Джон Рональд – Утраченный путь (страница 25)
нес (стр. 38, 47). Он задается вопросом, подразумевается ли под «Владыкой Запада»
король Нуменора, или Манвэ, или этот титул, принадлежащий Манвэ, король присвоил назло ему; и в заключение говорит – «вероятно, последнее». Далее сле-
дует «сценарий», согласно которому Манвэ посылает Соронтура, Короля Орлов, и летящий Соронтур застилает крыльями солнце, отбрасывая огромную тень 67УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬ
на землю. Именно тогда Элендиль произнес эту фразу, однако его подслушали, на него донесли и отвели его к Таркалиону, который объявил, что титул принадлежит ему. В написанном повествовании Элендиль говорит эти слова Херендилю (стр.
62), видя тучи, встающие на Западе в вечернем небе и простирающие «огромные крылья», – при виде той же самой картины эту фразу повторяют Альбоин Эррол и люди Нуменора в «Акаллабет» (стр. 277), – и Херендиль отвечает, что этот титул по указу принадлежит королю. Из заметок не ясно, каков был исход ареста Элендиля, однако же сказано, что Херендилю поручили командование одним из кораблей, и сам Элендиль присоединился к великому походу, поскольку последовал за Херендилем; что, когда они достигли Валинора, Таркалион поместил Элендиля на корабле его сына в качестве заложника, и что, когда они высадились на бе-
рег, Херендиль был повержен. Элендиль спас его, отнес на борт корабля, и они, «преследуемые громами Таркалиона», отплыли обратно на восток. «Когда они приближаются к Нуменору, мир искривляется; они видят, как земля скользит им навстречу», и Элендиль падает в пучину и тонет.* Эта группа заметок завершается ссылками на прибытие нуменорцев в Средиземье и на «более поздние истории»: на «летучие корабли», на «пещеры, покрытые росписью», на «то, как Друг эльфов прошел по Прямому Пути».
В других заметках упоминаются составленные «анти-сауронистами» планы нападения на Храм – планы, которые Херендиль выдает «на том условии, что Элендиля пощадят»; нападающие терпят поражение, Элендиль захвачен в плен.
То ли в связи с этим, то ли отдельно существует предположение, что Херендиль арестован и заточен в темницах Саурона, и Элендиль отрекается от Богов, чтобы спасти сына.
Мне кажется, что по написании сушествующего повествования все это было отвергнуто, и что завершающие слова Херендиля свидетельствуют: на тот мо-
мент отец держал в мыслях некое совершенно определенное развитие сюжета, при котором Элендиль и его сын оставались едины перед лицом ожидавших их событий.**
В ранних повествованиях нет никаких указаний на длительность существо-
вания королевства Нуменор от его основания до гибели; и упоминается имя лишь одного короля. В беседе с Херендилем Элендиль приписывает все обру-
шившиеся на них беды приходу Саурона; таким образом, все они произошли за довольно короткое время (сорок четыре года, стр. 66). Между тем, в «Акал-
лабет», где представлен довольно значительный отрезок истории Нуменора, *Любопытно было бы знать, не относится ли к этой малопонятной истории интригующе загадочная заметка, нацарапанная отдельно: «Если один из них подведет другого, они по-
гибнут и не вернутся. Таким образом, Элендиль должен в последний момент взять верх над Херендилем и уговорить его остановиться, иначе они погибли бы. В этот момент он видит себя Альбоином и понимает, что Элендиль и Херендиль погибли».
** Я предположил (стр. 31), что, поскольку в (§ 14) Элендиль из Нуменора появля-
ется как король в Белерианде, он наверняка был среди тех, которые не принимали участия в походе Тар-калиона, но «пребывали на своих кораблях, что стояли у восточного побережья земли» ( § 9).
УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬ 77
эти беды начались задолго до того и на самом деле прослеживаются вплоть до двенадцатого правителя, Тар-Кирьятана Кораблестроителя, который принял скипетр почти за полторы тысячи лет до Низвержения («Акаллабет», стр. 265, «Неоконченные предания», стр. 221).
Рассказ Элендиля в конце «Утраченного пути» рисует мрачную картину: одур-
маненный, стареющий король перестает появляться перед народом; люди, неу-
годные «правительству», необъяснимым образом исчезают; соглядатаи, тюрьмы, пытки, секретность, страх ночи; пропаганда в виде «переписывания истории»
(примером которого могут служить слова Херендиля о том, что теперь расска-
зывают об Эаренделе, стр. 60); изготовление в большом количестве боевого ору-
жия, предназначение которого скрывается, однако же все о нем догадываются; и за всем этим – жуткая фигура Саурона, подлинная власть, следящая за всей страной с Горы Нуменора. Благодаря наставлениям Саурона были изобретены металлические корабли, которые ходят по морям без парусов, однако выглядят отталкивающе в глазах тех, кто не отрекся от Тол-эрессеа и не забыл его; построили мрачные крепости и уродливые башни; создали снаряды, которые проносятся с шумом, подобным грому, и поражают цели за много миль. Более того, молодежь воспринимает Нуменор как перенаселенную, надоевшую страну, изученную вдоль и поперек: «все деревья и травинки наперечет», как говорит Херендиль; и Саурон, по всей видимости, использует это недовольство, чтобы проводить политику «им-
перской» экспансии и амбиций, которую он навязывает королю. Когда отец на том этапе углубился в прошлое, в мир человека, первым носившего имя «Друг эльфов», он обнаружил там образ того, что больше всего ненавидел и чего больше всего страшился в своем собственном мире.
( )
Ненаписанные главы
Определить, действительно ли отец принял решение изменить структуру книги, перенеся нуменорскую историю в конец, еще до того, как оборвал четвертую главу на словах Херендиля «Я остаюсь, отец», нельзя; однако представляется вполне возможным, что на самом деле именно это решение и привело к тому, что отец оставил работу над текстом. Во всяком случае, он написал на отдельном листке: «Продвигаться назад к Нуменору и сделать его последним», добавив предположе-
ние, что в каждой истории кто-то должен произносить слова об Орлах Владыки Запада, но что они означают, выяснится только в финале (см. стр. 75–76). Далее следу-
ют торопливо набросанные замыслы повествований, которые должны были вкли-
ниться между Альбоином и Аудоином двадцатого века и нуменорскими Элендилем и Херендилем, но все они интригующе коротки: «лангобардская история?»; «скан-
динавская история о погребальной ладье (Винланд)»; «английская история – о че-
ловеке, который вступил на Прямой Путь?»; «История о Туата-де-Данаан, или Тир-
нан-Ог» (об этом см. стр. 81– 83); история о «пещерах, покрытых росписью»; «лед-
никовый период – огромные фигуры во льду», и «до ледникового периода: исто-
рия Галдора»; «пост-белериандский период и история Элендиля и Гиль-галада о 87УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬ
нападении на Ту»; и, наконец, «нуменорская история». К одной из этих тем – к «ан-
глийской истории о человеке, который вступил на Прямой Путь», – прилагается заметка более пространная, записанная явно второпях: Но это лучше всего подойдет в качестве введения к «Утраченным сказаниям»: как Эльфвине проплыл по Прямому Пути. Они все плыли, и плыли, и плыли по морю; и море сделалось очень ясным и очень спокойным – ни облаков, ни ветра.
Вода за бортом казалась разреженной и совсем светлой. Глядя вниз, Эльфвине внезапно увидел внизу, в воде, сияющей на солнце, земли и гр [т.е., горы или гору]. У них затруднено дыхание. Его спутники один за другим бросаются за борт. Эльфвине теряет сознание, чувствуя чудный аромат, словно бы земли и цветов. Придя в себя, он обнаруживает, что корабль тащат мужи, идущие вброд по воде. Ему рассказывают, что за тысячу лет лишь очень немногие люди могут дышать воздухом Эрессеа (то есть Аваллона), а дальше никто этого не может.
Так он попадает на Эрессеа, и ему рассказывают «Утраченные сказания».
Позднее к этому карандашом приписана «История Скеафа, или Скильда»; думаю, именно здесь и возникла идея англосаксонского эпизода (который, единственный из всех этих планов, был близок к тому, чтобы сдвинуться с мертвой точки).
Эта заметка представляет особый интерес: она демонстрирует, как отец сводит вместе старую историю о путешествии Эльфвине на Тол-эрессеа и рассказывании «Утраченных сказаний» и идею Мира, Ставшего Круглым, и Прямого Пути, кото-
рая появилась на данном этапе. Со словами о затрудненном дыхании ср. § 12, где сказано, что Прямой Путь «рассекал воздушные пределы дыхания и полета [Вильва, Виста] и пролегал через Ильмен, губительный для всякой плоти».
Затем отец (насколько я понимаю) составил черновой набросок структуры кни-
ги, как он представлял ее теперь. Глава , об англосаксонском воплощении отца и сына, должна была называться «Шаг назад: Эльфвине и Эадвине»* и включала в себя легенду о короле Шиве; глава – «Ирландская легенда о Туата-де-Данаан – и самом старом человеке на свете»; глава – «Доисторический Север: древние коро-
ли найдены погребенными во льду»; глава – «Белерианд»; глава (видимо, ошибка, вместо ) «Элендиль и Херендиль в Нуменоре». Интересно отметить, что о лангобардской легенде как части повествования уже не упоминается: см.
стр. 55.
Этот план книги был отправлен в издательство «Аллен энд Анвин» вместе с рукописью и оказался включен в набранный там машинописный текст.
Если не считать англосаксонского эпизода, единственным фрагментом связ-