Джулия Куинн – Если бы не мисс Бриджертон… (страница 11)

Билли кивнула, чувствуя, как ее охватывает легкая грусть. Когда она была ребенком, Бриджертоны и Роксби обедали вместе по несколько раз в месяц. Поскольку на обе семьи приходилось девять детей, семейные обеды, ужины или любые другие совместные мероприятия превращались в шумные гулянья, но потом мальчики один за другим уехали в Итон: сначала Джордж, потом Эдвард и наконец Эндрю. Младшие братья Билли, Эдмунд и Хьюго, учились в Итоне сейчас вместе с самым младшим Роксби, Николасом. Мэри нашла свою любовь и переехала в Суссекс, так что теперь в Кенте остались лишь Билли и Джорджиана, ее младшая сестра, которая в свои четырнадцать лет была довольно забавной и милой, но никак не подходила на роль закадычной подруги для взрослой леди двадцати трех лет от роду.

Здесь также проживал и Джордж, но, будучи завидным холостяком, проводил время в разъездах между Лондоном и Кентом.

– Хотелось бы мне знать, о чем ты сейчас думаешь, – произнес Джордж, направляясь через всю комнату к туалетному столику, возле которого сидела Билли.

Девушка покачала головой:

– Боюсь, оно того не стоит, ибо мои мысли слишком сентиментальны.

– Сентиментальны? Очень любопытно…

Взглянув на Джорджа, Билли произнесла:

– Нас осталось так мало от некогда шумной и многочисленной компании…

– Но все же кое-кто остался, – заметил Джордж.

– Знаю, но мы так редко собираемся вместе. И от этого мне становится грустно. – Билли не могла поверить, что раскрыла перед Джорджем душу, но этот странный, напряженный день почему-то повлиял на ее чувства.

– Мы снова соберемся в полном составе, – бодро заявил Джордж. – Я абсолютно в этом уверен.

Билли вскинула бровь:

– Тебе поручили меня подбодрить?

– Да, за три соверена.

– Что?

– Я пошутил.

Билли нахмурилась, хотя на самом деле совсем не сердилась.

– А теперь вперед – я отнесу тебя вниз. – Джордж наклонился, намереваясь подхватить ее на руки, но когда повернулся направо, а она налево, они стукнулись головами. – Ой, прости!

– Нет, это все из-за меня.

– Так, я сейчас… – Джордж попытался положить одну руку на спину Билли, а другую подсунуть под колени, но в каждом его движении ощущалась неловкость, что было более чем странно, ведь нес же он ее больше мили.

Джордж поднял девушку с кресла, и горничная, ошеломленно наблюдавшая за происходящим, едва успела отскочить в сторону, когда ноги Билли описали в воздухе дугу.

– Если ты не станешь давить мне на шею так сильно, то что-нибудь получится, – попросил Джордж.

– О, прости. – Билли перехватила руки. – Я вроде бы держусь так же, как и раньше.

Джордж вынес ее в коридор.

– Нет, не так же.

Может, он и прав. Билли чувствовала себя легко и непринужденно, когда Джордж нес ее через лес, совсем не так, как должна была чувствовать себя девушка в объятиях мужчины, не состоявшего с ней в родстве, – теперь же ей стало ужасно неловко. Она мучительно остро ощущала близость его тела и исходивший от него жар, сочившийся сквозь ткань костюма. Благопристойно высокий ворот платья почти упирался в подбородок Джорджа, но когда пальцы Билли коснулись его края, тонкий светло-каштановый локон мужчины пощекотал ей кожу, и она поежилась.

– Что-то не так? – спросил он, когда они подошли к лестнице.

– Нет-нет, – поспешно ответила Билли, смущенно откашлявшись. – Все в порядке.

– Просто ты все время возишься.

– О… – Билли не нашлась что ответить и ляпнула первое, что пришло в голову: – Да нога болит.

Джордж на мгновение остановился и с беспокойством посмотрел на девушку:

– Может, лучше было бы принести тебе ужин в комнату?

– Слава богу, мы уже дошли. – Билли раздраженно выдохнула. – Было бы просто нелепо изолировать себя в комнате Мэри.

– Вряд ли это можно назвать изоляцией.

– Но ощущение было бы именно такое, – пробормотала Билли.

В глазах Джорджа вспыхнуло любопытство.

– Не любишь оставаться в одиночестве?

– Не в тех случаях, когда где-то веселятся, – не осталась в долгу Билли.

Джордж с мгновение помолчал, чуть склонив голову, потом поинтересовался:

– А как насчет остального времени?

– Прошу прощения?

– Ну, если рядом с тобой нет никаких вечеринок. Дома, например. Ты тоже не любишь проводить время одна?

Билли нахмурилась и внимательно посмотрела на Джорджа. Что, скажите на милость, подтолкнуло его к этим расспросам?

– Это не такой уж сложный вопрос, – вкрадчиво понизил голос Джордж.

– Нет, я, конечно, не прочь провести время и в одиночестве. – Билли поджала губы, почувствовав, как в груди поднимается раздражение: что за допрос он устроил? – Но, знаешь, не люблю сидеть в четырех стенах. А вот на улице целый день могу провести одна… ну или в просторной гостиной, где высокие окна и много света.

Джордж медленно кивнул, словно соглашаясь, и Билли спросила:

– Ты тоже?

– Отнюдь.

А она-то думала, что научилась его понимать!

– Я обожаю проводить время один.

– Это как раз понятно.

Его губы дрогнули в легкой улыбке.

– Я надеялся, что сегодня вечером мы воздержимся от оскорблений.

– А кто здесь кого оскорбляет?

– Не ты несешь меня, а я тебя, так что лучше бы тебе разговаривать со мной повежливее.

– Попытаюсь, – кивнула девушка.

Они миновали один пролет лестницы, и Билли уже решила, что разговор окончен, но он опять заговорил:

– На днях шел дождь, не утихая ни на секунду. Конечно же, я остался дома: выходить на улицу не было причин.

Билли не совсем понимала, к чему он клонит, хотя знала, о каком именно дне говорит. Она тогда собиралась оседлать свою кобылу Арго, чтобы осмотреть изгороди на южной границе земель отца и, возможно, остановиться на земляничной полянке. Для плодов было еще слишком рано, но кусты наверняка в цвету, и Билли не терпелось узнать, какого урожая ждать в этом году.

– И чем же ты занимался?

– Читал. Весь день провел в кабинете и прочел книгу от корки до корки. Более приятного дня я не припомню.

– Тебе следует почаще выходить из дому, – с невозмутимым видом посоветовала Билли, но Джордж оставил ее слова без внимания.

– Я всего лишь сказал, что провел целый день в четырех стенах, как ты это называешь, и это было чудесно.

– Что ж, значит, я права.

– А мы что-то друг другу доказывали?