Джулия Либур – Гладиатор Эльфийской Принцессы (страница 10)

Пир и бал, прошли неожиданно легко. Все были возбуждены открывшимися играми, планировали ставки, обсуждали гладиаторов и возничих, шёпотом рассказывали о неожиданных участниках. Даже Дамир увлёкся всем этим. А уж Аркад, так вообще ни о чём, кроме игр, ни говорить, ни думать не мог. Император с семьёй покинули праздник рано. Удалось сделать это незаметно, чему они были откровенно рады.

На следующий день, в оговорённое время они отправились на учебно-тренировочную арену. Она была точной копией основной, только меньшего размера. Их сопровождала стража и несколько евнухов. Трибуны были пусты. Никого не интересовали учебные бои, поэтому император с семьёй сел в первых рядах, чтобы видеть всё до мелочей. Лафаэра умостилась рядом с Ланфен и предвкушала, как они будут сначала сражаться между собой, потом они с матушкой по очереди будут тренироваться с отцом, а после стражники будут нападать на матушку с батюшкой, а они спина к спине будут отражать атаки. Это всегда было захватывающим зрелищем. Они действовали как единое целое, и их бой напоминал танец, воинственный танец влюблённых. Нет. Не напоминал. Это и был воинственный танец любящих сердец.

Может, когда-нибудь и она встретит человека, с которым будет стоять спина к спине, уверенная в напарнике, как в самой себе. В этой жизни, наверное, нет большего счастья. Она сидела, наблюдая, как разравнивают песок на арене, убирают мусор, и увидела, что два гладиатора идут с тренировочными мечами в их сторону. Около них уже всё было чисто, и рабы теперь перешли убирать в следующий сектор арены. Поэтому гладиаторов направили прямо к тому ряду, где они сидели.

Они подошли, поклонились, следуя правилам и стали в стойку. Один из них был высокий, красивый, темноволосый, слегка смуглый эльф, а второй был светлее, с русыми волосами, чуть ниже и коренастее. Тёмный эльф почему-то привлёк внимание Лафаэры. Она отметила, как уверенно он встал в позицию, как мягко и грациозно начал двигаться по кругу, наблюдая за противником, как ловил каждое движение и внезапно бросился в атаку.

Девушка вспомнила его. Вчера он очень быстро победил соперника, но когда ему пришлось его убить по требованию толпы, замешкал буквально на несколько мгновений. Этих мгновений Лафаэре хватило понять, что он не профессиональный гладиатор. По правилам, если гладиатор не выполняет требование толпы и оставляет поверженного соперника в живых, то солдаты убивают их обоих. Эльф знал об этом и понимал, что в любом случае тот, кого он жалеет, погибнет, только вместе с ним. Девушка представляла, насколько трудными были для него эти несколько мгновений, которые ему были отведены, для принятия решения.

Манера боя смуглокожего эльфа чем-то напоминала её собственную. Но она была ученица Ланфен. А значит, у её матушки с этим эльфом явно было что-то общее. Она заметила даже пару одинаковых, довольно редких приёмов. Ничего удивительного в этом не было с другой стороны. Есть знаменитые эльфийские мастера клинка, которые берут учеников, и её матушка училась у таких. Вполне возможно, что этот юноша тоже учился там же. Тем более было интересно понаблюдать за ним.

Юноша выглядел и вёл себя явно как свободный человек. Местные гладиаторы старались не смотреть в глаза, и избегали внимания, чтобы не получить за что-нибудь нагоняй, а то и побои. Этот же эльф был раскован, естественен и вообще не опускал глаза. Встретившись с ней взглядом, он, наоборот, задержался, затем мазнул глазами по её шее и вдруг снова перевёл взгляд на лицо, будто вспоминая что-то.

Лафаэра даже пожала плечами. На нём рабский ошейник, а он девиц разглядывает. Как вдруг она заметила то, что должна была увидеть сразу. Ожерелье. Знакомое ожерелье с зубом ягуара и двумя жемчужинами конк. Не может быть! Это не может быть её ожерелье. Но и похожее навряд ли найдётся. Надо посмотреть узлы. То ожерелье делала она лично. И шнурок тоже будет необычный. На нём должны быть надеты серебряные колечки. По пятнадцать штук с каждой стороны. И каждое третье кольцо будет не гладким, а с засечками. Ей надо проверить сейчас же.

Принцесса встала и вышла на арену. В её руке был меч, и можно было подумать, что она хочет сражаться. Гладиаторы сразу же остановились и отошли, почтительно поклонившись. Но она двинулась к тёмному эльфу и когда он собирался отойти, жестом остановила. Подойдя почти вплотную, она увидела, что на нём действительно её ожерелье. И судя по тому, что он не отрывал глаз от бусин бирюзы по бокам от зуба ягуара на её шее, то своё ожерелье он тоже узнал.

Однако взгляд его предупреждал Лафаэру, что ей не стоит показывать их знакомство, хотя глаза явно зажглись радостью. Но Лафаэра и не собиралась. Она просто кивнула ему.

– Хочу потренироваться с тобой. Устроим бой?

Второй гладиатор еле сдержал улыбку.

– Светлая госпожа, Фералас лучший боец. Мы не осмелимся нападать на вас. Вдруг причиним вред. Нас тогда ждёт верная смерть.

Тёмный эльф остановил его.

– Госпожа наверняка воительница. Я согласен. Только меч учебный должен быть.

Лафаэра кивнула, и один из евнухов подбежал, чтобы забрать её меч и дать ей учебный.

Они встали в позицию. А второй гладиатор ушёл с арены. Евнух тоже уже был на трибуне рядом с Цзиньлунем и Ланфен. Родители даже не пытались остановить дочь. Зачем? Хочет потренироваться – пожалуйста. Ведь, скорее всего, пострадает гладиатор.

– Фералас, это ты? – тихо выдохнула Лафаэра нападая.

– Я, Лафаэра,. Счастлив тебя видеть, – почти не разжимая губ ответил эльф, уходя в оборону, – ты очень выросла. Я рад, что ты ещё носишь ожерелье.

– Так и ты не обратно в младенца превратился, только по зубу ягуара и жемчужинам конк тебя и узнала. Ты тоже с ними не расстался, – одними глазами усмехнулась девушка, продолжая наступать, – Как ты оказался в рабском ошейнике? Вы с братом были свободные эльфы и далеко от этой прокля́той Робинии.

– Тэреана выкрали ради игр, и я пошёл спасать его, – эльф чуть скривил губы в горькой усмешке, отскакивая и тут же делая выпад.

– И угодил в ловушку, – закончила за него Лафаэра, отбивая этот выпад, – Не удивлена. Они всё время так ловят эльфов. А где брат сейчас?

Глава 13. План

Фералас кивнул на трибуну, где рядом с надсмотрщиком действительно сидел Тэреан, и начал кружить вокруг девушки. Но кружить вокруг противника была фишка самой Лафаэры, поэтому она подхватила этот танец, и они перестали разговаривать, отдавшись бою. Фералас с каждой минутой изумлялся всё больше. Эта девочка, а в его глазах она была ещё всё та же смелая девочка, спасшая его брата, поражала своим мастерством, она храбро сражалась, искусно защищалась, делала хитрые выпады, знала коварные приёмы. Казалось, она предугадывает его следующий шаг и очень умело ведёт его, куда ей надо.

Эльф вошёл в азарт, он уже бился в полную силу, но Лафаэра не уступала ему. Откуда в этой хрупкой девушке такая сила? Говорят, воительницы из войска Морриган были такими. Хрупкими, красивыми до невозможности и также до невозможности опасными. Они никогда не проигрывали сопернику. А если их могли взять числом или коварством, то гибли с гордо поднятой головой, сражаясь до самого конца. Богиня войны обучала их лично. Они были не просто её воительницами, они были её дочерьми, которых она любила всей душой.

В итоге меч Фераласа оказался выбит у него из рук, и он просто глазам своим не верил, наблюдая, как ловко девушка подкидывает этот самый меч носком своего эльфийского сапожка и ловит за рукоять. Отойдя на три шага назад, улыбнулась подмигнув.

– Ну что? Ещё разок? Я только разогрелась.

– Тебя кто учил? – не скрывая изумления спросил Фералас.

– Матушка учила, и батюшка тоже. А ещё иногда давала уроки тётушка. Но редко. Правда сейчас возьмёт на постоянное обучение точно. Наверняка уже взяла.

– А что тётушка у тебя так искусна? И откуда ты узнала, что она тебя взяла на обучение?

Они снова шли по кругу, не спуская друг с друга глаз.

– Она самая искусная, из всех, кого я знаю. А про обучение узнала, как только тебя увидела. Но это неважно. Важно вас спасти. Ты когда придёшь сюда ещё раз? И от какого дома ты сражаешься на играх?

– Завтра приду. В это же время. Сражаюсь от дома Дуарте. Тэреан тоже от них выступает. Они известны среди любителей делать ставки. Постоянно похищают и выставляют на боях и в гонках колесниц хороших гладиаторов и возниц.

– Я подумаю до завтра, что делать. Посоветуюсь с родителями. Мы гостим в королевском дворце. Мой отец император Цзиньлун. Если что, всех наших слуг и евнухов предупрежу, чтобы весть от тебя передавали сразу.

– Матушка Дану! – тёмный эльф даже споткнулся от этой новости, – Как же тебя родители отпускали одну в лес? Принцессу-то?

– Они и не отпускали, – хихикнула Лафаэра, – Потому я и не хотела, чтобы вы меня провожали тогда. Но родители всё равно всегда всё узнавали, уж не знаю как.

– Доставалось? – сочувственно спросил Фералас.

– Ага, – беззаботно кивнула Лафаэра, – В наказание вышивать заставляли.

– И часто ты вышивала? – ухмыльнулся эльф.

– Почти каждый день, – озорно сверкнула глазами девушка.

– Тяжело пришлось твоим родителям, – посочувствовал Фералас.

– И не говори, – согласилась принцесса.

На этих словах она снова выбила меч у Фераласа. Тот откинул голову и закрыл глаза.