Джули Дейс – Свидание вслепую (страница 9)

– Я вовсене считаю его святым.

– О, еще как считаешь. Ты и мысли не допускаешь, что он приложил руку к разрушению твоей мечты.

Взяв небольшую паузу, я прислушиваюсь к зову сердца. А оно дает понять, что Спенсер тут ни при чем. Или я, как заявила Джо, наивная дурашка.

Я и впрямь наивная дурашка, потому что продолжаю видеть в людях хорошее. Время от времени хочется вытворить что-то дикое, но здравый смысл берет верх, и я отказываюсь от идеи подложить кому-то дерьма. На моем месте любая другая могла взять биту и в качестве мести изувечить тачку бывшего, как вариант, или изрезать всю его одежду ножницами вплоть до трусов. Выбросить из окна мужские игрушки по типу приставки. Мило улыбаться и хлопать глазами вечером, а потом, когда он пойдет принимать душ, отправить с его телефона рассылку списку контактов «у меня обнаружили герпес, проверься». В общем и целом, вы уже поняли, у меня вполне богатая фантазия. Простоя не такая. В противостоянии ангела и демона, восседающих на моих плечах, выигрывает добро. Не всегда, конечно, в пятницу победу одержал демоненок, но чаще всего свет доминирует над тьмой.

– Ты планируешь обзавестись новым мобильником? – Спрашивает подруга, сменив тему разговора.

– Э-э… да. Куплю, как только получу жалование.

– Теперь время приоткрыть занавес. Сколько тебе платят?

– Около восьмидесяти тысяч в год, может, немного больше.

Джо буквально сдирает огурцы с моих глаз, на лице остается маска, судя по аромату, ее вытащили из задницы улитки. В широко распахнутых глазах подруги отражаются значки доллара.

– Ты издеваешься? Восемьдесят тысяч баксов? То есть, от пяти до семи тысяч в месяц?

Я мычу, производя расчеты в голове.

– Да, примерно так.

– Хочу увидеть этого богатенького Ричи вживую. – Она задумчиво сдвигает тонкие брови. – И после озвученной суммы ты все еще думаешь, что Спенс ни при чем?

– Он был бы рад, если бы один из нас зарабатывал больше. Это означает, что мы позволили бы себе покупки крупнее несчастного тостера.

– Иисусе, Соф, в какой галактике ты живешь? Некоторые мужчины, чья женщина больше зарабатывает, чувствуют себя неполноценными. Это серьезно отражается на их ранимом эго.

Замечание Джо вполне резонно. Но я все еще отказываюсь в это верить. Кто угодно, только не Спенс, я всерьез думаю, что он подсунул Саманте рекомендацию, а она не глядя подписала. Кто еще, кроме него, это мог сделать?

– Возможно, засовывая член в нашего общего босса, он тоже хотел получить прибавку? – Размышляю я.

– Нет. Это животные инстинкты. Засунув в нее член, он навсегда перешел в ранг жирного «нет» и оскорбил тебя как женщину. Самую преданную женщину, которую ему довелось встретить лишь однажды.

Слезы щиплют глаза.

– Не смей, – предупреждает Джо, пригрозив пальцем. – Если бы Лиам изменил мне, то я не оставалась бы столь великодушной.

– Спасибо, детка, – выкрикивает он из спальни.

– Закрой уши, Господи, Лиам! – Возмущается Джо. – Это разговор тет-а-тет междудевочками! Насколько мне известно, у тебя нет вагины!

Я хихикаю, ущипнув подругу за бедро.

– Он все равно в курсе грязных подробностей. Скрывать нечего.

– Хватит! Эй, вы двое! – Сердито вопит Джо, пронзая взглядом стену за моей спиной. – Может, мне уйти, а вы поболтаете о ваших женских штучках?

– Прости, детка. Я надеваю наушники.

Глядя на меня, Джо шевелит бровями.

– Вот это я называю правильным воспитанием.

– С твоих рук он примет даже крысиный яд.

Сползая на свободную часть дивана, Джо возвращает огурцы на мои глаза, после чего вручает баночку и ложку.

– Фисташковое.

– Обожаю тебя, – говорю я.

– Поблагодаришь, когда на твоей заднице образуется апельсиновая корочка в виде целлюлита.

Запускаю ложку в стаканчик, следом за чем кладу на язык, издав одобрительный стон. У меня две слабости: мороженое и кислые кубики от Вархедс. Продам за них душу, вот такая я легкодоступная. Я прислушиваюсь к телевизору. Если не ошибаюсь, Джо включила чумовую пятницу. Как не узнать Линдси? Она символ нулевых.

– Теперь настало время серьезного разговора, пока твой рот занят.

– Фу, пошло, – бормочу я, уплетая мороженое.

– Можешь мычать, отвечая на вопросы.

Это я и делаю. Согласно мычу.

– Насколько по шкале от одного до пяти секс был хорош?

– Ты сказала мычать, – с ложкой во рту, напоминаю я.

– Ладушки. – Джо хлопает в ладоши. – Секс был хорош?

Я хмыкаю, что должно приравниваться к «да» и «нет». Временами казалось, будто Спенс делает мне одолжение. Порой он ссылался на головную боль. Подумать только, мужчина прикрывается мигренью, отказываясь от секса! Но да, такое случалось. Мы все же люди. Невыносимо думать, что он не хотел меня. Не хотел свою женщину. То есть, она перестала возбуждать его настолько, что он решил пойти к другой, будто это решит проблему. Меня не покидает ощущение, что все дело в сексе. В его излишестве или же отсутствии. Или я давала недостаточно. Может, он хотел попробовать что-то новое, но не осмелился признаться мне и тогда нашел выход. А, может, со мной что-то не так.

Я трясу головой, не желая верить в это.

– Ты чувствовала? В смысле, ты понимала, что что-то не так?

Снова хмыкаю. Об этом я размышляла в пятницу перед сном.

– И ты ничего не предприняла?

На сей раз отрицательно мычу.

– Мы виделись в пятницу. – В интонации Джо появляется настороженность, будто она боялась поведать о проведенном вечере. – Сидели в китайском ресторанчике. Ты же знаешь, я не могла отказаться. Он близкий друг Лиама. Я не могу запретить им общаться, хоть он и причинил боль моей лучшей подруге.

– Джо, не стоит оправдываться. Я не против, если вы общаетесь. Он же не убил моего хомячка.

– Но он разбил тебе сердце!

– Джо, ты не должна испытывать вину. Так… получилось.

И мое сердце не разбито. Оно всего-навсего разочарованно в сделанном когда-то выборе, который казался ему правильным.

– Спенс… Он хороший друг. Жених и муж из него, вероятно, никакой, но он умеет дружить. По крайней мере, с мужчинами.

– Я знаю, – неохотно подтверждаю я.

– И все же, почему он сунул в нее член? Как думаешь?

– Может, ему не хватало адреналина? – Я судорожно сглатываю, прежде чем добавить: – Или я перестала привлекать его как женщина.

Подруга очередной раз забирает огуречные ломтики, вернув их на тарелку.

– Ты чертовски сексуальная, Соф, только посмотри на себя. – Глаза Джо путешествуют по моему телу, а следом она сжимает мои груди. – Идеальный размер!

Мы же все понимаем, что так позволено делать исключительно женщинам? Ну, типа будь Лиам моим лучшим другом, он бы не рискнул лапать мои сиськи, приговаривая, что они идеальные. Такое противозаконно, если мужчина – гетеросексуал. Или если это не твой мужчина.

– Ни унции лишнего веса, пока не слупила эту и другие баночки мороженого. И задница у тебя тоже ничего. С твоими пропорциями было бы странно иметь огромные сиськи и задницу. Я это докажу!

Джо хватает телефон, и уже через минуту смотрю на свою фотографию, которую она использовала в качестве макета, но мое тело потерпело изменения. Через приложение Джо сделала коррекцию, увеличив грудь и задницу, наверное, на два размера. Честно признаться, глядя на это, я мысленно вычеркиваю из списка для Санты пластического хирурга. Нет, мне определенно не подходит увиденное. Такова моя участь: жить с тем, чем наградила природа.

– Теперь веришь?

– Да. – Я улыбаюсь и чмокаю ее в щеку. – Ты намного лучше любого психиатра.

Утром в понедельник меня охватывает волнение. Я не так хорошо знакома с Джеффри. Кто знает, может, мои вещи уже помещены в коробку и ждут на первом этаже в чулане с надписью «ненужный хлам». Я была весьма груба с его другом, который вполне мог бы работать в компании, занимая одну из верхушек пищевой цепи. Вдруг его угрозы не прошли даром и оставили меня без работы?

Я едва не ахаю, ступив на порог кабинета своего босса.