Джон Рональд – Война за самоцветы (страница 77)
(35) По поводу использования слова «город» см. стр. 148, § 302. {На стр. 148 сказано так: «„Город“ — вполне возможное прочтение, если это слово использовано в старинном значении „поселение, окруженное оградой“».}
(36) {Шалаш. — В оригинале здесь использовано слово , которое в современном английском значит «киоск, будка», однако раньше означало «временное жилище, покрытое ветвями деревьев или другими непрочными материалами». По мнению К.
Толкина, его отец мог иметь в виду древнеисландское (и родственное английскому) слово , которое в исландских сагах прилагается к временным жилищам, где исландцы обитали, приехав на тинг, — и которое в английских переводах исландских саг переводится словом , а в русских — «шалаш».}
(37) В наброске сюжета для «Нарн», который частично приведен на стр. 256-258, говорится, хотя и чуть раньше (запись за 472 год), что Халдир и Хундад погибли в Нирнаэт и что «лишь трое из их людей остались в живых, однако Маблунг из Дориата исцелил их раны и доставил обратно». См. далее стр. 236-237.
(38) Вот что было написано в черновой рукописи:
— Надо, чтобы завтра он бодрствовал. Может быть, нужна еда получше.
Проследите за этим, а не то как бы и стражникам не пришлось предстать перед народом.
— Это ты к чему клонишь? — спросил их главный.
— Попробуй сам разгадать эту загадку, — отвечал Мантор.
(39) И жены. — Эти слова восходят к черновой рукописи. Ср. с вычеркнутой фразой [стр. 304]
на стр. 279, где говорилось, что по обычаю Брэтиля жен тоже призывали на совет.
(40) Здесь и зачастую далее слово «халад» переправлено из «хранитель»; см. заметку, процитированную на стр. 270, где слово «халад» (множественное число — «халадин») переводится как «хранитель\хранители». Во всех этих случаях я даю «халад» и не указываю, что это исправление.
(41) Ранее, кажется, нигде не говорилось о том, что старый язык народа Халэт вышел из употребления (в черновой рукописи было «старый язык халадин» и «халадинское вече») и что на смену ему пришло «наречие Бэлэрианда».
(42) В черновой рукописи здесь идет продолжение еще не отвергнутой истории о заточении Асгорна (Асгона) и его людей (ср. с предложением, вычеркнутым в машинописи, стр. 278: Хурина заперли в пещере «неподалеку от той, в которой по-
прежнему томились Асгорн с товарищами»):
— Пусть первые узники предстанут пред нами!
Тогда ввели Асгорна и его товарищей со связанными за спиной руками.
Оттого поднялся громкий ропот; и встал [один старец >] Мантор.
— С вашего дозволения, господин и народ, — заговорил он. — Позволено ли мне спросить, отчего эти люди в узах?
Там же сделана приписка: «Пусть Харатор скрывает, что Асгорн и др. все еще в заточении; а Мантор пусть скажет, почему так». Здесь текст прерывается и возобновляется на новой странице с наброском переделанной истории, как в машинописном тексте.
(43) Здесь с самого начала было напечатано «Харданг», а не «Харатор».
(44) В черновой рукописи было «Пусть так…» — т. е. Мантор перебивал Харданга.
(45) Приписка в черновой рукописи гласит: «Он [Дорлас] также был другом Харатора и презирал Брандира, в то время как Харатор желал Брандира сместить». О том, что Дорлас был другом Харданга (Харатора), уже говорилось раньше, при первом появлении Дорласова сына Авранка (стр. 275): «любимец Харданга, как его отец».
(46) В истории о смерти Дорласа из заключительной части «Нарн», как об этом рассказано в рукописи, Брандир не оставлял своего меча рядом с телом Дорласа.
Дальше там говорится, что «Брандир, глядя в лицо Турину и видя свою смерть, обнажил короткий меч и приготовился защищаться»; а Турин «поднял Гуртанг и, отбросив меч Брандира, убил его». Поправки, внесенные в более поздний текст окончания «Нарн», напечатанный машинисткой, изменили сюжет, и вот что мы видим в «Неоконченных преданиях»: Брандир бросает свой меч, убив Дорласа (стр. 139), а лицом к лицу с Турином «он стоял недвижно и не дрогнул, хотя не было у него другого оружия, кроме костыля»; слова «отбросив
[стр. 305]
меч Брандира» были вычеркнуты (стр. 143). Мне представляется маловероятным, что отец внес изменения, в силу которых убийство Брандира выглядит еще хуже, лишь ради того, чтобы по Брэтилю ходили слухи, порочащие репутацию Дорласа: полагаю, отец изменил сюжет именно затем, чтобы хуже выглядел Турин в сцене убийства Брандира, — а в этом случае, конечно, поправки в машинопись заключительной части «Нарн» уже были внесены на момент написания данного пассажа. Впоследствии это место было убрано в скобки, начиная с «И темные слухи ходили о Дорласе», что, видимо, подразумевает сомнения относительно его включения; дальше эта тема не затрагивается.
(47) …по рукам и ногам… — ранее, на стр. 282, было сделано добавление, где сказано, что теперь оковы были наложены и на руки Хурина.
(48) Галдор Орхал — «Галдор Высокий». Это титулование ранее не приводилась на эльфийском.
(49) …и добрые жены. — По поводу этих вычеркнутых слов см. примеч. 39.
(50) Лучше бы я дал тебе выстрелить! — См. стр. 278.
(51) Ранняя версия рассказа о случившемся на вечевой стогне, изложенная в черновой рукописи (чернилами по карандашу), не очень сильно расходится с окончательным вариантом до того момента, как Хурин выкрикивает, обращаясь к Харатору (как пока еще зовут халада): «Руки, одни лишь руки надобны, чтобы вырвать эту глотку, полную лжи». Вот что происходит дальше:
С этим, рассвирепев, Хурин спрыгнул с Камня и двинулся к Харатору. Но Харатор бежал пред ним, созывая своих провожатых сплотиться вокруг него; однако у ворот Харатор обернулся, воскликнув:
— Он лжет, люди Брэтиля! Он опять бредит. Я об этом ведать не ведал, пока он не сказал!
Харатор говорил правду; но было слишком поздно: мало кто в разгневанном собрании поверил ему.
В изначальном тексте, записанном карандашом, Харатор больше говорит в свою защиту, используя аргумент, который в окончательной редакции отошел к Мантору (стр. 294-295): «Никто из нашего народа никогда не ходит к тому камню, ибо то место проклято. До сего времени ни я, ни кто-либо из мужей и жен нашего народа слыхом не слыхивал о том, что она пришла к камню». В этом месте, переписывая текст чернилами, отец остановился и написал: «Не надо, чтобы Харатор защищался. Он бежит в страхе — и большинству народа это кажется признанием вины».
Дальше черновая рукопись превращается в хаос: карандашный текст местами совершенно неразборчив, местами в него вкрапляются более поздние вставки, сделанные чернилами, — и так до самого конца, так что с трудом можно строить догадки развитии сюжета. Однако представляется, что на этой стадии осады и сожжения чертога предводителей еще не было. За отступлением Харатора и его сторонников с вечевой стогны сразу идут упреки Мантора Хурину: Мантор оправдывает обращение людей Брэтиля с Турином и отрицает, что Харатор [стр. 306]
мог хоть что-то знать о приходе Морвэн. Это, в свою очередь, немедленно ведет к отправке экспедиции к Кабэд Наэрамарт и похоронам Морвэн. Обращаясь к Хурину, Мантор называет себя «последним из халадин», однако о судьбе Харатора вроде бы ничего не сказано. См. далее примеч. 53.
Новый черновик, набросанный весьма небрежно, но вразумительный, подхватывает повествование в начале речи Хурина, обращенной к вечу (стр. 290); окончательный вариант недалеко отходит от этой версии.
(52) Длиной та дорога была почти восемь лиг, и, прежде чем они достигли Нэн Гирит… — В заключительной части «Нарн» («Неоконченные предания», стр. 136) от Эфэль Брандир до Нэн Гирит было «самое малое пять лиг»; в более раннем наброске в этом месте говорилось о семи лигах (см. комментарий к «Серым летописям», §§ 329-
332, стр. 158).
(53) …в небе горело алое зарево… — Завершение изначальной черновой рукописи (см.
примеч. 51) местами неразборчиво, но сказано, что «после похорон Морвэн они вернулись и увидели алое пламя. Обэль горит, ведь бунтующие нападают на… Но, пока они идут, из леса прилетает стрела и Мантор падает». Это заставляет остановиться на предположении, что исходно сожжение чертога предводителей следовало за погребением Морвэн и что, когда сожжение стало центральным событием повести, алое зарево, видимое от Нэн Гирит, сохранилось как указание на беспорядки, продолжавшиеся и на следующий день. Это подтверждается завершением второй черновой рукописи, приведенным в конце примеч. 54; но это момент спорный.
(54) Завершение исходной черновой рукописи (см. примеч. 51, 53), в котором идет речь о случившемся после смерти Мантора, отец для четкости обвел карандашом за исключением слова или слов, которые он сам не смог разобрать. Вот этот текст: Несколько человек, боясь, что Брэтилю настал конец, и желая бежать еще дальше от Моргота — не имея ни собственных жилищ, ни земли — не прочь отправиться с Хурином. Они уходят — и встречают [ ] Но нынче Хурин, кажется, окреп и помолодел — кажется, месть его воодушевила, и он [ ] теперь идет энергично.
Они уходят в леса и собирают последних беженцев лесовиков (родственных народу Брэтиля).
Они выбирают своим предводителем Асгорна, но тот обращается с Хурином как со своим лордом и действует по его велению. Куда нам пойти? Они должны [? знать] какое-то убежище. Они идут к Нарготронду.
Существует отдельная страница с другой версией завершения: И стоял он там некоторое время угрюмый и молчаливый. Но Мантор, оглянувшись, увидел вдалеке алое зарево. «Я должен вернуться», — сказал он. И