Джонатан Джэнз – Летящие в ночи (страница 54)
– Как скажешь.
Вокруг нас материализовался квартет солдат.
Я взял Пич за левую руку, Мия – за правую. Мы втроем последовали за Риггсом, а Барли – за нами. Так наша группа и двинулась к выходу, где мы обнаружили полковника Хаддада, Кастро и Баркера.
– Подождите, – сказал я. – А где родители Барли? Где Пьер?
– Они уже внутри мембраны, – сказал Кастро, усмехнувшись.
– Внутри чего? – переспросила Мия.
– Вот дойдем, – сказал Риггс спокойным тоном, – и узнаешь.
С некоторыми опасениями я последовал за Риггсом и его свитой на улицу. Дождь утих, и начали стрекотать цикады. Пич дрожала, прижимаясь ко мне. Неужели она чувствовала что-то, чего не мог почувствовать я? Я знал, что обладаю чем-то вроде телепатии, но какой бы ужасный дар я ни получил от этих чудовищ, он не действовал, пока мы шагали по жутко тихому парку.
Мы прошли сквозь заслон елей и пошли по широкой тропе, петляющей то влево, то вправо. Когда мы вышли из зарослей и я увидел, куда мы направляемся, меня охватил ужас. Я задрожал, но тут же попытался взять себя в руки, вспомнив, что должен быть храбрым ради остальных. Взглянул на Мию, которая в ужасе смотрела на место назначения.
Мембрана, как назвал ее Риггс, представляла собой огромное укрытие под открытым небом. Оно располагалось в небольшой впадине и было окружено кольцом густого леса. Деревья вокруг выглядели очень старыми.
Я был уверен, что убежище построили для злополучного национального парка: от него исходила унылая аура запущенности, как от закрытой больницы или заброшенного парка развлечений. Но пугало меня скорее то, что организовали там люди Риггса.
– Нравится? – усмехнулся Риггс.
– А что это за штука вокруг? – спросила Пич.
– Пластиковая пленка. Мои люди купили ее в «Хоум Депо».
– Но почему… – начала Мия.
– Никаких вопросов, – оборвал ее Риггс. – Пойдемте. Нечего время тратить.
И прежде чем Риггс повернулся, я уловил в его лице нечто такое, что напугало меня сильнее, чем что-либо еще с тех пор, как нас с Барли чуть не убил Ночной ужас. Вместо жестокости или презрения в глазах Риггса появилась непривычная напряженность, а рот скривился, будто он скалился. Я внезапно понял, что Риггсу страшно.
С бешено колотящимся сердцем я вместе с сестрой и друзьями двинулся к убежищу.
Точнее, нет. К мембране.
– Добро пожаловать в ваш новый дом, – объявил Риггс, и его голос эхом отразился от пластиковой оболочки убежища. Войдя, я заметил Пьера, Дэйва, Аниту и родителей Барли. Это было несложно: если не считать охранников, расставленных по периметру, они были единственными людьми в этом убежище. Ни столов, ни скамеек, ни единого мангала. Но, несмотря на яркое освещение, мембрана казалась чертовски жуткой.
Я уловил движение в дальнем углу и понял, что ошибся. Там был еще один объект. Солдаты Риггса вкатили через пластиковые листы большой инструмент.
– Бур, – прошептала Мия.
Пара солдат стояла на коленях перед квадратным отверстием в полу. Один из них держал что-то выглядящее как стальная дверь, а другой прикреплял ее к петлям.
Заметив наш взгляд, Риггс пояснил:
– Убежище от торнадо. Достаточно большое, чтобы вместить пару сотен человек. В экстренных случаях – больше. Проблема в том, – продолжил он, двигаясь к центру помещения, – что в конструкции есть серьезный недостаток.
– То, что стены сделаны из пластика? – спросил Барли.
– Умник, – пробормотал Кастро.
Риггс отмахнулся от них обоих.
– Стены не имеют значения. Думаешь, крепкие стены помешают торнадо оторвать всю эту конструкцию от земли и зашвырнуть ее в небеса?
– Привет, Пьер, – сказал я, когда мы подошли к тому месту, где стояли наши близкие. Мама Барли сразу же подошла к сыну и заключила его в медвежьи объятия. Я взглянул на отца Барли, который смотрел на Риггса так, словно тот был враждебным инопланетным существом, стремящимся уничтожить все живое на планете Земля.
Я подумал, что это не так уж далеко от правды. И мне стало еще страшнее. Холодок внутри усилился.
– Они тебе что-нибудь рассказали? – спросил Пьер, затаив дыхание.
– Частично. Прошлой ночью.
Пьер удивленно на меня взглянул, и я понял, что не разговаривал с ним с тех пор, как меня отвели в конференц-зал. Я уже собирался поделиться тем, что знал – о пещерах, о разногласиях между Риггсом и Хаддадом, – но тут в разговор вмешался Риггс.
– Как вообще, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, – создатели этого чудесного места додумались сделать лишь один вход в убежище, предназначенное для кучи человек?
– Идиоты, – поддакнул ему Кастро.
– Запомни, малец, – сказал мне Риггс, – всегда оставляй себе пространство для маневра.
Звуки потасовки заставили нас всех обернуться.
– Не… трогайте меня! – потребовал мужской голос.
Баркер. Его толкала вперед пара головорезов Риггса. Всего здесь находилась дюжина солдат – и это не считая Риггса, Кастро и Хаддада. Клингер, как ни странно, отсутствовал.
И тем не менее все эти солдаты казались… лишними.
– Ты в порядке? – спросил Дэйв Майерс, садясь перед Пич.
– Мне не нравится это место.
Он горько улыбнулся.
– Мне тоже. У меня от него мороз по коже.
Пич кивнула, но прижалась ко мне. Я понимал, что она не готова довериться Дэйву, и это одновременно успокаивало и огорчало меня. С одной стороны, сестренка всегда была слишком доверчивой, настолько, что я беспокоился, как бы она не ушла с каким-нибудь незнакомцем, пообещавшим показать ей щенят. С другой стороны, Пич видела, как я общаюсь с этим мужчиной, но все равно боялась его. Еще один признак того, как все произошедшее изменило этого невинного ребенка.
– Мои парни работали все утро, – сказал Риггс, затем приложил ладонь ко рту, посмотрев на Мию с притворным раскаянием. – Извиняюсь. Конечно же, я должен был сказать «мои люди». А то как-то неуважительно к дамам под моим командованием, не правда ли?
– Отпустите этих людей, – сказал полковник Хаддад. Все повернулись и уставились на него.
– Черт возьми, полковник, – сказал Кастро, – вы же знаете, что мы не можем этого сделать.
– Отпустите их, – повторил Хаддад.
Я понял, что зря судил о полковнике по его спокойному поведению. Он особо не показывал эмоций, но это не означало, что он ничего не чувствует.
Риггс посмотрел на Хаддада.
– А зачем, мать вашу, нам это делать?
– Затем, что это порядочно, – ответил он.
Риггс расслабился, в нем вновь проснулся невозмутимый садист.
– Черт, полковник. Подумать только, я чуть было не оставил прошлое в прошлом. Должно быть, к старости совсем размяк.
– Я же говорил, что ему нельзя доверять, – пробормотал Кастро.
Хаддад подошел ближе к Риггсу.
– О чем вы говорите?
– Нью-Хэмпшир, – ответил Риггс. – Белые горы.
Хаддад посмотрел на него так, словно ответ его поразил.
– Так вот в чем дело? Между нами просто возникло разногласие…
– Ага, конечно, разногласие. Это было гребаное неподчинение. Вы отказались исполнять мой приказ.
– Это случилось двадцать три года назад. – Хаддад переводил взгляд с одного лица на другое, будто пытаясь найти в них хоть немного здравомыслия. – Вы хотите сказать, что цель всего этого мероприятия – свести старые счеты?