Джулия Куинн – Если бы не мисс Бриджертон… (страница 19)

– Тебе могут подобрать кого-то и похуже, – пожал плечами Джордж.

– И ему тоже.

Он усмехнулся:

– Верно.

– Я не собираюсь замуж за Эндрю, – решительно тряхнула она головой, – во всяком случае пока.

Но если он попросит ее руки… Она, вероятно, согласится. Ведь именно этого все от нее ждали.

Джордж сделал глоток бренди, загадочно взирая на Билли поверх ободка бокала.

– Меньше всего мне хочется, – не выдержала Билли, не в силах сносить молчание, – связать свою жизнь с тем, кто в любой момент может уехать.

– Многие жены военных следуют за своими мужьями, – протянул Джордж, задумчиво сдвинув брови. – А в тебе, в отличие от остальных, есть дух авантюризма.

– Мне нравится здесь.

– В библиотеке моего отца?

– В Кенте, – дерзко вздернула она подбородок. – В Обри-холле. Я там нужна.

Джордж снисходительно усмехнулся:

– Да, без тебя никак.

– Вот именно!

Билли обиделась и, если бы не нога, наверняка вскочила бы и убежала, но увы…

– Ты и понятия не имеешь, сколько всего я делаю.

– О, только не надо жаловаться! У тебя такое выражение лица, будто ты готова пуститься в пространные объяснения.

Ну, это уже слишком! Снисходительный, высокомерный… а уж до чего самодовольный!

Ну конечно. Разве могло быть иначе? Он что, поставил перед собой цель ее донимать? Проникать ей под кожу, точно иголка – тупая ржавая иголка?

– О, ради бога, Билли, – протянул Джордж, с усмешкой облокачиваясь на одну из книжных полок. – Ты что, шуток не понимаешь? Я знаю, что ты время от времени помогаешь отцу.

Время от времени? Да она фактически управляет поместьем! Без ее твердой руки Обри-холл давно бы уже развалился. Отец уже давно перепоручил ее заботам бухгалтерские книги, а управляющего больше не возмущала необходимость отчитываться перед какой-то пигалицей.

По сути, Билли воспитывалась, как если бы была старшим сыном лорда Бриджертона, только вот наследницей бы стать не смогла. Со временем Эдмунд повзрослеет и займет по праву причитающееся ему место. Младший брат ее далеко не глуп, быстро всему научится, и когда вступит в право наследования, все вздохнут с облегчением: наконец-то все вернулось на круги своя. И вот тогда она станет ненужной, будет кому заниматься хозяйством и вести бухгалтерские книги, осматривать коттеджи или улаживать разногласия. Эдмунд станет хозяином поместья, а она – старой девой, достойной лишь жалости и насмешек.

Господи, может, ей и впрямь выйти замуж за Эндрю?

– Ты хорошо себя чувствуешь? – встревожился Джордж.

– Я в порядке, – коротко ответила Билли.

Джордж пожал плечами:

– Просто ты как-то побледнела.

Она и впрямь почувствовала себя больной. В замаячившем впереди будущем не было ничего светлого и прекрасного.

Она залпом допила остатки бренди.

– Осторожнее! – предостерег Джордж, но Билли уже закашлялась, оттого что горло непривычно охватило огнем. – Это надо пить медленно.

– Знаю, – процедила Билли, прекрасно осознавая, как глупо это прозвучало.

– Конечно, кто бы сомневался, – пробормотал Джордж, и ей сразу же стало лучше.

Все встало на свои места. Ну или почти встало. Джордж Роксби просто напыщенный осел.

Глава 8

Леди Бриджертон начала планировать свое наступление на светский сезон уже на следующее утро. Билли, хромая, спустилась в столовую позавтракать, морально готовая к тому, что ее тут же вовлекут в бурную деятельность, но, к ее изумлению и облегчению, мать заявила, что в ее помощи не нуждается, и попросила лишь об одном: отправить приглашение Мэри и Феликсу. Билли с готовностью согласилась: уж на это у нее терпения хватит.

– Джорджиана предложила свою помощь, – пояснила леди Бриджертон, подавая лакею знак обслужить Билли. Она хоть и передвигалась на костылях довольно ловко, но сама положить еду в тарелку и донести до стола все равно не смогла бы.

Джорджиана, весьма довольная предстоящими хлопотами, объявила:

– Будет здорово, правда?

Билли с трудом сдержала язвительный ответ, поскольку не видела ничего радостного в предстоящем событии, но не хотела обижать сестру. Если Джорджиане доставляет удовольствие торчать целыми днями за столом – писать приглашения и составлять меню, – ради бога.

Леди Бриджертон налила Билли чашку чая.

– Чем собираешься заняться?

– Не знаю.

Девушка кивнула в знак благодарности лакею, поставившему перед ней тарелку с едой, а потом с тоской посмотрела в окно. Солнце едва начинало пробиваться сквозь облака, и через час утренняя роса испарится. Идеальный день для прогулок верхом, для того, чтобы сделать что-то полезное.

А у нее так много дел! Один из арендаторов заново покрывал крышу дома соломой, и хотя соседи знали, что должны предложить свою помощь, но Билли подозревала, что Джон и Гарри Уильямсоны попытаются устраниться. Кто-то должен был проследить, чтобы братья внесли свою лепту, а еще – чтобы западные поля засеяли должным образом и кусты в розарии подрезали в соответствии с предпочтениями леди Бриджертон.

Кто-то должен был все это сделать, но Билли не представляла, кто, если не она.

Она же застряла на неопределенное время в четырех стенах с опухшей ногой, и ведь в том даже не было ее вины. Ну ладно, возможно, отчасти она все же была виновата, но не в такой степени, как кошка. Проклятая нога чертовски болела, а кошке наверняка хоть бы что. Билли была до такой степени раздосадована, что едва не пожелала злобному маленькому существу такой же участи.

– Билли? – тихо окликнула мать, посматривая на нее поверх ободка тонкой фарфоровой чашки.

– Думаю, со мной не очень приятно общаться, – пробормотала Билли.

Леди Бриджертон поперхнулась, так что чай полился у нее из носа, – зрелище не для слабонервных. Билли никак не ожидала увидеть нечто подобное.

– Так и есть, просто я этого не говорила, – подтвердила Джорджиана, чем шокировала сестру.

Билли, если бы могла, испепелила бы ее взглядом.

– Сибилла Бриджертон, – произнесла леди Бриджертон тоном, не допускавшим возражений, – ты несешь несусветную чушь, потому что более приятной в общении леди я не знаю.

Билли открыла было рот, пытаясь возразить, но ее мать продолжила, повысив голос так, что в нем зазвенели нотки, означавшие «даже не вздумай мне перечить»:

– В противном случае это дурно отразится на мне, а я отказываюсь верить, что из меня получилась столь никчемная мать.

– О чем ты, мама? Разве это возможно? – поспешила возразить Билли.

– А посему я повторю свой вопрос, – сказала леди Бриджертон, сделав изящный глоток и на удивление бесстрастно посмотрев на старшую дочь. – Чем ты собираешься заняться?

– Ну… – Билли осеклась и перевела взгляд на Джорджиану, но сразу поняла, что помощи от нее не дождаться. Девочка лишь беспомощно пожала плечами, и это могло означать что угодно: как «я не знаю, что на нее нашло», так и «я безмерно наслаждаюсь твоим замешательством».

Как было бы хорошо, если бы все говорили то, что думают!

Билли повернулась к матери, которая по-прежнему взирала на нее с обманчиво безмятежным выражением лица.

– Ну… Может, что-нибудь почитаю.

– Почитаешь, – повторила леди Бриджертон, промакивая салфеткой уголки губ. – Замечательно.

Девушка насторожилась и посмотрела на мать. На ум ей пришло сразу несколько саркастических замечаний, но, несмотря на кажущееся спокойствие, блеск в глазах матери подсказал Билли, что сейчас лучше держать язык за зубами.

Леди Бриджертон потянулась за чайником (по утрам она обычно пила чая больше, чем все остальные члены семьи, вместе взятые) и обратилась к дочери, поскольку и книг читала больше, чем все члены семьи, вместе взятые.

– Я бы могла кое-что тебе порекомендовать, если не возражаешь.