Джованни Боккаччо – Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений (страница 64)
Которое с покоем распрощалось,
А прежде ими счастье источалось
И каждый миг был мной с восторгом прожит.
Но что теперь ее досаду множит —
Любовь ли новая, как уж случалось,
Слепой ли гнев, обида ли, усталость
Иль что-нибудь во мне самом, быть может, —
Не ведаю; но знаю, что, не будь
Я гадок ей, не стал бы столь колюч
Взор глаз, где ласку различать любил я.
И плач владеет мной, гнетущ и жгуч,
О времени, что попусту убил я
На пламя, пепелившее мне грудь.
22
С тобой, сонет, бегу в тоске смятенной
От дум, что я не в силах усыпить:
В них та, что раз умела ослепить,
Моей кончины хочет непременно;
Куда б ни шел, они толпой бессменной
Меня преследуют, и не ступить
Ни шагу, чтоб восторга не испить,
Воспоминая облик несравненный.
И отголоски праздников былых,
Полны любви, веселья, игр и света,
Проносятся в моей душе поныне:
Но всё давно утрачено, мне их
Вовеки не вернуть, и, зная это,
Впадаю в плач и горькое унынье.
23
Амор, твой лук, увы, давно не диво,
А с ним и эта древняя стрела,
От коей смерть мне б сладостна была,
Ведь кто умрет красиво – жил красиво!
И я дрожу от этого порыва
И буду рад, служа тебе, дотла
Сгореть, сколь ни темны твои дела,
Коль не миную твоего призыва.
Мне жаль тебя, синьор почтенный мой,
Да ты и сам не слишком счастлив, мнится,
Что из отары изгнан я судьбой.
То всем урок, кому твой образ снится,
Кто верует в тебя, живет тобой,
Кто под твои знамена встать стремится.
24
Я к размышленьям о любви привык
И часто, лик прекрасный воспевая,
Тем самым удостаивался рая,
Куда Амор был верный проводник.
Теперь дух скорби в песнь мою проник,
И стала плачем радостность былая
С тех пор, как смерть нас разлучила злая
И стал землею лучезарный лик.
Впредь никогда не осветит мне думы
Прекрасный образ, утолявший прежде
Моих порывов и желаний жар,
Я плачу, проклинаю дни, угрюмый,
В короткой жизни места нет надежде,
Мне сущей пыткой сделался мой дар.
25
Поскольку я и в самом цвете лет,
Язвимый злыми стрелами Амора,
О смерти иль отмене приговора
Молил его, а он молчал в ответ,
Чего же ждать, когда висок уж сед,
И доняла невзгод шальная свора, 
