Джованни Боккаччо – Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений (страница 36)
CXXI
Уж коли ты, сатир, так строго судишь
Мою вину и так грубишь притом,
Начни с себя и смой своим судом
Свой собственный позор допрежь, чем будешь
Кусать других: знать, память ты пробудишь
О дне бесстыдном и зловонном том,
Когда ты дал естественным путем
Ребенку жизнь, – такое не забудешь!
И легче ведь не стал твой грех с тех пор,
Как ту, блудник седой, ты обрюхатил,
Что на себя работать подрядил.
О лютый патер, о срамной приор!
Опорожнивший чрево не утратил
Смекалки – и крестил, кого родил.
CXXII
Коль я виной, что музы к злобной черни
Явились на панель, где их хулят,
И низкопробный плебс, коснея в скверне,
Их таинствами тешит сальный взгляд,
Упрек твой принимаю, и, поверь мне,
И так уж гневом Аполлон объят,
И от его нещадных острых терний
Мои все члены ноют и болят.
Я нынче сам не свой: повисли руки,
И ноги словно налились свинцом,
И пыл былых порывов угасает.
Не чаю излечиться от докуки,
Что плотным опоясала кольцом;
Но всё же знаю – Бог меня спасает.
CXXIII
Коль Данте, где бы ни был он сейчас,
Печалится, что труд его нетленный
Мной, как ты говоришь, толпе презренной
В публичном чтенье явлен напоказ,
Я очень сожалею и не раз
Себя за это порицал смятенно,
Но не в моем уме, скажу смиренно,
Безумная затея родилась.
Пустой карман, напрасные надежды,
Друзей настойчивость и слепота
Меня на это дело подбивали.
Но не такого кустари-невежды
Хотят товара, ибо красота
Лютейшего врага найдет едва ли!
CXXIV
Я впрах стихами изведен твоими,
Они меня стыдом всечасно жгут;
И хоть грызет невыносимый зуд
Всю кожу мне, я, понуждаем ими,
Не раз устами дал, почти немыми,
Ответ на твой диктат и скорый суд,
Чьи стиль и форма, что меня гнетут,
В Болонье почитаются дурными.
И сам я каюсь всякий миг с тех пор,
Как сделал глупый шаг, что душу гложет,
Но ведь содеянного не вернуть.
Окстись, прошу, и верь, что мой позор
Не повторится и никто не сможет
Меня на этот путь опять толкнуть.
CXXV
В челнок, припасов начисто лишенный,
Я чернь бессмысленную поместил
И по морю без кормчего пустил
Плыть наобум, хоть мнит себя ученой: 
