Джованни Боккаччо – Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений (страница 15)
Надеждою, что теплится в душе,
Я жив доселе, ею ободренный,
Хотя и знаю: смерть не за горами.
И, стоя на последнем рубеже,
Молю судьбу, чтоб стала благосклонной
И сделала меня угодным даме.
XLIII
Надежда, что сквозь муки я пронес,
Не раз меня из мрака выводила,
Но тягостной судьбы не победила
И вздохи навевает вместо грез.
Любовные порывы столько слез
Доставили, что глухо забродила
Досада в сердце, взор мне помутила
. . . . . . . .
О, если правда, что узрю нежданно
Увядшей, сморщенной и бледной ту,
Чьего презренья так привык бояться, —
Сколь счастлив буду я и сколь желанной
Жизнь ускользающую вновь сочту,
Чтоб всласть над переменой посмеяться!
XLIV
Коль доживу, чтоб видеть, как легла
Нить серебра на локоны из злата,
В которые влюблен был без возврата,
И как бегут морщинки вдоль чела,
И как глаза, чье пламя жгло дотла,
Гноятся, и как стала грудь поката
И не поет, а лишь хрипит, – тогда-то
Прервется эта злая кабала:
Услышишь вместо вздоха, всхлипа, стона
Мой едкий смех, и, наконец-то смел,
Скажу: «Амор к тебе утратил милость;
Твой голос больше не чарует, донна;
Твой прежний лик увял и побледнел;
Что ж, плачь о том, что на любовь скупилась».
XLV
«О нечестивый, раб мой злополучный,
Что страждешь так? И плача, и стеня,
Амора и меня саму кляня,
Из-за чего ты так брюзжишь, докучный?
И что ты всё твердишь про выстрел лучный
И о стреле? Какого это дня
Просила я, чтоб ты любил меня,
Чтоб мы сердцами стали неразлучны?
Ты сам просил, порукой был Амор,
Тебя считать моим, так отчего же
В обмане и в жестокости укор?
Мне честь моя твоих забот дороже».
Такой Фьямметты, мнится, приговор —
Я чувствую и сокрушаюсь в дрожи.
XLVI
В который раз оглядываюсь я
На дни свои, и месяцы, и годы,
Что прожил я без счастья и свободы,
Одни надежды ложные тая.
Вступив на путь опасный бытия,
Я претерпел любовные невзгоды,
От них не вижу по сей день исхода,
Себя кляня и токи слез лия.
Будь проклят день, когда впервые очи
Моим предстали и Амор провел
Жестокие мне в сердце, взяв в тенёта!
Что медлишь, Смерть, – убить меня нет мочи?
Через тебя покой бы я обрел, 
