Покой и лень, во всем тебе мирволя,
Боясь обидеть знатного сынка,
Чья власть в грядущем будет велика, —
На герцогские шалости смотрели
Сквозь пальцы и бранить тебя не смели.
Когда же юных паразитов рой,
Которым был не ты, – кумир златой
(И в юности, на самом дней рассвете,
Готовы льстить рабы дрянные эти), —
Когда они внушать тебе начнут,
Что почести одни тебя лишь ждут,
Что ты к величью избран от рожденья,
Что лишь глупцы корпят в тисках ученья
Над книгами, что благородный дух
К морали общей может быть и глух, —
Не верь: они влекут на путь позора,
Честь имени ты с ними сгубишь скоро!
Нет, обратись к немногим тем друзьям,
Которых в Иде ты узнал сызмала,
Иль, если даже не найдешь и там
Таких, чья смелость правду бы сказала
И осудить дурное все дерзала, —
Спроси свое ты сердце: пусть гласит
Оно, как твой советник и свидетель;
Оно тебе, мой мальчик, верный щит,
И верю, – в нем таится добродетель.
Да, за тобою долго я следил;
Но рок зовет: я осужден к уходу…
В твоей душе я силы находил,
Которые, созрев, людскому роду
Благословеньем были б. Ах, я сам
Дик по природе, слишком горд, упрям;
Я безрассудства, точно, сын любимый;
Но если так во многом грешен я, —
Пусть это все падет лишь на меня,
Пусть я один паду, неукротимый;
Но все ж ценить умею я вполне
Те доблести, которых нет во мне.
Достаточно ль – меж прочими сынами
Могущества, на краткий час блеснуть,
Как метеор, украсив именами
Страницы пэрства, жизненный свой путь
Отметив только спесью перед нами?
Такому общий жребий рок сулит;
При жизни знатен, а в гробу забыт,
Не отличен от смертного простого
Ничем, как только камнем гробовым
С гербом полуразрушенным над ним,
Да свитком геральдическим, чье слово
Напыщенно, но пусто. Так спит лорд,
Безвестен, нем, хоть именем он горд;
Так мирно спят могилы средь забвенья,
А в них – тела, безумства, прегрешенья
Тех, чей отмечен в летописях род,
Хоть запись ту едва ли кто прочтет.
Хотел бы я, хоть в будущем далеком,
Пророческим тебя увидеть оком
Меж мудрецов и добрых, в их среде;
Хотел бы, чтоб в успехе неустанном
Талантом ты блистал, не только саном,
И чтоб ты был прославленный везде,
Пороком не запятнан ни единым,
Фортуны не любимцем – лучшим сыном!
Взор обрати в анналы прежних лет:
Блистателен твоих там предков след.
