Джорджетт Хейер – Арабелла (страница 11)
Глава 4
Примерно в это время лорд Флитвуд, эксцентричный молодой модник, окинул своего друга мистера Бюмариса, хозяина дома, смеющимся взглядом и вызывающе спросил:
– Ну, вы пообещали мне, что завтра мы великолепно поохотимся. Где мы, кстати, встречаемся? А самое главное, как, Роберт, вы собираетесь развлекать меня сегодня вечером?
– Многие считают моего повара мастером своего дела, – сказал мистер Бюмарис. – Он француз. Думаю, вам понравится цыпленок в его исполнении, особенно под его фирменным соусом…
– Что? Вы выписали себе из Лондона Альфонса? – перебил лорд Флитвуд.
– Какого Альфонса? – удивился мистер Бюмарис, слегка нахмурив тщательно выщипанную бровь. – Ах нет, не его! Я даже не знаю имени своего повара. Но мне нравится, как он готовит рыбу.
– Держу пари, что если бы вы нашли повара, – рассмеялся лорд Флитвуд, – который готовил бы дичь, как нравится вам, то вы перетащили бы его в ваш охотничий домик, и платили бы ему королевское жалованье, лишь бы он оставался там весь охотничий сезон!
– Думаю, я так бы и поступил, – невозмутимо согласился мистер Бюмарис.
– Но поваром вы от меня не отделаетесь, – строго сказал его светлость. – Я согласился приехать сюда лишь потому, что ожидал увидеть здесь прекрасных куртизанок и поучаствовать во всевозможных оргиях. Ну, там, вы знаете, вино из черепов и тому подобное…
– Это все пагубное влияние лорда Байрона на общество, – заметил мистер Бюмарис и улыбнулся чуть презрительно.
– Кого? Ах, этого поэта, что поднял так много шума. Лично я считаю его ужасно невоспитанным, но, конечно же, я никогда не высказываю этого на людях. Ну да черт с ним! Роберт, где же прекрасные куртизанки?
– Неужели вы думаете, что я могу себе позволить держать здесь куртизанок? Я ведь не настолько богат, как вы, – ответил мистер Бюмарис.
Лорд Флитвуд широко улыбнулся.
– Нет уж, меня-то вам не провести! – возразил он. – Нужно в десять раз большее состояние, чем мое, чтобы побить такого… черт бы его подрал… такого Мидаса, как вы.
– Если я не ошибаюсь, все, к чему прикасался Мидас, превращалось в золото, – сказал мистер Бюмарис. – Видимо, вы имеете в виду Крёза.
– Никого я не имею в виду! Я даже и не слышал о таком!
– К сожалению, большинство вещей, к которым я прикасаюсь, в конце концов превращаются в мусор, – признался мистер Бюмарис. Хотя это и было сказано непринужденно, в его слабом голосе прозвучала горькая насмешка над самим собой.
Лорд понял, что шутка задела мистера Бюмариса, и попытался развеселить своего друга.
– Нет, это возмутительно, Роберт! Меня-то вам не обмануть. Если не будет никаких куртизанок…
– Я никак не могу взять в толк, почему вы предположили, что они непременно будут, – прервал его мистер Бюмарис.
– Да ничего я не предполагал. Просто это самые последние слухи. Все считают, что у вас здесь куртизанки, друг мой!
– Господи, это еще почему?
– Да откуда ж я знаю? Видимо, потому, что вы не бросили перчатку ни одной из тех красоток, что заигрывали с вами все эти долгие пять лет. Более того, ваши
– Нет, только не ее. Она – самая алчная женщина из всех, что я когда-либо знал.
– Зато какое личико! Какая фигура!
– И какой характер!
– Кстати, что теперь с ней стало? – спросил его светлость. – Я не видел ее с тех самых пор, как она выпорхнула из-под вашего крыла.
– Думаю, она уехала в Париж. А почему вы спрашиваете? Хотите занять мое место?
– Во имя Юпитера, нет! Мне и в голову такое не могло прийти, – откровенно сказал лорд. – Она же за месяц пустит меня по миру! Сколько вам пришлось отдать за тех серых мастистых лошадей, на которых она разъезжала по городу?
– Я уже и не помню.
– По правде говоря, она не стоила того, хотя я не отрицаю, что Фараглини была чертовски привлекательна! – признался лорд Флитвуд.
– Да, действительно, не стоила.
Лорд Флитвуд поглядел на своего собеседника с любопытством и изумлением.
– А для вас, Роберт, вообще в жизни есть хоть что-нибудь стоящее? – недоуменно спросил он.
– Конечно! Мои лошади! – тут же ответил мистер Бюмарис. – Кстати, о лошадях. На кой черт вы купили у Личфилда лошадь с перебитой ногой? А, Чарльз?
– А, вы про ту гнедую? Я прямо-таки влюбился в нее с первого взгляда, – восторженно сказал его светлость. – Что за чудное создание, вы себе представить не можете, Роберт!
– Если когда-нибудь в моей конюшне появится абсолютно негодный скакун, – едко поддел его мистер Бюмарис, – я обязательно предложу его вам в полной уверенности, что вы влюбитесь и в него!
Лорд Флитвуд горячо запротестовал, но в этот момент в комнату вошел дворецкий и извиняющимся тоном сообщил хозяину, что возле ворот сломалась проезжая карета и две ее пассажирки просят на какое-то время их приютить.
Светло-серые глаза мистера Бюмариса не отразили никаких эмоций, но его губы на мгновение сжались.
– Ну разумеется, – спокойно ответил он. – В гостиной горит камин. Попросите миссис Мерси провести дам туда.
Дворецкий поклонился и собрался выйти, но лорд Флитвуд остановил его.
– Нет, нет! Это слишком неудобно, Роберт! – воскликнул его светлость. – Как они выглядят, Брум? Симпатичные? Старые? Молоденькие?
Дворецкий, уже привыкший к свободному и простому поведению его светлости, все так же торжественно ответил:
– Одна из них молода и, думаю, очень симпатична.
– Я настаиваю, чтобы вы приняли этих женщин со всем подобающим гостеприимством, Роберт! – жестко произнес лорд. – Нет, он собрался принять их в гостиной! Пригласите их сюда, Брум!
Дворецкий посмотрел на своего хозяина, ожидая его согласия, будто полагал, что мистер Бюмарис не подтвердит приказание его светлости.
– Как вам угодно, Чарльз, – по обыкновению безразлично ответил мистер Бюмарис.
– Какой же вы неблагодарный! – сказал лорд Флитвуд, когда дворецкий удалился. – Вы не заслуживаете вашего состояния! Их же привело само Провидение!
– Я очень сомневаюсь, что они окажутся куртизанками, – только и смог возразить мистер Бюмарис. – Вам же ведь куртизанки нужны?
– Любое развлечение лучше, чем никакого, – ответил лорд Флитвуд.
– Что за ужасные слова! И зачем я вас пригласил.
– Роберт, неужели вы полагали, – широко улыбнулся лорд, – что меня – меня! – удастся оставить без развлечений? Вокруг полно подхалимов, которые готовы из кожи вон лезть, лишь бы попасть в ваш великолепный дом, и в качестве развлечения им вполне достаточно партии в пикет. Роберт, клянусь…
– Вы забываете о поваре.
– Но я вовсе не один из этих подхалимов! – Его светлость был неумолим.
С одной стороны, мистер Бюмарис был человеком спокойным и замкнутым; но иногда он улыбался своей особой улыбкой, от которой выражение его лица становилось не таким строгим, а в глазах появлялись огоньки подлинного веселья. Конечно же, в обществе он улыбался совсем другой, немного сардонической улыбкой. Но тот, кто был удостоен чести видеть ту особую улыбку, как правило, резко менял свое мнение о ее обладателе. Те же, кто никогда ее не видел, считали мистера Бюмариса гордым, неприятным человеком. Хотя немногие отважились сказать это вслух о человеке, который мало того что был знатного рода и владел огромным состоянием, так еще и считался в обществе признанным лидером. Лорду Флитвуду уже приходилось видеть эту особую улыбку на лице мистера Бюмариса, и, увидев ее еще раз, он широко улыбнулся сам.
– Как вы можете, Чарльз? Вам же прекрасно известно, что в вопросах моды я полностью полагаюсь на вас.
Когда Арабелла вошла в комнату, оба мужчины смеялись, и ей выпало счастье увидеть мистера Бюмариса в лучшем расположении духа. Ей и в голову не приходило, что она, с темными вьющимися локонами и милым личиком, восхитительно оттененным высокой шляпкой, украшенной завитыми страусиными перьями и завязанными на бантик с одной стороны малиновыми ленточками, выглядела очень красивой, хотя дочерям мистера Тэлланта всегда твердили, что не стоит придерживаться высокого мнения относительно собственной внешности. Она остановилась в дверях, ожидая, пока дворецкий представит ее и мисс Блекберн. Хотя Арабелла и не чувствовала застенчивости, она разглядывала все вокруг широко открытыми, полными невинного интереса глазами. Дом не был особенно большим, но она видела, что он обставлен с большим вкусом, и весьма дорогим вкусом. Девушка быстро взглянула на лорда Флитвуда, который в этот момент чисто инстинктивно поправил пестрый платок на шее, а потом посмотрела и на мистера Бюмариса.
Брат Арабеллы пытался казаться денди, и она думала, что видела в Хэрроугейте модно одетых мужчин. Теперь девушка поняла, как она ошибалась. Ни один из виденных ею мужчин по элегантности и в подметки не годился мистеру Бюмарису.
Лорд Флитвуд или любой из его друзей с первого взгляда узнали бы руку портного, сшившего тонкий сюртук оливкового цвета, в который мистер Бюмарис был сейчас одет. Арабелле магическое имя Вестона знакомо не было, и она просто видела костюм такого восхитительного покроя, будто бы он в точности повторял очертания тела его обладателя. И очень хорошего тела, надо сказать. Не было никакой нужды в тех подкладках, что портному из Нарсборо пришлось подложить под плечики нового сюртука Бертрама! А если бы Бертрам увидел стройные ноги мистера Бюмариса, в узких панталонах и сверкающих ботфортах, он просто умер бы от зависти! Воротник рубашки мистера Бюмариса был не таким высоким, как у Бертрама, но узел на его шейном платке тут же внушал уважение тому, кто хоть раз видел борьбу Бертрама с гораздо более простым узлом. Арабелла не была уверена, нравится ли ей прическа мистера Бюмариса – он носил короткую стрижку, – но зато была абсолютно уверена, что стоящий перед ней мужчина с угасающей улыбкой на губах и отблесками смеха в серых глазах был очень красив.