Джон Рональд – Устроение средиземья (страница 48)

и смешались с Темными эльфами, и позабыли о древней своей мощи и славе.

21 скитались на востоке, в Синих горах, бесприютными изгнанниками >

скитались от места к месту, точно гонимые ветром листья.

22 Броселианд > Белерианд, как и выше.

23 Здесь добавлен следующий абзац:

и тем сильнее ярился он, ибо говорится, будто из всех номов наибольшие страх и ненависть внушали ему дом и народ Финголфина, кои вовеки не прислушивались к его льстивым, обманным речам, и на Север отправи-

лись, как рассказывают, лишь из верности родне своей.

24 погубит > окончательно погубит

12

Морвен1, жена Хурина, осталась в Хитлуме, а с нею – лишь двое стари-

ков, слишком дряхлых, чтобы отправиться на войну, и девы, и юные от-

роки; и в их числе дитя Хурина – Турин, сын Хурина, прославленный в песнях. Морвен же снова была на сносях, потому по-прежнему жила она, скорбя, в Хитлуме, а не отправилась, подобно Риан, жене Хуора, искать вестей о своем супруге. Мужи2 верного народа были перебиты, и Мор-

гот согнал туда вместо них тех, что предали эльфов, и запер их за Тени-

стыми горами, а если те забредали в Броселианд3 или далее, убивал их; вот и все, что получили они из обещанных им наград и благоволения.

Однако сердца их обратились ко злу, и мало приязни выказывали они женщинам и детям погибших верных, и большинство их обратили в рабство. Велики были мужество и величие Морвен, и многие страши-

лись ее и перешептывались, будто сведуща она в черной магии номов4.

Но жила она в бедности, почитай что всеми заброшенная; тайно помо-

гала ей родственница Айрин, которую взял в жены Бродда из числа при-

шлых людей, обладавший среди них немалой властью. Потому запало ей на ум отослать Турина, коему тогда исполнилось семь годов, к Тинголу, чтобы не довелось ему расти мужланом или слугой; ибо Хурин и Берен встарь были друзьями. О судьбе Турина повествуется в «Детях Хурина», и нет нужды пересказывать сию повесть здесь подробно, хотя и сплете-

на она с судьбами Сильмарилей и эльфов. Зовется она «Повесть скорби», ибо весьма печальна, и явлены в ней худшие деяния Моргота Бауглира.

Турин воспитывался при дворе Тингола, однако со

временем, по мере того, как росла власть Моргота, из Хит-

лума перестали приходить вести, ибо путь был долог

22 1УСТРОЕНИЕ СРЕДИЗЕМЬЯ§§11–12

и труден, и ничего более не слышал Турин о сестре своей Ниэнор, что ро-

дилась после его ухода из дома, и о матери своей Морвен; и на сердце у не-

го сделалось темно и тяжко. Часто доводилось Турину сражаться на грани-

цах королевства, где сдружился он с Белегом Лучником; редко появлялся Турин при дворе, волосы его и одежда пришли в небрежение и беспоря-

док, хотя голос не огрубел, а в песнях звучала печаль. Однажды на королев-

ском пиру принялся над ним насмехаться неразумный эльф именем Ор-

гов, понося его грубое платье и дикий вид. И потехи ради отозвался он пре-

небрежительно о девах и женах народа Хитлума. Турин же, не сознавая своей растущей силы, убил Оргова чашей для вина за королевским столом.

И бежал он прочь от двора, и, почитая себя изгоем, объявил войну всем: эльфам, людям и оркам, что только встречались на пути отчаян-

ному отряду, собранному им на границах королевства, – отряду гони-

мых людей, илькоринов и номов. Однажды, когда отлучился Турин, его соратники захватили Белега Лучника, и привязали его к дереву, и непре-

менно убили бы, но возвратился Турин, и, преисполнившись раская-

ния, освободил Белега, и отрекся от разбоя и войны против всех, кроме орков. От Белега узнал Турин, что Тингол оправдал его деяние в тот же день, как было совершено оно. Однако ж не вернулся он в Тысячу Пе-

щер, но о подвигах, что свершали на границах Дориата Белег и Турин, много толковали в чертогах Тингола; прознали про них и в Ангбанде.

И был в отряде Турина некий ном5, Блодрин, сын Бана, но долго про-

жил он среди гномов, и сердце у него было злое, и к Турину присоеди-

нился он из любви к разбою. Мало пришлась ему по душе новая жизнь, более изобильная ранами, нежели добычей. В конце концов выдал он потаенные укрытия Турина6 оркам, и лагерь Турина захватили врас-

плох. Блодрина настигла во мраке шальная стрела его же собственных злобных союзников, но Турина по повелению Моргота взяли в плен живым, как некогда Хурина. Ибо Моргот начал опасаться, что в Дори-

ате, за лабиринтами Мелиан, где деяния Турина остаются от него со-

крыты и лишь слухи доходят о них7, Турин обманет судьбу, что Моргот для него измыслил. Белега же сочли мертвым и оставили лежать под грудой павших. Там его и отыскали посланцы Тингола, что пришли звать их Турином на пир в Тысячу Пещер. Белега отнесли туда, и Ме-

лиан исцелила его, и отправился он один на поиски Турина. Всех лес-

ных жителей, что когда-либо рождались на свет, превосходил Белег, и в искусстве идти по следу лишь самую малость уступал Хуану, хотя нахо-

дил он след благодаря острому зрению и ловкости, а не по запаху. И тем не менее, сбился он с пути в лабиринтах Смертной Ночной Мглы и бро-

дил там в отчаянии, пока не заприметил светильник Флиндинга, 21§«КВЕНТА» 123

Фуилинова сына8, Флиндинг же бежал из Морготовых копей – согбен-

ная, запуганная тень себя прежнего, и обличием, и нравом. От Флиндин-

га узнал Белег вести об орочьей шайке, захватившей Турина; надолго за-

держалась она в тех землях, промышляя грабежом на востоке среди лю-

дей, но теперь орки спешно наверстывали время, ибо получили гневное послание Моргота, и шли по орочьей дороге через Таур-на-Фуин.

Там, где дорога эта выводила из лесу, у самой опушки на крутых9 скло-

нах, что лежат к югу от Жаждущей равнины, затаились Флиндинг и Белег, следя, как орки проходят мимо. Когда же орки покинули лес и спустились далеко вниз по склонам, дабы встать лагерем в пустынной долине, откуда виден был Тангородрим, Белег и его спутник последовали за ними. Под покровом ночи Белег перебил из лука волков-часовых и вместе с Флин-

дингом прокрался в самую глубь орочьего лагеря. С превеликими труд-

ностями, подвергая себя смертельной опасности, они подняли Турина, –а тот, забывшийся от усталости беспробудным сном, ничего не сознавал, – вынесли его из лагеря и уложили наземь в лощине, заросшей густым терновником, выше по склону холма. Рассекая10 оковы, Белег ранил Тури-

ну ступню; и тот, внезапно очнувшись, охваченный страхом и яростью, ибо орки часто мучили его, обнаружил, что свободен. Тогда, в безумии своем, Турин схватил меч Белега и зарубил друга, почитая его врагом. В

этот миг со светильника Флиндинга соскользнул покров, и Турин увидел лицо Белега, и безумие оставило его, и он словно бы обратился в камень.

Орки же, разбуженные криками Турина, когда тот бросился на Беле-

га, обнаружили пропажу пленника, но разбежались, ибо разразилась ужасная гроза с громом и проливным дождем. Поутру же увидел Флиндинг, как орки уходят прочь по влажным курящимся пескам Дор-

на-Фауглит. Но пока бушевала гроза, Турин сидел неподвижно, и едва удалось заставить его подняться, чтобы тот помог похоронить Белега и его лук в заросшей терном лощине. После того Флиндинг повел его в безопасное место, – Турин же шел за ним отрешенно, не сознавая, что делает; но когда он испил воды из источника Нарога у озера Иври-

на, разум его исцелился. Ибо застывшие его слезы хлынули потоком, и зарыдал он, а, выплакавшись, сложил песнь для Белега под названием «Дружба Лучника», и стала она боевой песней недругов Моргота.

*

1 На полях напротив первого абзаца этого раздела написано: Включить Шлем Гумлина со страницы 34. Стр. 34 в рукописи содержит фрагмент, посвященный Шлему, в § 11, стр. 118.