боя для своего хозяина не проиграла. Падишах Мустафа кругленькую сумму на ней заработал, а потом поменял её на гарем императора Цзиньлуна. Император сделал её начальником своей охраны, а потом и вовсе женился на ней. Гарем распустил. Эльфийка, как оказалось, не только меч умеет держать в своей маленькой ручке, но и сердце императора тоже.

– Откуда вы всё знаете? – удивился Фералас, – Это же сколько лет назад было.

– Что нам эльфам какие-то жалкие двадцать пять лет? – пожал плечами надсмотрщик, – Ладно, что там она тебе говорила?

– Сказала, что если завтра я приду, то снова спарринг со мной устроит.

– Придёшь, конечно. Я завтра приведу своих дружков, которые её ни разу видели, и главное, о ней не слышали. Вот и пощипаю их. Ты же у неё всё равно выиграть не сможешь. Девка-то наверняка в мать пошла. Хоть какой-то толк будет от вашей встречи.

Фералас только плечами пожал. Какая разница? Лишь бы поговорить им дали. Он понимал, что сейчас Лафаэра – это единственная надежда. Он уже разузнал побольше об играх и понял, что выйти оттуда живым – это самая большая удача, которая достаётся лишь единицам.

Лафаэра, которая вернулась к родителям, обронила, что на сегодня ей уже хватит, а завтра с удовольствием придёт на тренировку ещё раз. Цзиньлун, переглянувшись с женой, вздохнул, что он тоже уже устал и пора бы им обратно во дворец.

Вернувшись в королевский дворец, Цзиньлун первым делом накинул на их покои полог неслышимости.

– Что там случилось у тебя, детка? – озабоченно поинтересовался он, – твоя мама сразу сказала, что вы с ним знакомы. Она разглядела на юноше твоё ожерелье с жемчужинами конк. Это тот самый, с кем ты обменялась в детстве ожерельями?

– Да, – Лафаэра прошлась от кресла к окну, – Это о них говорила тётушка Морриган. Их надо спасти. Батюшка, можно ли их выкупить?

– Мне кажется, у меня нет возможности отказаться, – рассмеялся Цзиньлун, – Меньше всего мне хочется обидеть тебя, а уж тем более саму богиню войны. Я сегодня же постараюсь узнать всё о доме Дуарте. Что думаешь, Ланфен?

Глава 14. Тренировка.

– Их навряд ли согласятся продать сейчас. А до конца игр они могут и не дожить. Самый страшный четвёртый этап. Но он необязательный. Колесничему с гладиатором надо пройти до финала и там выиграть. Добровольно на четвёртый этап идти не нужно. Воину каждый раз придётся убивать соперников, иначе убьют его. Передай ему всё это завтра. Главное пусть глупостей не делают. Их задача – пройти все этапы, кроме четвёртого. Дальше уже твой отец предложит столько, что дом Дуарте не сможет отказаться. И ещё. По твоим словам, он упоминает матушку Дану. Значит, он из туата, но по какой-то причине не прошёл обучение. Навряд ли он умеет подтягивать природную магию по-настоящему. Завтра научи его. А он уже научит брата.

– Ты права, дорогая! – Цзиньлун посмотрел на жену с восхищением и любовью, которые сохранил, несмотря на прожитые вместе годы, – На играх магия запрещена и на рабах специальные ошейники. А настоящие туата могут брать магию из окружения. То есть не пользуются собственной, а значит, ограничитель помешать уже не может. Ты не замечаешь этого, потому что усиливаешь так свою магию. А вот твоя мама когда-то даже в рабском ошейнике не проиграла ни одного боя.

– Я поняла. Спасибо!

Лафаэра подошла к родителям, которые сидели рядом на низеньком диване, и втиснулась между ними, обняв обоих сразу.

– Я вас так люблю! Вы у меня лучшие родители на свете! Жаль только, что я уйду к тётушке Морриган на обучение, а вы останетесь одни. Заскучаете. Вот был бы у меня братик или сестричка, вам было бы веселее.

– А у тебя будет братик, – нежно провела по щеке дочки Ланфен, – мы как раз хотели тебе сказать. Матушка Дану послала нам радость. Шаэлон. Так будут звать твоего брата. Когда ты вернёшься от наставницы, он будет тебя ждать.

– Матушка Дану! – Лафаэра сложила благодарно руки, – Благодарю тебя! Значит, теперь есть кому наследовать престол и вы снимите с меня эту ношу?

– Мы пока ещё ничего не знаем! – Цзиньлун укоризненно покачал головой, – Твой брат ещё даже не родился. И потом, ты старшая, а по законам Страны Золотого Солнца трон наследует старший ребёнок, независимо от пола.

– Так я ему уступлю! Он же мальчик! Ему это понравится. Мне для брата ничего не жалко!

Цзиньлун с Лафаэрой после весь вечер смеялись над этой наивной попыткой дочки спихнуть с себя титул наследной принцессы.

На следующий день семья императора пришла на тренировочную арену раньше, чем привели гладиаторов из дома Дуарте. Они сделали это специально, чтобы император с женой могли потренироваться без лишних глаз. Лафаэра сидела, замерев в восхищении. Как она любила эти мгновения, когда её родители вдвоём отбивали нападение окруживших их воинов. Охрана старалась как могла. Все они были опытные бойцы, которых натаскивали не один год. Им не было равных. Но ни разу. Ни одного разу им не удалось, даже нападая целой толпой, победить своего господина и его жену. Если Цзиньлун с Лафаэрой бились стоя спиной к спине, то казалось, и целая армия им нипочём.

На трибуне напротив, невидимые для всех, сидели двое. Прекрасный златовласый юноша, в хитоне и черноволосая красавица с зелёными глазами. Они с восхищением наблюдали за этой воинственной парой. Наконец, женщина, глубоко вздохнув, повернулась к спутнику.

– Малыш, это самое прекрасное, что мы с тобой могли создать. Я горжусь, что мы приложили руку к этому чудесному союзу.

– Ты права, моя Призрачная Королева, – юноша посмотрел на подругу сияющими глазами, – Я сам в восторге. Каждый раз, когда меня кто-нибудь разозлит или мне начинает казаться, что все мои стрелы летят мимо цели, я отправляюсь в Страну Золотого Солнца. Стоит понаблюдать за этой парочкой хоть пять минут, и я опять готов стрелять без устали, рождая новые любовные союзы. Но что мы будем делать с их дочкой и тем тёмным эльфом? Кажется, они и без моих стрел справляются.

– Сами они будут с этим справляться, пока не состарятся. Вспомни Тиафель, а ныне императрицу Ланфен. Да она и с твоей стрелой всеми силами убегала от своих чувств. А если бы стрелы не было, то и до сей поры была бы телохранительницей, а Цзиньлун так и остался бы с гаремом, но без жены. Так что готовь свой лук, мой златокудрый Амур. Лафаэра вся в матушку. Хоть бы со стрелой получилось привести их к желанному союзу.

– Ну это я с удовольствием, – лукаво ухмыльнулся озорной Бог Любви, – Кстати, смотри. Они прибыли. Цзиньлун с нашей Тиафель как раз закончили тренировку. Теперь полюбуемся на нашу молодёжь.

На арену и впрямь уже выходил Фералас, а со своего места к нему шла Лафаэра с тренировочным мечом. Сегодня дом Дуарте начал тренировку с колесниц, как раз когда бились Цзиньлун с Лафаэрой. Теперь настала очередь гладиаторов. Они разбились на пары, а Фералас встал напротив Лафаэры, отведя её подальше, чтобы говорить свободней. Тэреан снова сидел рядом с надсмотрщиком и не сводил с эльфийки глаз. Он был счастлив уже просто оттого, что её увидел.

Фералас с принцессой снова начали танцевать вокруг друг друга и, пользуясь тем, что на арене стоял сплошной звон мечей и поднялась пыль, она пошла в ближний бой. Ей надо было научить эльфа приёмам туата.

– Смотри Фералас, что я буду произносить и делать сейчас. Для тебя я скажу это вслух, но ты будешь говорить всегда только про себя.

Они слегка замедлили своё кружение, и Лафаэра, чуть коснувшись кончиком меча земли, прошептала: «Чары Туата всегда со мной».

Фералас почувствовал, как что-то изменилось. Когда они скрестили клинки, то он не смог продержаться и пары минут. Вынужден был отскочить назад. С таким напором и яростью сражалась Лафаэра. Они остановились вроде передохнуть, и Лафаэра вопросительно посмотрела на него.

– Ты понял? Первое время касайся кончиком меча земли, камня или дерева, да чего угодно. Магия потянется к тебе. Ошейник ей не преграда. Ты станешь сразу сильнее. После, когда привыкнешь, уже даже не касаясь, ты будешь ощущать потоки и принимать их. Ты – туата. Это наша врождённая способность. Её просто один раз надо разбудить. Но помни, эта магия – поддержка. Она не даст тебе возможность творить чары. Но поддерживать тебя, восполняя силы и делая сильнее, она будет исправно.

Глава 15. Новые Силы

Фералас не стал медлить. Небрежно опустив меч, он прикрыл на мгновение глаза, произнося мысленно заветную фразу, а после кинулся в атаку. Сейчас они бились почти на равных. Почти. Оба вошли в азарт, стараясь применить все свои умения и знание хитрых приёмов. Теперь они чаще входили в ближний бой. Их глаза неотрывно следили друг за другом. Встречаясь взглядом, оба чувствовали прилив возбуждения.