Джордж Лейн – Краткая история. Монголы (страница 7)

Все догадки так и останутся гипотезами, поскольку все древние хроники всегда приукрашивают Чингисхана. Рассказ Пола Ратчневски о жизни великого хана основан на монументальной истории Рашид ад-Дина, которая, в свою очередь, основана на несохранившихся китайских и монгольских источниках, а также на анонимном «Сокровенном сказании», монгольской стихотворной хронике, авторство и время создания которой достоверно неизвестны, а степень объективности оставляет желать лучшего. Как отмечает Игорь де Рахевильц во введении к фундаментальному переводу этого великого произведения, «Сокровенное сказание» «является единственным подлинным (не путать с достоверным) исконно монгольским рассказом о жизни и деяниях Чингисхана» [1]. И даже если ее содержание может в итоге показаться излишне героизированным, то необходимо помнить, что Чингисхан в любом случае был героем. А потому неудивительно, что его блестящему успеху должны соответствовать и примечательные ранние годы.

Чингисхан (ум. 1227)

Четыре события определили ход ранней жизни Тэмуджина, и два эпизода можно назвать решающими в его восхождении к абсолютной власти. Во-первых, его отец был отравлен татарами в нарушение изложенных в ясе норм гостеприимства, после чего его семья была брошена племенем на произвол судьбы. Юный Чингисхан усвоил урок – никогда никому не доверять, не благоговеть перед традициями и полагаться только на себя. Во-вторых, убийство сводного брата явило характерные для Чингисхана безжалостность и решительность, вероятно привитые предшествующими трагическими событиями. В-третьих, в детстве он был похищен и попал в плен к соперничающему клану тайджиутов, которые были настолько убеждены, что с возрастом он доставит им новые неприятности, что единодушно намеревались убить его сразу же по достижении совершеннолетия. Благодаря характерным для натуры Тэмуджина проницательности, рассудительности и железной выдержке он сбежал от своих похитителей, что прибавило к его репутации и ореол таинственности. Четвертым событием, которому суждено было иметь далеко идущие последствия, стало похищение меркитами его любимой жены Бортэ, помолвленной с ним еще в детстве. Юный Тэмуджин выбрал ее вопреки воле отца. Первая его реакция в тот момент, когда молодую девушку похитили прямо на его глазах, раскрывает характер Чингисхана как хладнокровного и расчетливого стратега, так и целеустремленного мужчину, движимого любовью и честью, способного принимать решения и придерживаться их, действовать уверенно и в соответствии со справедливостью.

Два показательных эпизода можно выделить особо, поскольку они предвосхищают грядущие события. Это, во-первых, сплочение сторонников Тэмуджина в долине Балджуны. Данное событие настолько приукрашено в рассказах, что реальные факты разглядеть непросто, но, в сущности, перед нами поворотный момент в судьбе Чингисхана, ставший решающим испытанием верности его последователей. Во-вторых, последовавший за этим открытый конфликт с названым братом Джамухой (рассказы о котором, несомненно, также претерпели значительную трансформацию) стал тем решающим моментом, когда Тэмуджин встретил свою судьбу.

Хотя Тэмуджин не был рожден аристократом[57], его детство прошло в приличных условиях. Отец семейства, Есугей, сын Бартан-баатура, был признанным вождем ведущего монгольского клана, хотя эта позиция и оспаривалась тайджиутами, будущими похитителями Тэмуджина. Его прадед, хан Хабул, получил признание империи Цзинь[58] в качестве кагана (каана) объединения Хамаг Монгол[59], но после того, как в 1161 году симпатии чжурчжэней переметнулись на сторону татар, его судьба была решена. Хан Хабул был убит татарами[60], так же как и его внук несколько десятилетий спустя. Хан Хабул был внуком хана Хайду, первого вождя, которому приписывают попытку объединить монгольские племена и получить признание у правителей чжурчжэней Северного Китая. Отец Тэмуджина Есугей был назван в честь татарина, убитого в битве его отцом Хабулом. И татарину же было суждено убить Есугея[61], оставив Тэмуджина девятилетним сиротой, слишком молодым, чтобы наследовать отцу в качестве вождя клана Кият. Лишь спустя несколько лет Тэмуджин смог занять достаточно могущественное положение, чтобы отомстить татарам.

Тэмуджин, который, как известно, родился «держа в правой руке своей запекшийся сгусток крови»[62], сам был назван в честь татарина Тэмуджин-уге, плененного его отцом, что, несомненно, лишь усугубляло вражду, существовавшую между двумя племенами. Он родился в 1162 году (хотя иногда называют 1155 год), его матерью была Оэлун-экэ из клана Олхонут[63]. В лучших традициях тюркомонголов она была похищена Есугеем и его братьями, когда вместе со своим новым мужем, меркитом Еке-Чиледу, возвращалась в лагерь меркитов. Эта история прибавила к наследству Тэмуджина еще больше врагов и зеркально отразилась позднее в похищении его невесты Бортэ. Хотя похищение было общепринятой традиционной формой брачного обряда, обычай вызывал негодование и служил распространенной причиной вражды и межплеменных столкновений. Несмотря на то что Есугей сделал Оэлун-экэ своей главной женой (высокая честь, поскольку дети только одной из его жен могли быть наследниками), меркиты не были готовы простить это оскорбление, а у степи долгая память. Оэлун-экэ родила Есугею-баатуру[64] еще троих сыновей, Хасара, Хачиуна и Тэмугэ, и, наконец, дочь Тэмулун, появившуюся на свет, когда Тэмуджину было девять. У него было еще два брата, Бэктэр и Бельгутэй, от второй жены отца. Хроника «Сокровенное сказание», все больше критикуемая исследователями как ненадежный пример толуидской пропаганды [2], называет Оэлун-экэ сильной и решительной женщиной, претерпевшей невероятные лишения после убийства мужа и предательства со стороны собственного племени.

Семья обитала у реки Онон, где дети с ранних лет обучались верховой езде и стрельбе из лука. В эти годы Тэмуджин тесно подружился с Джамухой, соседским мальчиком, с которым он заключил кровное братство (анда), обмениваясь костями для игры и стрелами. Отношения между побратимами часто считались более крепкими, чем даже между братьями по крови, и к ним нельзя было относиться легкомысленно. Как раз тогда отец Тэмуджина обручил его с Бортэ, дочерью Дай-Сечена из племени Боскур, ветви ведущего монгольского племени унгиратов. На обратном пути, покинув лагерь отца невесты и оставив сына с его новыми родственниками, Есугей-баатур проезжал мимо группы татар, ставших лагерем для обеда. Он воспользовался древним кочевым обычаем гостеприимства и был приглашен разделить трапезу. Тем не менее татары распознали в нем врага, который ранее ограбил их: «это Есугай-Киян явился – рассуждали они»[65], и отравили его пищу. По возвращении домой он умер, доверив верному отцу Мунлику[66], старейшему слуге семьи, обеспечить безопасное возвращение домой старшего сына.

После убийства Есугея положение его домочадцев резко пошатнулось, и, как старший сын, Тэмуджин был отозван домой, чтобы обеспечивать семью. «Сокровенное сказание» замечательно описывает старания матери:

Мудрой женой родилась Оэлун. Малых детей своих вот как растила: Буденную шапочку покрепче приладит, Поясом платье повыше подберет, По Онон-реке вниз и вверх пробежит, По зернышку с черемухи да яблонь-дичков сберет И день и ночь своих деток пестует. Смелой родилась наша мать – Учжин. Чад своих благословенных вот как растила: С лыковым лукошком в степь уйдет, На варево деткам корней накопает, Корней судун да корней кичигина. Черемухой да луком вскормленные, Доросли до ханского величия[67] [3].

Этот горький опыт и суровый урок оставил глубокий след в характере Тэмуджина. Когда родственники решили, что хранить верность погибшему вождю стратегически ошибочно, политически неоправданно и экономически вредно, положение семьи ухудшилось. Не приняв слишком еще молодого Тэмуджина в роли главы клана, последователи Есугей-баатура из клана тайджиутов, его ноход, покинули лагерь со словами: «Тут ключевые воды пропали, Бел-камень треснул!»[68] [4] (монгольская пословица «Ситуация ухудшилась до такой степени, что ничего нельзя исправить» [5]).

Поскольку надежды на военные походы и грабеж испарились, ноход покинули бедствующую семью Есугея. Менее понятно, почему близкие родственники семьи поступили так же, включая мать Бэктэра и Бельгутэй, сводных братьев Тэмуджина. Согласно степной традиции, вдову должен был взять в жены и опекать младший брат ее мужа, в данном случае – Даритай-отчигин. Оэлун-экэ отказалась, заявив о своем желании воспитывать семью в одиночку. Поскольку Рашид ад-Дин свидетельствует, что на самом деле обездоленное семейство получало значительную поддержку от родственников, включая Кучара, старшего брата Есугея, то не исключено, что «Сокровенное сказание» преувеличивает тяготы Тэмуджина, дабы нарисовать картину бедствий, падающих одна за другой на будущего покорителя мира, которые ему так замечательно удалось преодолеть. Но если сведения «Сокровенного сказания» верны, то появляется весомый аргумент в пользу того, что Тэмуджин родился в бедной, безвестной семье, у которой не было никаких прославленных предков.

Как бы то ни было, для Оэлун-экэ и ее молодой семьи наступило тяжелое время, и такие сыновние занятия, как, например, угон лошадей, стали более необходимостью, чем забавой. Члены семьи считали себя вероломно брошенными на произвол судьбы, и личность Тэмуджина сформировалась именно в этих условиях: «Нет друзей, кроме своих теней. Нет хлыста, кроме скотского хвоста»[69].