Джон Рональд – Кольцо Моргота (страница 24)

§94 И всех живущих в Валиноре потрясло создание рук Феанора, и исполнились они изумления и восхищения; а Варда благословила Сильмарилы, и с той поры ни смертная плоть, и ничто злое и нечистое не могло коснуться их без того, чтобы его не опалило и не сожгло непереносимой болью. А Мелькор жаждал Сильмарилов, и самая память об их сиянии терзала его сердце словно жгучее пламя9.

1450-1490

§95 А потому, хотя он по-прежнему с великим искусством таил свои намерения, Мелькор теперь все нетерпеливей искал, как ему погубить Феанора и привести к концу дружбу валар и эльдар. Долог был его труд; и скудны поначалу плоды. Но тот, кто сеет ложь, не будет в конце обделен урожаем и скоро сможет оставить свои труды: другие пожнут и посеют взамен его. Всегда отыскивались уши, что были готовы слушать Мелькора, и языки, что прибавляли от себя к услышанному. Ибо ложь Мелькора укоренялась той правдой, что была в ней.

§96 Вот так в Эльдамаре начали шептать, что валар привели эльдар в Валинор, завидуя их красоте и мастерству и боясь, что станут они слишком сильны, чтобы повелевать ими в свободных землях востока. А еще Мелькор поведал о грядущем приходе людей, о чем валар не говорили еще эльфам, и вновь шептали повсюду, что боги вознамерились сберечь королевства Среднеземья для младшей, слабейшей расы, которую им легче будет подчинить себе, обманом лишив эльфов того, что дано им в наследство Илуватаром.

§97 Тогда наконец принцы нолдор начали роптать против валар, и многие исполнились гордыни, забыв обо всем, чему научили их валар и чем одарили. И

теперь (пробудив гнев и гордыню) Мелькор заговорил с эльдар об оружии, а прежде не было у них ни оружия, ни знания о нем; ибо оружейные валар после заточения Мелькора были затворены. Но теперь нолдор стали ковать мечи, и секиры, и копья; и щиты со знаками многих домов и родов, что соперничали друг с другом.

§98 Великим мастером был Феанор в то время, и принцем гордым и надменным, и ревниво охранял все, принадлежавшее ему; и Мелькор не спускал с него глаз. Ибо по-прежнему жаждал он Сильмарилов; но Феанор ныне редко являл их миру и чаще хранил запертыми в темноте сокровищницы Туны; и с неохотой теперь показывал их любому, кроме отца своего и семерых сыновей. А потому Мелькор распустил новую ложь, что Финголфин замышляет лишить Феанора и его отца благосклонности валар и занять их место, и может преуспеть в том, ибо валар недовольны, что Сильмарилы не вверены их попечению. Из-за этой лжи начались меж гордыми детьми Финвэ раздоры, и Мелькор был доволен; ибо все теперь шло по его замыслу. И

внезапно, прежде чем валар поняли это, мир Валинора был нарушен, и в Эльдамаре заблистали мечи.

1490

§99 Тогда боги разгневались и призвали Феанора к себе. Они раскрыли всю ложь Мелькора, но поскольку Феанор первым нарушил мир и угрожал в Амане насилием, по их приговору он изгнан был из Тириона на двадцать10 лет. И он ушел, поселившись на севере Валинора близ чертогов Мандоса, где в Форменосе выстроил новую сокровищницу и твердыню; великое множество самоцветов хранил он там, но Сильмарилы запер в комнате из железа. Туда из-

за любви своей к Феанору ушел Финвэ; и Финголфин правил среди нолдор Туны. Так ложь Мелкора, казалось, обернулась правдой, и злые чувства, что он пробудил, долго не утихали меж сынами Финголфина и Феанора.

§100 Тулкас поспешил прямо из Круга судеб, дабы призвать Мелькора к ответу, но Мелькор, зная, что замыслы его обнаружены11, укрылся от взглядов, окутавшись облаком; и живущим в Валиноре казалось, что свет Дерев не столь ярок, как прежде, а тени удлинились и потемнели.

1492

§101 И говорят, что некоторое время Мелькора не видели более; но внезапно он появился пред дверьми дома Финвэ и Феанора в Форменосе и искал встречи с ними. И сказал им: “Смотрите же, правда все, о чем я говорил, и вы воистину изгнаны несправедливо. И не мыслите, что Сильмарилы в безопасности, где бы ни хранились они во владениях богов. Но если сердце Феанора и ныне свободно и отважно, как были его слова в Туне, то я помогу вам и уведу далеко из этой тесной земли. Ибо разве я не вала, как и они? Да, и более их, и всегда был другом нолдор, самого искусного и доблестного среди всех народов Арды.

§102 Тогда сердце Феанора ожесточилось, и он исполнился страха за Сильмарилы, и так осталось. Но слова Мелькора проникли чересчур глубоко и разожгли пламя более яростное, чем он хотел; Феанор взглянул на него пылающим взором, и вот! прозрел он насквозь обличье Мелькора и проник покровы его мыслей, угадав там жажду Сильмарилов. Тогда ненависть превозмогла его страх, и он проклял Мелькора и велел ему убираться прочь.

“Уходи от моих дверей, ты, бродяга12, которому место в Мандосе” - так ответил он и закрыл двери своего дома пред лицом могущественнейшего из всех живущих в Эа.

§103 Будучи в опасности, Мелькор в этот раз ушел, снедаемый яростью, но за унижение свое замыслил жестоко отомстить. Финвэ же исполнился великого страха и спешно послал гонцов к Манвэ в Валмар.

§104 Тогда Оромэ и Тулкас отправились в погоню за Мелькором, но не успели они отъехать далеко, как явились гонцы из Эльдамара с вестью, что Мелькор бежал через Калакирьян13, в ярости миновав холм Туны подобно грозовому облаку. И с бегством его тень покинула Валинор, и на время вся земля вновь исполнилась света. Но боги понапрасну искали вестей о своем враге, и на сердце их тяжко лежали думы о том, на какое новое зло он может пойти.

§105 Говорят, что Мелькор пришел в темный край Арвалин. А эта узкая полоса земли лежала к югу от залива Эльдамар, но к востоку от гор Пелори, и ее длинный и угрюмый берег уходил на юг мира, лишенный света и неизведанный. Там, между отвесными горными стенами и холодным темным Морем, тени были гуще всего в мире. И там втайне поселилась Унголиантэ.

Откуда пришла она, никто из эльдар не знал, но быть может, явилась она на юг из тьмы Эа в дни, когда Мелькор разрушил светочи Иллуин и Ормал, а из-за того, что обитал он на севере, глаза валар обращены были большей частью туда, и юг был надолго забыт. Оттуда прокралась она к царству света валар.

Ибо она жаждала света и ненавидела его. В глубоком горном ущелье обитала она и, приняв облик чудовищного паука, вбирала в себя весь свет, что могла найти, или что проникал за стены Валинора, и вновь выпускала, обратив в черную паутину удушающего мрака, пока никакой свет более не мог достигнуть ее обиталища, и ее терзал голод.

§106 Может статься, что Мелькор, и только он один, знал о том, кто она и где обитает, и что когда-то она была одной из тех, кого он склонил к служению себе. И придя наконец в Арвалин, он разыскал ее и потребовал помощи в своем отмщении. Но она ни за что не желала подвергнуться опасностям Валинора и навлечь на себя великий гнев богов, и не покинула своего укрытия, пока Мелькор не поклялся одарить ее наградой, что утишит ее гложущий голод и ненависть.

1495

§107 Наконец, план их был готов, и Мелькор с Унголиантэ отправились в путь.

Их окутывала великая тьма, сотканная Унголиантэ, а еще пряла она черные нити и закрепляла между скал, и так, после долгих трудов, от паутины к паутине, взобралась наконец на вершину Хьярантар, высочайший пик в горах к югу от Таникветиль. И в тех местах (исключая этого стража юга) Пелори были не столь высоки, и меньше бдительность валар, ибо всегда они более опасались Севера.

§108 Теперь Унголиантэ сплела лестницу из паутины и спустила вниз, и Мелькор, взобравшись по ней, достиг этой вершины, откуда мог взглянуть вниз на Огражденный край. И внизу раскинулись могучие зеленые леса Оромэ, а к западу сияли вдалеке поля и пастбища Йаванны, бледно-золотые от высокого хлеба богов. Но Мелькор взглянул на север и увидел вдали сияющую равнину и серебряные купола Валмара, мерцающие в смешении света Тельпериона и Лаурелин. Тогда расхохотался он и быстро устремился вниз пологими западными склонами; а Унголиантэ была рядом с ним, и тьма ее укрывала их.

§109 Мелькор же знал, что было это время праздника. Ибо хотя приход и уход всех времен года был в воле валар, и не знал Валинор зимы, когда умирает все; но боги обитали тогда в королевстве Арды, а то лишь малая часть чертогов Эа, чья жизнь - Время, текущее непрестанно с первой ноты до последнего созвучия Эру. И доставляло валар радость (как рассказано в “Айнулиндалэ”) принимать облик Детей Илуватара; и они ели и пили и сбирали плоды Йаванны, и получали силу от Земли, созданной ими по воле Эру.

§110 А потому Йаванна положила сроки для цветения и созревания всего, что растет: время появления первых побегов, цветения и сева. И при первом сборе плодов Манвэ всякий раз устраивал великий праздник хвалы Эру, и все живущие в Валиноре изливали свою радость в музыке и песне. Таков был нынешний час; но Манвэ, в надежде, что тень Мелькора и впрямь покинула край Амана, и не боясь худшего, чем, быть может, новая война с Утумно и новая победа, венчающая все, положил, чтобы этот праздник был великолепнее всех со времени прихода эльдар. А сверх того замыслил он исцелить зло, что поднялось средь нолдор, а потому всех их призвал прийти к нему и смешаться с майар в его чертогах на Таникветиль, отбросив все обиды, что легли меж их принцами, и навсегда позабыв ложь Врага.