Джон Рональд – Утраченный путь (страница 102)
Отсчет параграфов снова начинается с § 1.
§ 1. И открылся их взорам Одинокий остров, но не задержались они там; и, наконец, бросили они якорь в Заливе Эльфийского Дома у границ мира; и заприметили телери корабль, и немало подивились, различив вда-
леке сияние Сильмариля, слепящее и яркое. А Эарендель единственным из живущих людей высадился на бессмертные берега; и обратился он к Эльвинг и своим спутникам, трем мореходам, что сопровождали его в плавании через все моря, звались же они Фалатар, Айрандир и Эреллонт; * О существовании переписанного окончания следовало упомянуть в примечании к . 366.
42 3УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬОкончание § 1
и молвил им: «Никто кроме меня не ступит на этот берег, чтобы не об-
рушился на вас гнев Богов и смертный приговор, ибо запрещено сие. Лишь на себя навлеку я ту опасность во имя Двух Народов».
§ 2. Но отвечала Эльвинг: «Тогда пути наши разойдутся навсегда. Нет же, любые опасности, грозящие тебе, разделю я с тобою!» И она спрыгнула в пенный прибой и подбежала к нему; и опечалился Эарендель, полагая, что теперь оба они умрут, не пройдет и многих дней. И распрощались они со своими спутниками, и были навеки от них отторгнуты.
§ 3. Тогда Эарендель молвил Эльвинг: «Жди меня здесь: одному лишь дано доставить послания, вверенные мне». И один зашагал он прочь от берега, и показалось ему, что вокруг царят пустота и безмолвие. Ибо точно так же, как явились некогда Моргот и Унголиантэ, так и Эарендель теперь явился во время празднества, и почти все эльфы ушли в Валинор либо со-
брались в чертогах Манвэ на Таникветили; лишь немногие остались нести дозор на стенах Туна.
§ 4. Посему эти дозорные в великой спешке поскакали в Валмар; и за-
звонили все колокола Валмара. Эарендель же поднялся на высокий зеле-
ный холм Кор – и не встретил ни души; и тяжело стало у него на сердце, ибо устрашился он, что неведомое зло проникло даже в Благословенное Королевство. И вот брел он по опустевшим дорогам Туна, и алмазная пыль осыпбла одежды его и обувь, и сиял и искрился он, поднимаясь по высо-
ким белым лестницам. Громко взывал он на разных языках, – языках как людей, так и эльфов, – но некому было ответить ему. Потому Эарендель повернул, наконец, обратно к побережью, думая вновь пуститься в пла-
ванье на корабле своем «Вингелоте» и отказаться от своего поручения, и жить впредь на море. Но едва ступил он на дорогу, уводящую к берегу, и отвратил лицо свое от башен Туна, как некто окликнул его громовым голосом с холма, восклицая: «Привет тебе, Эарендель, яркая звезда, пре-
краснейший из посланников! Привет тебе, несущий свет прежде Солнца и Луны, о долгожданный гость, приспевший негаданно, о желанный гость, явившийся паче чаяния! Привет, о слава и гордость детей мира, о убийца тьмы! Звезда заката, привет тебе! Привет тебе, вестник рассвета!»
§ 5. То был голос Фионвэ, сына Манвэ; он явился из Валмара, и призвал он Эаренделя к Богам. И Эарендель вошел в Валинор и в чертоги Валмара и никогда более не ступал в земли людей. Там пред лицом бессмертных Богов предстал он и доставил послание от
5–1 §§ еиначнокОКВЕНТА СИЛЬМАРИЛЛИОН 325
Двух Народов. О прощении для нолдор просил он и о сострадании к их великим горестям, и о милости к злосчастным людям и о помощи в час нужды. И услышана была его мольба.
§ 6. Тогда сыны валар изготовились к битве; и возглавил воинство Фионвэ, сын Манвэ. Под его белоснежное знамя встали также линдар, Светлые эльфы, народ Ингвэ; а среди них также и те из нолдор древности, что не покидали Валинора, и Ингвиэль, сын Ингвэ, был вождем их. Но па-
мятуя о кровопролитии в Лебединой гавани и о похищении кораблей их, немногие телери пожелали пойти на войну. Но явилась к ним Эльвинг, и поскольку была она прекрасна и нежна, а по отцу род свой вела от Тингола, который приходился им роднею, телери вняли ей и послали достаточно мореходов, чтобы вести корабли, которые и перевезли бульшую часть во-
инства на восток за море. Но сами они остались на борту, и никто из них так и не ступил на берега Ближних земель.
§ 7. Вот как вышло, что Эльвинг оказалась среди телери. Эарендель ушел очень давно, и Эльвинг изнывала от страха и одиночества; и побрела она вдоль кромки воды, печально напевая про себя, и дошла так до Алквалон-
дэ, Лебединой гавани, где стояли на якоре телерийские корабли; там при-
ветили ее телери. Потому, когда наконец возвратился Эарендель искать ее, нашел он ее среди них, а телери внимали ее рассказам о Тинголе и Мелиан, и о Сокрытом Королевстве, и о прекрасной Лутиэн, преисполнившись из-
умления и сочувствия.
§ 8. Боги между тем посовещались об участи Эаренделя и призвали Улмо из морских глубин; когда же собрались они все, заговорил Мандос и молвил: «Ныне должно ему умереть, ибо ступил он на запретный брег». Но отозвался Улмо: «Для того и явился он в мир. Вот что скажи мне: кто он –Эарендель ли, сын Туора из рода Хадора, или сын Идрили, дочери Тургона из эльфийского дома Финвэ?» И ответствовал Мандос: «Нолдор, по доброй воле ушедшим в изгнание, равно не дозволено возвращаться сюда».
§ 9. Тогда Манвэ объявил решение свое и молвил так: «Для Эаренделя я отменю запрет, и опасность, которую навлек он на себя из любви к Двум Народам, да не коснется Эаренделя, равно как и жены его Эльвинг, что броси-
ла вызов опасности из любви к Эаренделю, – кроме как в одном лишь: нет им отныне обратной дороги ни к эльфам, ни к людям Внешних земель. Ибо все, в ком есть кровь смертных людей, будь ее доля велика или мала, смертны, разве что иной приговор назначат им; а в этом деле власть выносить приговор дана 62 3УТРАЧЕННЫЙ ПУТЬОкончание §§ 5–9
мне. Вот какова моя воля: Эаренделю и Эльвинг, и сыновьям их, дается свободный выбор; пусть каждый решает сам, по законам какого народа судим он будет».
§ 10. И вот призвали Эаренделя и Эльвинг и объявили им сие реше-
ние. Тогда Эарендель молвил Эльвинг: «Выбирай ты, ибо устал я от мира».
И Эльвинг избрала участь Перворожденных, памятуя о судьбе Лутиэн; и ради нее Эарендель предпочел тот же удел, хотя сердцем своим стремился скорее к людям и к народу своего отца.
§ 11. Тогда по повелению Богов Фионвэ отправился на побережье, где все еще ожидали вестей спутники Эаренделя. Фионвэ взял ладью и усадил в нее трех мореходов; и Боги наслали могучий ветер и погнали ладью прочь на Восток. Затем взяли они «Вингелот», и освятили его, и пронесли через весь Валинор к самому окоему мира; и там он [добавлено: проплыл через Дверь Ночи и] был вознесен ввысь, в небесные океаны. Дивен и прекра-
сен стал тот корабль: трепещущее пламя, яркое и чистое, наполняло его; Эарендель-мореход стоял у руля, на одеждах его искрилась пыль эльфий-
ских самоцветов, а на челе сиял Сильмариль. В дальние дали отправлялся он на том корабле, и даже в беззвездную пустоту; чаще же всего видели его утром либо вечером, мерцающим в лучах рассвета либо заката, когда воз-
вращался он в Валинор из странствий своих за пределами мира.
§ 12. Эльвинг не сопровождала его в пути, ибо недоставало ей сил выно-
сить холод необитаемой пустоты; сердцу ее милее были земля и ласковые ветра, что дуют над морем и холмом. Потому выстроили для Эльвинг бе-
лую башню на границах внешнего мира, в северной области Разлучающих морей; туда порою слетались все морские птицы земли. Говорится, будто Эльвинг, сама некогда принявшая их обличье, постигла языки и познания птиц, и измыслила для себя белые и серебристо-серые крылья, птицы же обучили ее искусству полета. И порою, когда Эарендель, возвращаясь, сно-
ва приближался к земле, она взлетала навстречу ему – как летела давным-
давно, спасенная от гибели в морской пучине. Тогда зоркие глаза эльфов, живущих на западной оконечности Одинокого острова, различали ее в обличии сияющей белой птицы, и на крыльях ее играл розовый закатный отблеск, когда радостно взмывала она ввысь, приветствуя возвращение «Вингелота» в гавань.
§ 13. Когда впервые отправился «Вингелот» в плавание по небесным морям, искристо-яркий, нежданным поднялся он над миром; 31–9 §§ еиначнокОКВЕНТА СИЛЬМАРИЛЛИОН 327
и узрели далекий свет обитатели земли, и подивились, и сочли его знаком надежды. Когда же эта новая звезда взошла на Западе, молвил Майдрос Маглору: «Воистину то Сильмариль сияет в небе?» И ответствовал Маг-
лор: «Если это и впрямь Сильмариль, что канул на наших глазах в море, снова вознесен ввысь силой Богов тогда порадуемся же; ибо многие по-
любуются теперь на его красоту, и однако ж надежно защищен он от любого зла». И эльфы поглядели вверх и более не отчаивались; Моргот же встревожился.
§ 14. Говорится, однако, что не ожидал Моргот нападения с Запада.
Столь великая гордыня обуяла его, что полагал Моргот: никто и никогда открыто не пойдет на него с войною. Более того, был он убежден, что рас-
сорил номов с Богами и с собственной родней их навсегда; и что валар, в довольстве живущим в своем Блаженном Краю, нет более дела до его ко-
ролевства во внешнем мире. Ибо для того, кто не ведает жалости, деяния жалости вовеки чужды и в расчет не берутся.
§ 15. Немногое рассказывается в повестях о походе воинства Фионвэ на Север; ибо в армиях сих не было никого из тех эльфов, что жили и страдали в Ближних землях, – тех, что сложили хроники тех дней, известные и ныне; узнали они о тех событиях много позже от родни своей, Светлых эльфов Валинора. Но наконец явился с Запада Фионвэ, и от призывного звука его труб дрогнул небесный свод; и призвал он к себе всех эльфов и людей от Хитлума до Востока; и над Белериандом запылало ослепительное сияние пламенеющих доспехов, ибо сыны Богов были юны, прекрасны и грозны, и горы звенели под их поступью.