Джулия Куинн – Если бы не мисс Бриджертон… (страница 9)

– Он частенько сравнивает меня с козой, – пояснила бесстрастно Билли, давая понять, что вовсе не обижается на это прозвище.

Джордж посмотрел на нее, перевел взгляд на Эндрю и покачал головой. Он никогда не понимал их чувства юмора – возможно, из-за того, что так и не стал частью их компании, ведь он никогда не ощущал единения с остальными Роксби и Бриджертонами, а еще из-за разницы в возрасте (он был на пять лет старше своего второго брата Эдварда) и из-за своего положения. Он старший, наследник, за все ответственный, о чем отец не давал ему позабыть ни на мгновение, а посему попросту не мог позволить себе скакать по окрестностям дни напролет, лазать по деревьям и ломать руки-ноги.

Эдвард, Мэри и Эндрю Роксби родились друг за другом с разницей в год. Вместе с Билли, почти ровесницей Мэри, они составляли дружную компанию и все делали вместе. Поместья Роксби и Бриджертонов располагались всего в трех милях друг от друга, и в большинстве случаев дети встречались где-то посередине, у ручья, по которому проходила граница владений двух семейств, или в шалаше на дереве, который по настоянию Билли лорд Бриджертон соорудил на старинном дубе возле пруда с форелью. Зачастую Джордж не знал, чем занимаются его братья и сестра, но домой они возвращались перепачканными, голодными, зато чертовски довольными.

Нет, он вовсе не завидовал, ибо они действительно его раздражали, ведь, возвращаясь домой из школы, он менее всего хотел дурачиться вместе с шумной ватагой малолетних сорванцов.

И все же, когда его одолевала тоска, он задавался вопросом: каково это – общаться вот такой дружной компанией? У Джорджа не было ни одного близкого друга до тех самых пор, пока он не отправился в Итон: ему просто не с кем было подружиться.

Но теперь это не имело особого значения. Его братья и сестра выросли. Эдвард в армии, Эндрю на флоте, а Мэри вышла замуж за его доброго друга Феликса Мейнарда. Билли тоже повзрослела, но осталась все той же девчонкой: носилась по владениям отца верхом на норовистом скакуне так, словно ее кости были выкованы из стали, и одаривала ослепительной улыбкой обожавших ее жителей деревни.

Что же касается Джорджа… Пожалуй, он тоже остался прежним: будучи наследником, все еще собирался принять на себя обязанности, от которых отец и не намеревался отказываться, и бездельничал, в то время как его братья сражались за страну и корону.

Джордж посмотрел на свои руки, которыми обнимал Билли. Пожалуй, впервые в жизни они делали что-то полезное.

– Нам лучше отнести ее в Крейк-хаус: это ближе, и она сможет остаться на ужин.

– Она подвернула ногу, – напомнил Джордж.

– Пф. Когда ее это останавливало?

– К тому же она не одета должным образом, – добавил Джордж, хоть и понимал, что голос его звучит чопорно, и оттого ощущал необъяснимое раздражение.

– Уверен, можно найти что-нибудь подходящее в гардеробной Мэри, – беспечно отмахнулся Эндрю. – Она ведь не все с собой забрала, правда?

– Да, – буркнула Билли, уткнувшись лицом в грудь Джорджа. – Мэри оставила приличное количество одежды.

– Значит, решено, – кивнул Эндрю. – Ты у нас поужинаешь, останешься на ночь, и все будет хорошо.

Джордж медленно повернул голову и через плечо посмотрел на брата.

– Я останусь на ужин, – согласилась Билли, поворачивая голову так, чтобы звук ее голоса устремлялся в воздух, а не в грудь Джорджа. – Но потом поеду домой, к родителям. Мне бы хотелось провести ночь в собственной постели, если вы не возражаете.

Джордж споткнулся.

– Все нормально? – поинтересовался Эндрю.

– Все в порядке, – пробормотал Джордж, а потом непонятно почему вдруг добавил: – Просто ни с того ни с сего нога на мгновение ослабевает и подгибается.

– Ни с того ни с сего? – усмехнулся Эндрю, с любопытством посмотрев на брата.

– Заткнись!

– У меня тоже так бывает, – сказала Билли, взглянув на Джорджа и еле заметно улыбнувшись. – Когда охватывает усталость, хотя ты сам этого не осознаешь.

– Именно так.

Билли дружески улыбнулась, и Джордж вдруг осознал, что она довольно хорошенькая.

Господь наделил ее красивыми карими глазами необыкновенного коньячного оттенка, всегда излучавшими тепло, независимо от того, что могло таиться в их глубине. Молочная кожа была на удивление светлой для девушки, проводившей много времени на свежем воздухе, хотя нос и щеки украшала легкая россыпь веснушек. Джордж не мог припомнить, были они у нее в детстве или нет, потому что никогда не обращал на это внимания.

По правде говоря, он вообще не обращал внимания на Билли Бриджертон, во всяком случае старался не обращать, только вот это было очень непросто.

– На что ты смотришь?

– На твои веснушки, – признался Джордж.

– Почему?

Он пожал плечами:

– Потому что они есть.

Билли поджала губы, и Джордж решил, что ее удовлетворил ответ, но она вдруг добавила:

– У меня их вроде бы не очень много.

Джордж вскинул брови.

– Точнее, шестьдесят две, – изрекла девушка.

– Ты что, подсчитала?

– Да, как-то нечем было заняться: разыгралась непогода, и я не могла выйти из дому.

Джорджу хватило ума не спрашивать о вышивании, рисовании акварелью и дюжине других занятий, отвлекавших от скуки знакомых ему молодых леди.

– Но теперь, наверное, добавилось еще несколько, – призналась Билли. – Весна выдалась на редкость солнечная.

– О чем беседуем? – спросил Эндрю, когда Джордж и Билли с ним поравнялись.

– О моих веснушках, – ответила девушка.

Эндрю ошеломленно заморгал:

– Господи, какая скука! Впрочем, с Джорджем и не может быть иначе.

Джордж закатил глаза, но промолчал: ему никогда не было места в их разговорах.

Тропинка начала разветвляться, и Джордж свернул направо, к Крейк-хаусу. Поместье Роксби располагалась ближе, к тому же Эндрю с рукой на перевязи не смог бы помочь ему нести Билли.

– Я не слишком тяжелая? – сонно спросила девушка.

– Даже если и так, это не имеет значения.

– Господи, Джордж, тебе просто необходимо почаще вращаться в женском обществе, – простонал Эндрю. – Это же явный намек на ответ: «Конечно, нет. Ты изящна, как цветок».

– Никаких намеков, – возразила Билли.

– Еще какой намек! – стоял на своем Эндрю. – Просто ты этого не осознаешь.

– Я вовсе не нуждаюсь в женском обществе, – возразил Джордж, – ну ей-богу!

– Ну да, конечно, – саркастически усмехнулся Эндрю. – У тебя же в руках Билли.

– Кажется, ты только что нанес мне оскорбление, – произнесла девушка.

– Ничего подобного, моя дорогая. Я просто констатировал факт.

Билли нахмурилась, и ее брови цвета каштана сошлись на переносице.

– Когда возвращаешься в море?

Эндрю насмешливо вскинул бровь:

– Ты будешь по мне скучать?

– Не думаю.

Но все трое знали, что это ложь.

– Впрочем, у тебя есть Джордж, – сказал Эндрю, поднимая руку, чтобы отвести в сторону низко свисавшую ветку. – Из вас получится хорошая пара.

– Заткнись! – бросила Билли, и это прозвучало куда приличнее слов, что сорвались с губ Джорджа.

Эндрю рассмеялся, и все трое продолжили путь в молчании, которое нарушал лишь легкий шорох ветра в молодой листве.

– Ты вовсе не тяжелая, – произнес вдруг Джордж.